По своей структуре орден изначально состоял из трех видов братьев (fraters militiae Christi, «братья воинства Христова»): братьев-рыцарей, братьев-священников и братьев-служителей. Все они при вступлении в орден приносили четыре обета: послушания, целомудрия, отречения от собственности и посвящения жизни борьбе с неверными и язычниками. Т. е. первые три обета относились к монашеским орденам. Именно поэтому организации, исповедующие такие принципы, именуются духовно-рыцарскими или военно-монашескими орденами. Братья должны были жить в общих домах (замках), питаться за общим столом, коротко стричь волосы и бороду, носить одежду из грубой ткани. Владения Немецкого ордена в Ливонии находились под управлением магистра и капитула и возникшего в конце XIV в. орденского совета, состоящего из гебитигеров. Под этим термином (Gebietiger) понимался глава «округа» (нем. Gebiet) — комтур или фогт. К XV в. на территории Ливонии существовало 9 комтурств и 11 фогтств. Округа Венден (совр. Цесис) и Тукум (совр. Тукумс), а также орденские владения в Риге подчинялись напрямую магистру (ландмайстеру), а области Ашераден (совр. Айзкраукле), Дюнамюнде (совр. Даугавгрива), Зегевольд (совр. Сигулда) и Митава (совр. Елгава) — ландмаршалу.

Изначально ливонский магистр выбирался верховным магистром и главным капитулом. Однако позже в результате роста автономии Ливонской ветви ордена эта практика изменилась. Этот процесс постепенно начался в XIV в. и стал развиваться в XV — когда братьям ордена в Ливонии было предоставлено право выбирать своего магистра. Окончательно он завершился к первой половине XVI столетия, когда, с одной стороны, перестало существовать близлежащее орденское государство в Пруссии, а с другой, с 1526 г. (несмотря на то, что получил регалии только в 1530) магистр Вольтер фон Плетенберг стал имперским князем. Главной резиденцией магистра был Венден (совр. Цесис).

Замок Венден

Для того чтобы приехать в Ливонию или Пруссию в качестве брата-рыцаря, сначала нужно было вступить в эту организацию в одном из округов (они назывались баллеи) на территории Священной Римской империи. Пополнение Немецкого ордена на этой территории происходило разными путями. В более ранний период, в XIII в., среди кандидатов встречались и жители Ливонии. Например, к 1248 г. относится свидетельство о вступлении в корпорацию крупного рижского купца и ратмана городского совета.^[15] Однако это скорее исключение, и такая практика не имела широкого распространения. Другим вариантом мог быть переход в Ливонию братьев прусской ветви, что способствовало соблюдению прусских интересов на данной территории. Подобный способ комплектации ливонской ветви был распространен, прежде всего, до первой половины XV в.^[16] В ходе XIV в. окончательно оформилась тенденция орденской рекрутации либо из Вестфалии, либо из рейнских земель. Слово «рейнец» вплоть до середины XV в. в Ливонии зачастую использовалось как синоним сторонника партии верховного магистра. При этом зачастую оставалось без внимания, был ли данный брат ордена действительно выходцем с земель Рейна. Сторонники большей автономии ливонской ветви именовались «вестфальцами». Таким образом, внутри духовно-рыцарской корпорации отчетливо прослеживалось не только политическое размежевание, но и противостояние между выходцами из разных земель.^[17]

