Вот и захотелось передовым представителям технической интеллигенции, что неплохо зарабатывала в электронной промышленности, повидать те места, куда сложно попасть обычному туристу. Но Госплан не учёл их страсть в своих планах, и автозаводы не поспевали за спросом. Люди же успели побывать на лучших курортах Союза, а также Восточной Европы, и привыкли к некоторому сервису. Вот вынь им и подай хорошие внедорожники, специальную резину и прочее оборудование. Пришлось срочно скупать в Японии все выпускаемые там внедорожники. В таком количестве их делали лишь в США.

Но Машерову пояснили, что потраченная через сингапурские «шлюзы» валюта стоила того. Иначе бы внутренний рынок перегрелся и прибыль досталась спекулянтам. Чёрный рынок к удивлению «замшелых коммунистов» оказался неистребим. Его здорово прижали новыми законами и реформами, да и ОБХСС не спало. Но всё-таки более-менее эффективно бороться получалось только экономическими методами. Как правильно уяснил Пётр Миронович, полное его уничтожение лишь повредит экономике. Даже самым совершенным машинам время от времени требуется смазка. Но обычно подобные валютные интервенции приходилось осуществлять чаще всего по причине изменения моды.

Тут вопрос вставал уже иначе: или мы заставляем наших женщин и молодёжь тратить время и ресурсы на поиск и создание искомого продукта (и не всегда законными способами, подогревая прибыли спекулянтов), или проще в срочном порядке залить прилавки импортной продукцией. Обычно лаг между пиком спроса и увеличением производства искомой продукции флагманами советской промышленности уже не так велик. А предсказать причины изменения модных тенденций отчего-то оказалось невероятно сложно. И нужно признаться, что СССР всё-таки не являлся центром мировой моды. Но общественное спокойствие для партии оказалось важнее потраченной валюты. Хотя кто-то из экономистов уже высказывал интересную мысль, что спрос можно создавать, то есть отчасти прогнозировать.

Вот о ней они сейчас и разговаривали с гостями из ГДР, Венгрии и Чехословакии. Польшу в этот раз не пригласили: там разгребали очередной кризис, возникший как раз по причине потакания излишне высокому спросу населения. Поляки пока экономически отставали — слишком долго ерепенились и не принимали общие правила игры. Это же гордым панам пришлось слушать указания из общих финансовых центров, снижать затраты и составлять планы в соответствии с принятыми в Совете СЭВ директивам. Сейчас никто им форы давать вообще не собирался. И так помощи оказали достаточно. Так что затянут пояса и как-нибудь переживут. Хорошо, хоть диких долгов в этот раз не набрали.

Да и драйверы промышленного развития работают неустанно — в первую очередь судостроение и производство сельскохозяйственной техники. Поляки постепенно с помощью давления СЭВ подбирают под себя развивающиеся рынки: Ближний Восток, Северную Африку, Индию. Именно хозяйственные бонзы этих драйверов жёстко влияют на политику Варшавы. Без помощи и протекции СЭВ им не жить. Да и рабочие движения на этих крупных производствах были после шахтёров самыми сильными в Польше. И они кровно заинтересованы в заказах, которые опять же даёт СЭВ. Самые высокие в стране зарплаты заставят любить союзников быстрее любой пропаганды.

Тем более что Машеров знал, как тщательно выстраивал Леонид Ильич эти цепочки межличностных связей. Директора в Гданьске или Вроцлаве отлично знали коллег из Ленинграда или Минска. Обмен опытом, инженерами, мастерами происходил круглогодично. А человеческие связи — самые прочные. При нынешнем положении дел к друзьям можно спокойно слетать на выходные или в отпуск. Сотни тысяч обменов, миллионные толпы туристов. Вот что свяжет социалистическое Содружество крепче всяких партийных комитетов. Совместная банька и шашлычки, колбаски, выпитое пиво или сливовица сильнее любой агитации.

— Мы считаем, что уже можно инр убль вводить общей валютой со следующего года.

Премьер Чехословакии Томаш Ежек слыл отличным прогнозистом. В своей стране он к тому же обладал непререкаемым авторитетом. Уровень жизни за последнее десятилетие неуклонно рос. Чехословакию частенько ставили в пример остальным. Их ЭВМ и прочие радиотехнические изделия стали невероятно популярны в Европе. ГДР делали технику ещё лучше, но не успевали за спросом. Один СССР потреблял не менее трети их продукции. Плюс имелись специальные заказы с юга Африки и Кубы.

