— Ваше величество, моя вина, — вздохнул Адриан.

— Уволю. Потом, — проворчал Риберто. — Когда найдешь настоящего виновника.

— Да, ваше величество.

У Адриана чуточку отлегло от сердца.

Да, виноват. Но всего и правда не предусмотришь… с тем же успехом можно разогнать всех служанок, не давать его величеству ни с кем разговаривать, его высочеству (обоим) не заводить любовниц… это нереально! И так есть строгие протоколы безопасности, куда уж еще серьезнее? Не запихивать же венценосную семью в стеклянную банку? И постоянно охрану не приставишь, нет-нет, да и окажутся первые лица в одиночестве. Хотя бы в спальне. Или в уборной.

А вот найти убийцу и сделать так, чтобы следующие лет десять-двадцать никто о покушениях и не думал — можно.

Хотя все равно находятся идиоты, как те, со взрывчаткой в поезде, как лет за десять — пятнадцать до них, кто-то по глупости, кто-то ищет выгоду, это жизнь. И с ней не поспоришь.

Адриан найдет виновных, и они пожалеют о своем поступке, но станет ли это предупреждением для следующих «угнетенных и обиженных»? Нет. Но это не повод сидеть, сложа руки. Просто работать придется вдвое больше.

Глава 5

Любые выходные заканчиваются, а родственники и работа остаются. Так что с утра Элина и Аля остались с реной Астрид, а Лисси отправилась на работу.

Шла и улыбалась. Настроение у нее было не просто замечательное — танцевать хотелось! Тетя Лина приехала, Алечка… они вместе!

Ее семья снова с ней!

Да, именно так, ее семья! Настоящая, любящая, искренняя, они ведь предлагали поехать вместе, но тут уж Лисси сама настояла, она поедет одна, а они в ее дом в Кловере, чтобы всех запутать. Ну и тете Лине те источники лишними не окажутся. А уж потом можно и вместе.

Родные — это не когда у вас общая кровь, или там, ваши бабушки сестрами были. Это — родственники.

А родные, по-настоящему родные — те, кто твои интересы может поставить вперед своих. И тебя прикрыть от любой беды, и обогреть, и принять в любую трудную минуту… дома у Эрдвейнов так никогда не было. Там всегда было холодно и шумно.

Мать обожала Даночку, отец ничего не видел, кроме своих расчетов… маленькая Лисси сначала пыталась привлечь его внимание тем, что тоже может считать, а потом уже и неважно стало. Цифры и числа затянули. Вот и получилась она отдельно от семьи — зато, с книжкой.

Лорена делила время между вечеринками и Даночкой, сестра тянулась к матери, и они щебетали о чем-то таком, непонятном… подводки, краски, мода, вытачки, рюшечки, а Лисси просто не понимала — зачем это нужно? Ты хочешь выглядеть красивой? Хорошо, но зачем так одержимо и фанатично следовать моде? Ведь можно и без этого?

И вечеринки эти… на две она сходила. И у нее так потом болела голова, просто ужасно! А матери нравится. А там же ни о чем интересном для Лисси не говорят! Сплетни — и сплетни!

А в мире столько всего важного и нужного, магия, математика, коэффициенты и переменные, книги и исследования, столько всего нового открывают, появляется, кстати, с открытием леония наука вперед семимильными шагами двинулась, раньше было нереально тот же паровоз построить, а сейчас кристаллы, магия, заряд — и вот, побежал по рельсам железный монстр, и это еще не предел… а ей сидеть и обсуждать, у кого юбка на ладонь выше, чем положено?

Да трижды тьфу!

Так что Лисси спокойно училась, потом поступила в университет, а потом появился ОН!

Эдгар!

Он дарил цветы и сладости, говорил красивые слова, постоянно придумывал что-то новое и интересное, и девушка сама не заметила, как влюбилась. Безоглядно и искренне.

В постели они очутились так же легко и бездумно.

Как сейчас понимала Лисси, она Эдгара забавляла, была новым опытом, ну и конечно, она была ему выгодна. Себе можно признаться честно — ее расчеты, ее знания, ее выводы, все это служило Эдгару. Она писала за него курсовые работы, она решала контрольные, она делала диплом, она заговорила про диссертацию…

Эдгар был доволен.

