— И последнее.

— Еще не всё?

— Нет.

Он улыбнулся.

— Если все-таки встретишь рептилоида...

...не бери у него интервью.

Сначала сфотографируй.

Марк закатил глаза.

— Иди к черту.

— Уже иду.

Они одновременно вышли из машины.

Над входом в клуб негромко играл джаз.

Со стороны все выглядело именно так, как и должен выглядеть вечер очень богатых людей.

Красиво.

Дорого.

И совершенно обычно.

Часть 2. Закрытый клуб

Внутри клуб больше напоминал дорогой бутик-отель, чем место, вокруг которого ходили городские легенды.

Никакого мрачного света.

Никакой показной роскоши.

Все было удивительно... сдержанным.

Темное дерево.

Камень.

Приглушенный янтарный свет.

В дальнем зале негромко играл джаз-квартет. Настоящий. Не запись.

Официанты бесшумно скользили между гостями с бокалами шампанского.

Людей было немного.

Человек сто.

Может, чуть больше.

Но почти каждого Марк узнавал.

Министр экономики.

Популярный актер.

Олимпийский чемпион.

Две певицы, недавно устроившие публичный скандал друг с другом, сейчас смеялись за одним столом.

У бара спорили известный режиссер и банкир.

Неподалеку о чем-то оживленно беседовали два губернатора.

Обычная элита.

Ничего похожего на сатанистов.

— Ну? — тихо спросил Максим. — Пока никто не линяет?

— Пока только стареют.

— Уже прогресс.

Максим взял с подноса два бокала.

Один протянул Марку.

— Расслабься.

Это не логово мирового правительства.

Это место, где очень богатые люди делают вид, что они обычные.

— А потом едут домой и снова становятся очень богатыми.

— Именно.

Они чокнулись.

Марк сделал небольшой глоток.

Виски оказался неожиданно хорош.

— Сейчас меня наверх позовут, — сказал Максим.

— Организаторы любят, когда журналисты сначала улыбаются, а потом задают неудобные вопросы.

— А ты?

— Я умею сначала улыбаться.

Он поставил бокал.

— Походи.

Осмотрись.

Поговори с людьми.

Только не устраивай никому допрос.

— Постараюсь.

Максим улыбнулся.

— Если увидишь рептилию...

— Я помню.

Сначала фотография.

— Вот именно.

Он хлопнул Марка по плечу и направился к широкой лестнице, ведущей на второй уровень.

Через несколько секунд растворился среди гостей.

Марк остался один.

Он медленно пошел вдоль зала.

Журналистская привычка включилась сама собой.

Не искать сенсацию.

Наблюдать.

Кто с кем здоровается.

Кто избегает чужих взглядов.

Кто слишком много пьет.

Кто держится отдельно.

Все выглядело... обыденно.

Даже скучно.

У дальней стены обсуждали фондовый рынок.

Рядом спорили о новом законе об искусственном интеллекте.

За соседним столом известный актер рассказывал длинную историю о неудачных съемках, и компания дружно смеялась.

Никаких заговоров.

Никаких тайных знаков.

Никаких шипящих рептилоидов.

Марк поймал себя на том, что начинает расслабляться.

«Похоже, Максим был прав.»

Он достал телефон и быстро написал сообщение.

Марк:

"Пока все очень разочаровывающе."

Ответ пришел почти сразу.

Максим:

"Я же говорил."

Марк усмехнулся.

Подошел к большому окну.

За стеклом темнел сосновый лес.

Вдали едва поблескивала гладь озера.

Идеальное место для дорогих закрытых мероприятий.

Он вдруг вспомнил слова Ани.

"Они не люди."

И впервые за весь вечер эта фраза показалась ему нелепой.

Настолько нелепой, что он даже почувствовал легкий стыд.

«Я действительно приехал сюда искать рептилоидов.»

Он покачал головой.

Иногда человеку достаточно одной яркой истории, чтобы начать видеть закономерности там, где их нет.

