— Пётр Миронович, они долго готовились и ждали. И вот в нужный момент ударили.

— Что вы хотите этим сказать, Григорий Васильевич?

— Что в ближайшее время вам стоит резко уменьшить количество поездок за рубеж.

Тон главы филиала Информбюро оказался жёстким. Но именно эта служба и занималась «войной в тени». И похоже, противник почуял, что проигрывает. Очень уж много знаковых фигур скинули с мировой доски за последние 15 лет. И если поначалу это списывали на разборки между своими, то затем начал проявляться некий план. Но аналитики о таком предупреждали давно. Противником задействовали профессионалов из спецслужб, разведок и аналитических центров. Они же не дураки! В итоге «там» пришли к неким выводам и дали санкцию на самые наглые действия. В случае чего пострадают слишком ретивые исполнители. Затем на тайных переговорах можно свалить всё на них. А это уже шаг к поражению — ждать переговоры.

Машеров крепко задумался. Нет, он человек и не желает преждевременной смерти. Но далеко и не трус, что доказал во время войны. Просто сейчас он, кроме человеческого, нёс в себе государственную функцию. Об этом ему ещё Леонид Ильич в начале его карьеры Генсеком заявил. Кстати, подходит второй срок его работы. В следующем году нужно объявить кандидата, которого выдвинут на съезд, и уходить на пост Председателя. И это намного важнее текущей работы. Оставим военные действия профессионалам.

— Хорошо, я подумаю. Наших союзников это также касается?

Спецслужбисты переглянулись.

— Мы можем сделать исключение разве что для Берлина. Да и то с оговорками. Пока не обрубим все щупальца.

Машеров вздохнул:

— Это будет бесконечная борьба.

— Война всегда кончается миром. Но на чьих-то условиях.

— Кого подозреваете кроме немцев?

— Французов и страны Бенилюкса. Во Франции — явный крен в сторону правых, финансовыми структурами вложено очень много денег в политиков правого толка. Скуплены телеканалы, газеты.

Машеров не удивился — ему докладывали, но всё равно кое-что непонятно.

— Но там же довольно сильные социалисты и коммунисты, полно иных левых движений. Почему они молчат?

— Честно? Расслабились.

Машеров тут же подумал, что в Центральном комитете срочно необходимо собрать людей из профильных комитетов. Он внезапно вспомнил, что на малую эффективность ЦК в этом вопросе жаловался ещё Леонид Ильич. Тот два раза перекраивал комитеты, но, видимо, впрок это не пошло. Кто-то из партаппаратчиков снова завёл там синекуру. Ну ничего, сейчас им перышки почистим. Но, вообще, над ситуацией стоило хорошенько подумать. Два покушения на лидера сверхдержавы могут довольно негативно повлиять на репутацию коммунистических партий и движений мира. Ведь широкой публике практически ничего неизвестно о потерях противоположной стороны. А они также существенны. Не только из тайных кругов и старых семей Европы. Ватикан, французская DGSE и многострадальная Ми-6.

Внезапно европейские разведки, ведущие дела в Африке и на Ближнем Востоке, осознали, что такое на самом деле настоящая война. Прокси Информбюро и глубоко законспирированные структуры КВР и ГРУ кровь лить не боялись. Это вам не бумажки отправлять и коммюнике составлять. Только ЦРУ избежало такой участи. И сейчас главы станций и местных бюро Управления лишь перекрестились, глядя на жуткие потери среди коллег. И молились за тех людей наверху, кто смог договориться с Советами. Они и сами не ожидали такой мощнейшей волны террора. И что интересно — никто в СМИ об этом даже не пикнул. Конечно, представители силовых структур левых движений были в курсе событий — хотя бы в целом. Но ведь ещё оставалась широкая общественность. Как там говорил Ильич: имидж ничто — жажда всё!

Вот поэтому Машеров собрал в начале мая в Кремле всех заинтересованных лиц и отдал указание подготовить «массовое наступление». То есть резко активизировать социалистические и прочие движения в Европе.

