И брали мы

Вдвойне заданье

И выполняли мы на сто…

Мы говорили:

— Час настанет…

Гудели камни

Над горой.

Мы на стропилах,

В котлованах

Крепили город мировой.

По городам, заводам, селам

Бурлит поток

Нашей весны;

Магнитка — город комсомола,

Магнитка — гордость всей страны!

1934

ЖИТЬ

Осыпается снег

С голубиных небес,

Будто в белом цвету

Стоит пасмурный лес.

Не гудят трактора,

Не поют петухи —

Тракторист молодой

Сочиняет стихи.

Что настанет пора,

Весна скоро придет —

Трактор снова в поля

Тракторист поведет.

Поведет по полям,

Сбороздит целину,

Расцветут тополя,

Разукрасят страну.

Расцветут васильки,

Закудрявится рожь.

Выйдет с песней в поля

С деревень молодежь.

1936

ЛЮДМИЛА ТАТЬЯНИЧЕВА

«Уходи, как от огня…»

Уходи, как от огня,

Долго не раздумывай.

Ведь характер у меня

Трудновоспитуемый.

Как взрывчатка-динамит

Он во мне взрывается.

— Да! — немилому твердит,

— Нет! — тому, кто нравится.

Как ни бьюсь, а не найду

На него управу!

Ты сказал:

— Имей в виду,

Это мне по нраву!

И еще имей в виду —

Никуда я не уйду!

Без сердитого огня

Не прожить мне даже дня…

1933

«Не тропой идешь — сторонкой…»

Не тропой идешь — сторонкой —

Ты по лугу росному.

Все зовут тебя девчонкой,

Не считают взрослою.

И улыбками встречая,

Без худого вымысла,

Только то и замечают,

Что из платьев выросла.

Замечают —

Руки тонки,

Клинышком ключицы.

А на сердце у девчонки

Бьют крылом жар-птицы!

Пред тобой разъят на части

Мир во всей огромности.

Ты стоишь,

Робка от счастья,

На пороге взрослости.

1934

«Голос мысли спокойный и строгий…»

Голос мысли спокойный и строгий

Мне упрямо твердил: «Не ходи».

Стали разными наши дороги,

Стали разными наши пути.

Ты спокойный, настойчивый, гордый,

Может, только в горячем бреду

Назовешь моим именем город,

Где лиловые сливы цветут.

Может, только задумавшись крепко,

Проходя опаленной весной,

Вспомнишь запах надломленных веток,

Гибких веток, разбросанных мной.

Не сказала, подумала горько,

Что пошла за тобой на беду…

Ничего, провожу до пригорка,

Вытру слезы тайком — и уйду.

Не согнусь от голодной печали.

И, по-прежнему крепко любя,

Голубыми степными ночами

Буду песни слагать про тебя.

1934

«Мы стоим у подножия красной горы…»

Мы стоим у подножия красной горы,

Над горою висят неподвижно орлы.

И не крылья их держат,

А солнца лучи,

От которых в тени высыхают ручьи.

Если б ты захотел, можно б на гору влезть.

На ее крутизне тропы верные есть.

Если б ты захотел на вершину взойти,

Мог отгадку одну там нежданно найти…

Нет цветов на вершине,

Лишь камень-гранит,

А на камне одно только слово горит.

Это слово в твою написала я честь…

Ты его никогда не сумеешь прочесть!

1935

О СЫНЕ

Это неизбежно.

Зазвенит над крышей

Голубое лето. Жаркая теплынь.

Расцветут черешни…

Я тебя увижу

Маленький, горячий, долгожданный сын.