Наверное, именно поэтому конспирология никогда не исчезнет.

Она слишком хорошо объясняет мир.

Гораздо лучше, чем правда.

Часть 3. Маленькие странности

Через десять минут Марк окончательно убедился, что вечер идет своим чередом.

Люди разговаривали.

Пили.

Смеялись.

Заключали сделки.

Флиртовали.

Ничего сверхъестественного.

Он уже собирался признать поражение, когда взгляд снова зацепился за что-то неправильное.

Неподалеку разговаривали трое мужчин.

Один что-то рассказывал.

Двое слушали.

Потом все трое одновременно рассмеялись.

И одновременно замолчали.

Не постепенно.

Не потому что разговор закончился.

Просто...

словно кто-то нажал кнопку «пауза».

На две секунды.

Все трое неподвижно смотрели друг на друга.

Потом тот, что рассказывал историю, продолжил ровно с того слова, на котором остановился.

Остальные снова рассмеялись.

Будто ничего не произошло.

Марк моргнул.

— Странно...

Но уже через секунду почувствовал раздражение.

«Что странного?»

«Люди иногда замолкают.»

Он пошел дальше.

У бара стояла известная певица.

В руках — бокал белого вина.

Она уже несколько минут держала его, даже не притрагиваясь.

Просто слушала собеседника.

Потом улыбнулась.

Поставила бокал.

Ушла.

Вино осталось нетронутым.

«Может, вообще не пьет.»

Марк усмехнулся.

Сам себе.

Каждую секунду мозг пытался превратить бытовую сцену в загадку.

Это начинало утомлять.

Он взял новый бокал с подноса.

Сделал глоток.

И вдруг заметил еще одну мелочь.

Мужчина за соседним столиком не моргал.

Совсем.

Разговаривал.

Улыбался.

Кивал.

Но глаза оставались открытыми.

Марк машинально начал считать.

Пять секунд.

Семь.

Десять.

«Ну вот.»

«Ты действительно считаешь чужие моргания.»

Он отвернулся.

И в ту же секунду услышал смех.

Когда снова посмотрел...

мужчина уже спокойно моргал, разговаривая с собеседницей.

Марк тихо выдохнул.

— Поздравляю.

— Еще немного — и начнешь измерять людям температуру.

Он поставил пустой бокал на поднос проходящего официанта.

Нужно было выйти на воздух.

Именно сейчас.

Пока окончательно не превратился в героя собственной статьи.

Он двинулся вдоль стены, надеясь найти выход на террасу.

Вместо двери на улицу обнаружился длинный боковой коридор.

Здесь уже почти никого не было.

Музыка осталась где-то позади.

Стало непривычно тихо.

Марк уже собирался вернуться, когда услышал низкий гул.

Едва различимый.

Не музыка.

Не вентиляция.

Что-то между ними.

Будто где-то далеко работал огромный трансформатор.

Он остановился.

Прислушался.

Гул повторился.

Совсем тихо.

Из глубины коридора.

Часть 4. Коридор

Гул становился громче.

Но теперь Марк понимал, что доносится он вовсе не снизу.

Скорее...

из глубины служебного крыла.

Коридор оказался неожиданно длинным.

Белые стены.

Серые двери.

На каждой — небольшая латунная табличка.

«Персонал».

«Костюмерная».

«Гримерная 1».

«Гримерная 2».

Дальше шли имена.

Знакомые.

Слишком знакомые.

Марк машинально замедлил шаг.

«Кристина Волкова».

Он невольно усмехнулся.

Главная поп-звезда страны.

Последние три года ее песни не вылезали из чартов.

Совсем недавно он видел ее наверху.

Она смеялась в компании министра культуры.

Дверь в гримерную была приоткрыта.

Совсем немного.

Наверное, кто-то забыл закрыть.

Марк уже прошел мимо.

Потом остановился.

Сам не понимая зачем.

Он осторожно постучал костяшками пальцев.