— Мы не слишком торопимся, товарищи?

Но коллегу поддержал представитель Венгрии Янош Корнаи, сменивший архитектора «гуляш-социализма» Режё Ньерша.

— Пётр Миронович, наша интеграция давно переросла обычное сотрудничество. Экономики буквально синхронизированы, стабильны. Финансовый баланс неукоснителен. Экономически мы ближе друг к другу, чем некоторые ваши республики.

Машеров развёл руками. Цифры он видел — они впечатляли. Ещё одна из «стрельнувших» разработок Ильича. Всё-таки насколько гениален оказался их лидер. Но что ещё важнее — они все вместе смогли подобрать в лидеры для союзников достойных людей. Инрубль — бывший инвалютный — фактически превратился в межнациональную валюту, пусть пока и перетекал со счетов только в безналичном виде. Но эксперимент вполне удался. Любое предприятие, имеющее сертификат на внешнеэкономическую деятельность, могло спокойно поменять свою валюту на инрубль и оплатить счета по электронному чеку. Инрубль же служил шлюзом между национальной валютой и так называемой свободно конвертируемой, то есть долларами, франками и марками. То есть социалистические предприятия почти не использовали её в расчётах. СКВ как бы для них не существовало.

Только очень редким фирмам разрешалось с ней иметь дело. Например, торговому флоту, что частенько работал в чартерах. Или строителям, что возводили объекты за рубежом. Да и самим работникам платили в СКВ только во время работы вне страны. Затем они в обязательном порядке сдавали валюту на свой счёт. Да и куда им её тратить? Уже лет как шесть почила в бозе система торговли «Берёзка» и «Альбатрос». Дефицита стало намного меньше, а более качественные вещи продавались в так называемых фирменных магазинах. Там продавался и импорт, но намного дороже аналогичной продукции из СССР или стран СЭВ. Этим советские руководители сняли перегретый спрос и убрали СКВ из расчётов внутри страны. Границы как бы для граждан открыли, а для валюты закрыли. И потому уже не очень зависели от мировой конъюнктуры.

— Я понимаю ваше желание, товарищи. Но в феврале у нас состоится съезд, где примут знаковые решения.

— То есть нам придётся обождать из-за ваших устаревших традиций?

Сказано не очень вежливо, но разочарование на лицах лидеров союзных стран слишком красноречиво говорило об их желаниях.

— Пётр Миронович, сейчас только май. Мы успеем всё подготовить. Наши цифры уже отправлены в Москву.

Машеров помял подбородок. Вот вцепились в него! И госплановские с председателем Совмина не отстают. Пожалуй, вызовет-ка он их сюда завтра. Решено!

— Хорошо! Перенесём нашу встречу на послезавтра. Подъедут товарищи из Москвы, и мы все совместно хорошенько обсудим. А вы пока отдыхайте. Можно завтра съездить на экскурсию. Как вам моё предложение?

Ну кто из товарищей от такого откажется? Заодно прочистят мысли и совместно обсудят узкие моменты. Ещё Леонид Ильич приучил всех не прятать проблемы и говорить вслух:

«Лучше глаза в глаза обозвать собеседника нехорошим словом и получить в глаз, чем мычать за спиной и потерять всё».

Лучше его и не скажешь! Сколько они всего друг о друге нелицеприятного наслушались за последние лет двадцать! Дело чуть до разрыва не доходило. Но ничего! Сгладили углы, сместили акценты, лучше поняли друг друга. Всем открытость стала полезной. Даже гордым панам. Машеров задумался. Ещё бы довести ума отстающие Румынию, Болгарию, а также уговорить югославов — тогда они смогут наконец создать огромный кластер, не зависящий от мирового рынка. К ним присоединится Куба, пусть ещё на условиях кредитования. Но Монголия и Маньчжурия также будут готовы. Вьетнам и Центральный Китай уже втягиваются в орбиту влияния СЭВ и также захотят общую валюту. Это станет колоссальным прорывом коммунистического строительства. Неплохая концовка для его секретарства. Решено!