— Мы тратим на них колоссальные деньги, товарищи. Пришла пора оплатить счета.

Имеющий большой опыт партизанской работы, Генеральный знал, о чём говорил. Демократии Западной Европы имели немало слабых мест по причине этой самой демократии. И данные лазейки стоило использовать в полной мере. Так что можно точно сказать: если власти европейских стран не желают тотальной внутренней дестабилизации, то многим текущим партиям в ближайшие полгода придётся здорово потесниться. Наверное, пора начинать менять мир по своему усмотрению.

СССР — первая сверхдержава мира! Количество её спутников на орбите в разы перекрывает все остальные. Там же работает разом три обитаемые станции. И одна из них — военная. Советский Союз не подписал договор об исключительно мирном использовании космического пространства. Разве что пообещал не размещать там ядерное вооружение и подписал специальный протокол вместе с Соединёнными Штатами. Последние не обладали на данный момент подобными мощностями для вывода на орбиту достаточного количества боеголовок, поэтому с лёгкостью согласились.

Мощнейший Комнет уже никто не сможет догнать, как и производство ЭВМ в социалистических странах. Образование, медицина, жилищный вопрос, соцкультбыт. Страна рвала подмётки в своём развитии. Им уже приходилось решать иные вопросы: как бороться с излишним «вещизмом» советских граждан и приучать их к экономии природных ресурсов.

Конечно, после таких событий ничего удивительного в том, что важные встречи проходили нынче в Крыму, не было. Машеров уже не боялся уезжать надолго из Москвы. Центральный комитет, хоть и бродил внутри с «тайными заговорами», в целом находился под контролем. Два года назад на решающем апрельском Пленуме ЦК КПСС произошла давно ожидаемая реформа. Центральный комитет здорово пополнили фигурами первых секретарей обкомов и республик.

Здесь свою роль сыграли новые экономические районы. Лидеры партии привыкли много общаться с соседями, решая общие вопросы. Уже даже поговаривали, что система республиканского разделения давно устарела. Шестьдесят лет прошло после создания СССР. Это огромный срок для социалистического государства, и стоит идти дальше вперёд в плане политического устройства страны. Машеров согласился с такой постановкой вопроса. Вот и Леонид Ильич об этом упоминал. Но Пётр Миронович хотел, чтобы эту реформу осуществили новые лидеры. Им проводить — им и отвечать. А он присмотрит, чтобы шло без перегибов.

Правительство давно работало несколько автономно, лишь согласовывало важнейшие действия с ЦК и Госпланом. Последний со своим Вычислительным центром постепенно перетянул одеяло власти на себя. Хотя учёные не раз указывали, что экономические теории будут часто вступать в противоречия с практикой. И в этом не находили ничего плохого. Машеров со своей дотошностью некоторое время разбирался в этом вопросе. И пришёл к парадоксальному выводу, что противоречия нормальны. Жизнь — вещь невероятно сложная. Очень возможно, что человечеству даже в отпущенный историей срок не удастся до конца разобраться с ней. Вот и экономика не может существовать в жёсткой плановой парадигме. Чего-то всегда будет не хватать, но не стоит делать из этого поспешных выводов. Проще скорректировать систему.

Главы Госплана и ВЭЦ были сильно недовольны. Пётр Миронович даже подумал, что стоит их, пожалуй, сменить на молодых. Первичные успехи НЭПа создали у многих иллюзию невероятного успеха. Казалось, что они ухватили за бороду саму сущность экономики. Но ничто не вечно, и наступил очередной кризис. Да, наука также переживает кризисы — даже передовая. Изменения спроса носили временами хаотичный порядок. Ту же моду нельзя запрогнозировать никакими ухищрениями. Это могло касаться даже автомобилей. Кто бы мог подумать, что спрос на внедорожники станет буквально за год таким безумным? Но в среде людей, зарабатывающих хорошо, внезапно вспыхнула страсть к путешествиям по СССР. А страна огромная, не везде можно, да и стоит построить хорошие дороги. Они ведь в нашем климате безумно дороги.