Женился бы он? Безусловно, и изменял бы ей со всеми, кто под руку подвернется, Лисси даже не сомневалась. А вот смогла бы она терпеть, не замечать, не видеть?

Она не знала ответа.

Или знала его слишком хорошо. Не смогла бы…

Небеса пожалели девушку и подарили ей встречу с новой семьей.

Лисси помнила тот переулок, и свой ужас, и отчаяние, и безнадежность… вот сейчас с ней что-то страшное сделают, и остается только умереть, потому что жить с ЭТИМ она не сможет.

И девушку, которая вытаскивает ее из темноты, и ласковый голос тети Лины…

— Все будет хорошо, детка, все будет хорошо…

Так она свою семью и получила. Сложную, может, достаточно странную, но — ЕЁ! И отказываться от родных и близких Ларисия не собиралась.

А Эрдвейны…

Это — семья Даны.

Мама, папа, Даночка. Теперь еще и Эдгарчик, и им этого достаточно. Ларисия же к ним никакого отношения не имеет. С тем девушка и зашла решительно на работу.

Якоб обрадовался ей, как родной.

— Рента Баррет!

— Готова работать, — улыбнулась девушка.

— Тогда я вам сейчас рамбиль дам… сможете проехаться по точкам?

— Конечно, — согласилась девушка.

— Вот, ключи… я рассчитывал, что рент Шандер поедет, а его ни вчера, ни сегодня на работе нет.

— Может, случилось что-то?

— Воспаление лени. Или обострение хитрости, — махнул рукой Якоб. — Он и начальником-то был так себе, а сейчас вообще совесть потерял.

Ларисия и спорить не стала.

Подхватила ключи, список точек, кристаллы, и отправилась работать.

Дела сами себя не сделают.

* * *

— Зеев, что с нашим делом?

— Ищем, верховный, — коротко отчитался Зеев Басс. — Документы уже у нас, плохо, что карты нет, весьма примерные ориентиры, а за столько лет что угодно поменяется. Конечно, нужное место они нашли, но ведь это пьяный, куда он мог свернуть, куда уйти… сам написал, что блуждал несколько дней под землей, а это значительное время, и за столько лет в горах и завалить могло, и…

Авид кивнул, он в горах тоже бывал, знал, как легко и непринужденно там может поменяться рельеф. Просто — сошла лавина и поди, чего найди!

— Понимаю. Ищи, если что-то нужно — говори сразу же.

— Пока я справляюсь, — отмахнулся Зеев.

Как — справляюсь?

Несколько трупов в этой истории уже были, но кого это волнует? Уж точно не его! Это все равно НЕ довернцы, то есть люди второго сорта. И плевать на них, и на их дела, и думать о них Зеев не собирается.

— Что с Базилем?

— Отказался, все рассказал отцу и брату. Правда, что нам нужно, он не знал, просто сообщил, что была попытка прощупать, так что к нему можно больше не обращаться.

— Вот дурак, — мужчины переглянулись.

Отказаться от власти⁈

Конечно, они такого понять не могли, для них-то власть это альфа и омега, кровь и вино, жизнь и дыхание. И кто-то пренебрегает возможностью получить все и даром?

Безумец!

— Что теперь? Риберто не дурак, активность он заметит, и достаточно быстро.

— не заметит. Не до того ему. Прости, повелитель, не успел доложить. В Элларе несчастье, надо бы соболезнования выразить. Ее величество Лидия умерла.

— Твоих рук дело?

Зеев отвел глаза в сторону.

— Я надеялся, что боги приберут их вдвоем, вместе с супругом. Не получилось, к сожалению, он уцелел. А вот ее величество уже ничего не спасет.

— Да, неудачно. Но я надеюсь, у тебя и на этот случай есть запасной план?

— Как не быть? У меня все предусмотрено, задействуем Сирену.

— Справится?

— И не из таких веревки вила!

— Действуй, Зеев, работай! Я стар, да и ты не молодеешь, если все получится, это станет нашим шансом!

Зеев кивнул в ответ на слова правителя и друга.

— Да… нашим…

— Именно нашим, — остро поглядел Авид. — И твоим — тоже, ты мне долго нужен будешь!