Верховный магистр назначал не только на должность ландмайстера, но и других гебитигеров выходцев с Рейна.^[18] Это вело к обострению внутри Немецкого ордена из-за разного территориального происхождения братии. С XII в. развивалась традиция вступления в филиал ордена в Ливонии выходцев из Вестфалии, в частности из восточновестфальских территорий, включая Гессен.^[19] «Нижненемецкое» пространство продолжало играть существенную роль в рекрутации членов и ордена меченосцев, а впоследствии ливонской ветви Немецкого ордена.^[20] Именно из этого ареала в XIV в. происходили ландмайстеры Ливонии, например Госвин фон Херреке, Арнольд фон Витинхоф и Веннемар фон Брюггеней.^[21] Позже эта тенденция сохранялась. Согласно проведенным Л. Арбузовым подсчетам, подавляющее большинство братии было родом из вестфальского мелкого рыцарства. В частности, он привел около 800 имен рыцарей, происходивших из этого региона и составлявших, по его мнению, около 90 % от общего числа известных рыцарей ордена в Ливонии на рубеже XV–XVI вв.^[22] Чаще всего орден пополнялся выходцами из Мюнстера, Оснабрюка, Падерборна и Вест Реклинггаузена. Из светских владений выделяются графства Марк, Равенсберг и Липпе.^[23] Однако важно понимать, что процесс не был неизменным и на него оказывали влияние процессы не только в Ливонии, но и в указанных землях Священной римской империи. В XIV–XVI вв. произошли изменения, повлиявшие на приток братии из более северных территорий. С середины XIV в. значительная часть представителей мелкого рыцарства отправлялась в Ливонию из графства Марк, однако постепенно стали преобладать выходцы из кельнской области Зауерланд в герцогстве Вестфалия. Отчасти это может объясняться экономическими причинами,^[24] в том числе более активной торговлей, которую вели такие города, как, например, Оснабрюк, Зуст, Мюнстер, по сравнению с городами графства Марк.^[25]

Напряжение между «рейнцами» и «вестфальцами» стало нарастать в начале XV в., когда в 1413 г. Дитрих Торк стал ливонским магистром. К. Милитцер относит это к началу третьей фазы существования ордена в Ливонии. Перед лицом роста числа вестфальцев новый верховный магистр, которым был избран Пауль фон Русдорф, стремился оказать всяческую поддержку рейнцам. В выборах нового главы ливонского отделения с 1424 г. должны были участвовать кандидаты от обеих партий.^[26] Однако уже в 1469 г. после смерти ландмайстера Иоганна Менгеде, происходившего из Вестфалии, верховному магистру была предложена на утверждение только одна кандидатура. Возможно, это связано с падением влияния верховного магистра на выборы в Империи и в Ливонии в условиях только что завершившейся Тринадцатилетней войны и подписания невыгодного для ордена Второго Торуньского мира 1466 г.

В 70-е гг. XV в. между рейнцами и вестфальцами вспыхивает конфликт. В 1472 г. комтур Феллина Дитрих фон дер Дорнебург просил у верховного магистра дать письменное разрешение его брату, которого он пригласил в Ливонию, на ношение орденских одежд. Но из формулировки остается неясным, шла ли речь об облачении в Вестфалии или уже в Ливонии.^[27] Хотя, принимая во внимание общепринятую практику, кажется наиболее вероятным, что вступление происходило именно в Вестфалии, откуда новый брат ордена уже отправлялся в Ливонию.

Спор вокруг самого факта облачения в рыцарские одежды выходцев из разных земель иллюстрирует напряженность, царившую между ними.

Походы против последних язычников

Пруссия и Ливония против Литвы

В 1291 г., несмотря на все попытки отстоять Святую Землю, пала под ударами мусульман последняя крепость крестоносцев в Палестине — Акра. Стало ясно, что история походов на Восток закончена. На первый план выдвинулось северное направление. Это проявилось, в том числе, в переносе резиденции верховного магистра Немецкого ордена. В 1309 г., после недолгого пребывания в Венеции, она перемещается в Мариенбург (совр. Мальборк в Северной Польше, в дельте р. Вислы). Несмотря на сложности, сопровождавшие перенос резиденции, Мариенбург стал фактически «столицей» ордена вплоть до 1466 г., когда эти земли по Второму Торуньскому миру отошли Польше.

Главным врагом Немецкого ордена в XIV в. выступает последнее языческое государство Европы — Великое княжество Литовское, Русское и Жемайтское. Значительную часть его населения составляли потомки жителей распавшейся Киевской Руси, то есть православные. Но правящим этносом в XIII–XIV вв. были язычники — литовцы. В противостоянии с ними немецкие крестоносцы обрели смысл своего существования в Прибалтике. Орден занимался тем, ради чего и был создан — воевал с язычниками, стремясь их христианизировать. Если бы литовцев склонил к крещению кто-то другой — будь то православная Русь или католическая Польша, — то исчезло бы законное основание присутствия крестоносцев в Прибалтике.