Вот платье ей идет, голубое, с золотистыми кружевами-блондами.*

*- блонды — изначально золотистые кружева из некрученого дикого шелка-сырца натурального цвета. Потом их научились отбеливать до серебристого, а потом и красить в черный. Но у Сарочки первый вариант. Прим. авт.

И шляпка, и перчатки, и вся она свеженькая и очаровательная, и больше восемнадцати лет ей не дашь, ну может, девятнадцать с половиной, но точно не двадцать!

Дорога была неудобная и пыльная, рамбиль тряский и старый, так что раздражаться и шипеть Сарочка начала быстро, с первой горсти пыли на кружеве. Знала бы — плащ надела!

Ан нет!

Хотелось выпорхнуть из рамбиля, такой воздушной, и поразить Робина своей красотой. Сразу же!

Чтобы навылет!

Ведь любил же он ее?

Любил, и сейчас наверняка не забыл! Таких как она, не забывают!

Сара была уверена в своем успехе, но… ее просто все бесило! Но вот и дом Робина!

А ничего так, большой, симпатичный…

Его можно продать за хорошие деньги, и конечно же, купить себе дом в столице. Не жить же им в этом захолустье?

Но сначала надо увидеть Робина.

Сара сощурилась.

А вот и знакомое лицо. Хью, услышав рамбиль, вышел из дома, и сейчас остолбенел, не зная, что делать. Он-то ждал Элисон, а приехала…

Да что эта зараза здесь делает-то?

И допустимо ли ударить женщину лопатой?

Хотя какая она женщина?

Гадина она, вот как есть — гадина!

Впрочем, до лопаты было далековато, а Сара решила все сама, и пошла в атаку.

— Ага, Хью! Значит, и Робби здесь? Где он? Немедленно проводи меня к нему!

Хью и опомниться не успел, как Сара уже стояла на крыльце, и воняя дорогими духами, открывала дверь. Да-да, воняя… Хью она была настолько противна, что хороших эпитетов он для этой заразы не находил!

— А впрочем, сама дойду!

А ведь предупреждала рена Лейтнер, надо было лопату поближе держать. Других мыслей у Хью как-то и не возникло…

Неясно, сколько бы он еще простоял на крыльце, но — зашумел второй рамбиль. Не прошло и десяти минут, как старенькая машина запарковалась во дворе, и из нее вылезли две девушки. Очень похожие… одна, конечно, их Элисон, а вторая? Судя по внешности? Сестра? Кузина?

Это можно и потом узнать, а пока…

— Рента Лисси! Слава всем Богам!!! Помогите!!!

* * *

Робин и Матео ждали в библиотеке Элисон. Но когда дверь распахнулась…

Робин остолбенел, словно получил удар в солнечное сплетение, да так оно и было, в какой-то степени.

Сара…

Очаровательная и безжалостная, красивая и равнодушная, словно мраморная статуя.

Предательница и дрянь, которая его добила. Почти добила.

И… и что он чувствует?

Ответа у Робина не было. Это именно как удар, сначала надо опять вдохнуть воздух, а потом уж говорить о чувствах. Зато Матео не растерялся.

— Какие люди! Свинья на блюде!

Теперь настала очередь Сары задохнуться от возмущения. Это… о ней⁈

Или что имеет в виду этот грубиян?

Матео не стал задерживаться с разъяснениями.

— Чего приперлась? Денег надо? А вот не будет тебе!

О, Сара ему бы все высказала. Но что-то она сомневалась, что зрелище визжащей, словно базарная торговка, красавицы, заставит Робина вспомнить старые добрые времена.

Но как тогда быть?

Сара мгновенно сориентировалась, пересекла комнату, и упала на колени, как раз рядом с креслом, в котором сидел Робин. Из прекрасных голубых глаз полились не менее прекрасные слезы.

— О, Робби!!! Я так тосковала!!!

Матео скрипнул зубами. Вот же зараза! Робин кое-как вдохнул, выдохнул.

— Сара, тебе не стоило приезжать.

— Робби! Я ехала к тебе, я наконец-то могу сама распоряжаться своей судьбой, мой отец больше надо мной не властен! Я так тебя люблю! Я все эти годы о тебе думала!!!

Речь лилась плавно и гладко, у Сары было время и продумать ее, и отрепетировать… и конечно же, оправдать себя, свалив все свои грешки на отца. Сара бы никогда, а вот отец желал выдать ее замуж повыгоднее, она тут сама жертва! Два раза!

