— Пойдем, — Курт сжал её руку. — Покажу наше местечко.

Он потащил её за собой, под недовольные взгляды толпы. Лучше с ним, понимала Герда и сжимала руку разбойника в ответ не менее крепко. Они пробежали огромный зал посередине замка, где разожгли костер, жарили кроликов и играли на самодельных инструментах. Вернувшиеся разбойники поспешили присоединиться к торжеству, но Курт вел её дальше. Подальше от шума и пьяного смеха. Они зашли за одну из разрушенных стен, где обнаружилась целая башня. Герда ахнула – какая высокая! С нее можно будет увидеть весь лес!

— Нравится? Мое, — Курт был доволен. — А теперь познакомься с моим зверинцем.

Он раскинул руки, показывая свое жилище. Здесь была дюжина голубей и ворон, они ютились в клетках или были привязаны за лапки к жердочкам и не могли улететь далеко. Курт подозвал одного из голубей, самого белого и красивого.

— Погладь его, — потребовал он. — Не бойся, не заразные.

— Я вовсе не боюсь, — прихрабрилась Герда.

Она подошла и аккуратно коснулась головы голубя. Тот сначала смотрел грозно, но быстро расслабился под мягкими пальцами девушки.

— Почему ты держишь их взаперти? — спросила она.

— Чтобы не сбежали! — воскликнул Курт возмущенно, будто она спросила глупость. — Я их ловил не для того, чтобы отпускать!

— Но им ведь грустно…

— Плевать. Главное, что мне весело. О, смотри… это Ленни!

Из тени башни показался величественный северный олень. Герда открыла рот, наблюдая, как животное медленно и вальяжно подходит к ним. Его стройное и мощное тело окутано серебристым, в местах коричневым, густым мехом, который переливался в лучах вышедшей луны. Длинные рога напомнили Герде ветви дуба, такие же крепкие и непоколебимые.

На его шее ошейник и цепь. Сердце Герды дрогнуло – как можно так поступать со столь красивым зверем?

Курт схватил того за рога и подтянул к Герде. Он поднял голову, и глубокие глаза оленя передали Герде всю боль – он страдал взаперти, ублажая капризного «принца разбойников».

— И его погладь. Если лягнешь мою новую зверушку, я рога тебе оторву, — пригрозил ему Курт.

— Не надо! — спохватилась Герда.

Она коснулась оленя, его мягкого меха и ободряющее погладила, пытаясь успокоить.

— Его тоже надо держать на цепи – чуть что, сразу дает деру. Я его уже раза два возвращал, — недовольно забурчал Курт.

— Меня тоже посадишь на цепь? — спросила Герда, отходя.

— Посажу, — улыбнулся очаровательно разбойник. — Если будешь убегать. Но я надеюсь, что не будешь. Я же нравлюсь тебе, Герда?

Он произнес её имя немного смято, но Герда не удержалась от легкой улыбки.

Он капризный ребенок в теле взрослого юноши. Причем, страшно притягательного – красивее мужчин Герда не встречала. Она думала, что её брат самый красивый мужчина на свете, но теперь понимает, что ошибалась. Каким бы неряшливым и грязным не был разбойник, Герда не могла не любоваться им.

— Если не будешь меня обижать, — рискнула она сказать.

— Обижать?! Я ни за что не обижу тебя, Герда! Если не заставишь…

— А если заставлю, снова цепь?

— Неа. Порка, — он ей подмигнул.

Герда залилась румянцем – он умеет смущать! Довольный Курт обошел её, и в довесок хлопнул по ягодицам, прямо по плиссированной юбке.

— Пойдем поедим, а потом спать. За мной, принцесса.

Данный текст был приобретен на портале (№85599371 25.06.2026). – новая эра литературы

ГЛАВА 4

Весь вечер разбойник защищал Герду от нахальных прихвостней атаманши. Они все норовили либо утащить девушку, либо просто поиздеваться.

— Она моя! — кричал он. — Следующий, кто тронет – лишится руки!

Больше никто даже в сторону Герды не смотрел. Курт явно мог исполнить свою угрозу – Герда сама смотрела на него с опаской. Буйный, своенравный, дикий юноша. Герда сидела, прижавшись к его горячему телу, и торопясь доедала рыбную похлебку, лишь бы поскорее оказаться подальше от костра и остальных бандитов.