Матео скрипел зубами, но ведь нельзя же заразу взять за волосы и просто выкинуть в окно?

Нельзя же?

Или попробовать?

Но почему молчит Робин?

* * *

Робин и сам не ждал, что внутри разольется такой ледяной холод. Словно кто-то взял — и заморозил его сердце.

Сара…

Когда-то любимая, а сейчас — совсем чужая. И такой она кажется ненастоящей, словно пластилиновая кукла. И не трогают ее слезы, и видна продуманность жестов, и юбка раскинулась так красиво… Все отточено до мельчайших жестов. Вся она работает на впечатления, и это так безумно скучно!

Кукла. Пустая, глупая, дешевая кукла… и из-за вот этого он едва себя не убил? И кто тут идиот?

Робин уже дернулся, было, вырвать руку, но…

— Какая картина! — прозвучал знакомый голос. — Красавица и чудовище!

— Аля, ты перепутала, это красавец и чудовище.

И… Лисси?

Робин распахнул глаза, глядя на двух девушек в дверях. И глаза у обеих очень решительные.

Матео расплылся в широкой улыбке. Кажется, Сару сейчас ощиплют налысо!

— Думаешь?

— Уверена. Смотри, как вцепилась, точно, сожрать хочет.

— По легенде чудовище собиралось сначала не жрать, а того? Что в неприличных картинках рисуют?

— Ну так и она собирается сначала того! А уж потом и сожрет!

— Черная вдова?

— Паучиха — или в прямом смысле слова?

— Эта, наверное, в обоих смыслах. И в кружавчиках.

Терпению Сары тоже были пределы.

— Это еще что такое⁈

На ноги она взлетела, едва не сбив Робина вместе с креслом ворохом кружев, и воззрилась на девушек злыми глазами.

Ни Элисон, ни Ларисию этот взгляд не тронул. Даже не почесались.

— Это не что, а кто, — преспокойно сообщила Лисси. За Робина она порвала бы на клочья — и вот! Явилась, понимаешь! Тут и гадать не надо, что это за гадина ползет… мало ей? Не доела тогда, явилась сейчас? Стерва!!! — Я — жена Робина, а ты что за чучело?

— Жена⁈ — аж задохнулась Сара.

Как-то ей и в голову не приходило, что Робин может… жениться⁈ Это как⁈ Он же не должен ее забывать, он страдать должен!!! И вообще…

— А я — любовница, — поддержала Аля. — Учти, если ты третьей заявилась, так тебе тут ничего не обломится, нам самим мало!

— Врешь!!!

Девушки, недолго думая, разделились, словно две акулы — хлипкую лодочку, обошли Сару с двух сторон — и обняли Робина. Лисси справа, Аля слева.

И синхронно поцеловали, куда придется. Робин повернул голову — и как-то так получилось, что поцелуй Лисси пришелся почти в губы… и затянулся. Аля чмокнула его в ухо — и отпустила, а вот Лисси он сам отпускать не пожелал.

Сара побурела.

— Вы…

— Мы! Ты чего к нашему мужику, значитца, лезешь, выдра недощипанная⁈ Я ж тебе сейчас так волосенки твои прорежу, что и шиньон цеплять некуда будет!

Аля грудью поперла на Сару. А что делать?

Если сестричка сейчас разозлится… выжженные мозги она этой курице точно обеспечит, а это ни к чему. Без Сары проблем хватает! Лучше Аля ее сейчас по-простому, в пинки и за шкирку!

На пальцах загорелись огоньки…

Сара завизжала — и кинулась наутек.

Вовсе уж дурой она не была, и ситуацию оценила.

Робина крепко обнимают и удерживают в кресле, он не заступится.

Вторая девка идет прямо на нее, и она — маг.

Магам, может, и запрещено так свою силу применять, да только Саре потом с того что? Если ее сейчас шрамами наградят? Ожоги и обморожения, между прочим, даже магией практически не лечатся!

Матео только что семечками не запасается, в глазах предвкушение… правильно она всегда ненавидела этого клоуна, жаль, он не сдох!!!

Дверь распахнулась, аккурат, когда Хью нашел лопату, и нес в дом. Действовать по ситуации, значит. В девушках он был уверен, но вдруг закапывать понадобится? То, что останется? Вот и лопата пригодится…