Как только плошка Герды опустела, Курт схватил её за руку и повел за собой.

— Наелась? Жаловаться не будешь?

— Нет, спасибо. Было вкусно…

— Не ври. Говорил же, терпеть ложь не могу!

— Но это правда было… приемлемо.

— Слова какие! И говоришь, что не принцесса!

Герда рассмеялась, но сразу же замолчала, когда они оказались снова у башни. Голуби и вороны давно спали в своих клетках, а северный олень лежал на соломе и будто бы одним глазом следил за Гердой. Нельзя ему жить в неволе, понимала девушка. Но сейчас она не сможет помочь ему – о себе бы позаботиться.

Курт потащил её на самый верх башни. Каменные лестницы полуразрушены и порой приходилось прыгать и слышать угрожающий треск под ногами. Курта забавлял страх Герды, но он не отпускал её руку и всегда помогал, хоть называл «неумехой».

Они добрались до последнего этажа, где из бойницы открывался вид на укрытый ночью лес. Темные деревья слились в одну черту, где лишь изредка проступали очертания особенно высоких елей, что словно острия черных копий вонзались в темно-синее небо. Вдалеке лежал снег – то на земле, то ветвях и блестел призрачным серебром от света луны. Скоро он совсем растает, но Герда знала, что это знак – логово Снежной Королевы все ближе. Даже воздух был пропитан снегом, не смотря на то, что не все деревья лишились своих пышных листьев.

Герда залюбовалась лесом.

— Как красиво, — выдохнула она.

Все проблемы вдруг улетучились. Словно она и не теряла Кая, словно не отправилась в тяжелый путь, а просто наслаждается приятным вечером и холодным ветерком.

— Там просто деревья и небо. Не видела что ли? — фыркнул Курт.

— С такой высоты – нет, — призналась Герда.

— Будешь так часто видеть, что надоест. Иди-ка лучше ко мне.

Руки Курта неожиданно обвили талию Герды, а пальцы забрались под шубку. Герда сразу дернулась в сторону, выпутавшись из неожиданных объятий.

— Что ты делаешь?! — воскликнула она, прижав руки к груди.

— Хотел руки погреть. Я замерз, — улыбнулся Курт. В верхнем ряду зубов выделялись два клыка, крупных и острых на вид. Зверь!

— Я могу дать тебе мои рукавицы… — предложила Герда.

— Не хочу. Ты моя, помнишь? И я хочу тебя.

— Хочешь… зачем?

— Что за глупые вопросы?! — раздраженно выдохнул Курт. — Не знаешь что ли?! Хотя… ты же наверное не знаешь.

Что он там бурчит?! Нехорошее предчувствие поднялось в Герде, а когда Курт задержал взгляд на её губах, её осенило:

— Ты хочешь поцеловать меня?

— Еще как! — Курт снова улыбнулся. — Но и не только это.… Знаешь, что такое секс, принцесса?

— Знаю…

Герда опустила голову и покраснела, а Курт заливисто рассмеялся.

— Ты невинный цветочек! Ничего, так будет лишь слаще.… Иди ко мне, Герда. Я буду нежен, но только в первый раз!

Герда наоборот сделала несколько шагов назад и уперлась в стену.

Бабушка заводила с ней деликатные и неловкие разговоры о том, что случается, когда мальчик и девочка любят друг друга. Откуда появляются дети. Потом дворовые мальчишки со своими грязными словами, подружки с краснеющими щеками… Герда все понимала, отчего смущалась сильнее. Курт будто подлетел к ней, оказавшись рядом и зажав у стены, не давая и шанса сбежать.

Высокий… Красивый. И пахнет от него не дрянной рыбой, а лесом. Хвоей, смолистой горечью елей и ледяной чистотой первых снежинок. В его густых волосах до сих пор застряли листики. Глаза темные и чарующие. Герда смотрит и понимает, что она подобно голубке, которую он посадил в клетку. Вырваться не удастся.

— Бабушка говорила, что этим заниматься можно только после свадьбы, — заговорила она.

— А я тебя в жены возьму. Хочешь?

Как просто! Предложил, будто это пустяки. Герда сначала поразилась, но быстро поняла – для разбойника брачные обеты ничего не значат. Просто спектакль, который он готов разыграть ради её невинности.

— Хочешь, — усмехнулся Курт. — Ты мне очень нравишься – я не видел девушки красивее тебя.