Боже, сколько оскорблённого пафоса, он уже в распутстве меня не обвинил? По себе судит, ну-ну…

— Нормальная? Послушай, всё так, я его боюсь, но вопрос задала таким образом из деликатности. А вообще, я хотела спросить, что мне нужно сделать, чтобы нам с тобой развестись? Есть ли какая-то цена развода, посильная для меня? А то, может быть, вам с Еленой и не стоит ругаться, и становиться врагами? Просто собирайтесь и уезжайте завтра утром вместе, так будет проще для всех. И мне не придётся флиртовать с инквизитором, чтобы он стёр вас в порошок…

Настал его черёд остановиться и долгим взглядом просверлить меня, мы оказываемся умеем выедать друг другу мозг чайной ложечкой.

— Ты сама уже знаешь, что я не дам тебе развод, это невозможно, в который раз вынужден повторить эту аксиому: после венчания браки не расторгают. И да, именно по этой причине я и отправил тебя в монастырь, испугался, не хотел тебя обрекать на страшные муки и выбрал более гуманный способ обретения свободы и не раскаиваюсь, это был акт спасения. Сейчас всё изменилось, увы, не смею рассчитывать на прощение и понимаю твою опасность для меня, но также понимаю, что без тебя мне не добиться тех желанных вершин в обществе, какие сегодня вдруг замаячили на горизонте. Елена несколько раз перешла все границы, не хотел об этом говорить с тобой, но она для меня в прошлом в любом случае.

Вот это он вывернулся, даже уж на сковородке так бы не смог, и нашим, и вашим и себе любимому, всем угодил и смог оправдаться.

— Заведёшь себе другую пассию? — не сдержалась и подколола его.

— Попытаю счастье и удачу с моей женой, а если не повезёт, то да, найду другую пассию, более смирную, и не такую стерву, как Елена, и без мистификаций, как у моей странной, но прекрасной жены.

Он сказал это с иронией в голосе и с улыбкой, посчитав, что сказать обо мне в третьем лице, забавно…

— Ну что же, по крайней мере, честно. Но мой тебе совет не теряй время на жену, она тебя не простит, — отвечаю ему так же.

Мы потеряли слишком много времени и уже опоздали домой и опоздали написать записку адвокату. Карета нашлась довольно быстро, муж помог мне подняться по небольшим ступенькам и крикнул кучеру: «Трогай!».

Мы и так сказали слишком много лишнего друг другу. И теперь ни у него, ни у меня нет никаких иллюзий на счастливую семейную жизнь или на развод без проблем. Таких пар тысячи, брак плавно сменил статус на официально формальный, выгодный мужу и, скорее всего, мне, если припомнить, что я в обществе так и остаюсь изгоем по каким-то неведомым таинственным причинам из загадочного прошлого семьи Гринёвых.

И я даже готова смириться на какое-то время, но переписав брачный договор и выселив стерву Елену, потому что даже сейчас переживаю за дом, она может снова проверить все шкафы, подложить какую-то гадость в постель, в еду, в напитки…

— Что-то случилось! — Андрей выглянул в окно кареты и сразу же довольно громко выкрикнул, выдернув меня из размышлений.

— Что? Где? — не сразу поняла о чём он, и наша карета остановилась у парадного, в этот момент я поняла о чём он.

Перед нашим домом выстроились в ряд несколько карет, одна из них с красным крестом на дверях, окна дома на втором и первом этаже ярко освещены, и там явно происходит что-то неприятное.

Я вдруг решила, что Елена взбесила Гришу и тот разбил о её голову графин, ведь я не ощущаю его с того самого момента, как он реанимировал меня на балконе и растворился в ночи.

Быстрее вышли из кареты, поднялись по лестнице и в парадном встретились с лекарем и несколькими санитарами с пустыми носилками.

— Что случилось? — Андрей первым успел задать вопрос, а я пропустила носильщиков на выход и вдруг уже ощутила, что произошло.

Мы опоздали! Будь я дома час назад, ни за что бы не впустила врачебную бригаду в дом, есть лазарет, и пусть больная лечится там. Но мы опоздали…

— Ваша сестра три часа назад попала под колёса кареты, мы оказали первую помощь, но она в настоящий момент не может ходить. Ушиб спины, сломана нога и было выбито плечо. Множественные ушибы. Мне жаль, Елена Осиповна в тяжёлом состоянии, умоляла не оставлять её в госпитале и попросилась домой. Завтра я вас навещу.

Андрей молча достал из кармана купюру и протянул лекарю. А я вдруг подумала о допросе у инквизитора с воодушевлением. Лучше с ним допытываться до истины, чем терпеть в доме ненавистную женщину. Очень надеюсь, что это не дело рук Григория, с него станется такое провернуть, но реальность куда прозаичнее:

— Она ведь специально кинулась под колёса, возможно, ушибы не такие страшные и этот лекарь с ней в сговоре, с такими травмами больных на несколько дней обязаны оставлять под присмотром в госпитале, это всё театральная постановка, но выгнать её мы теперь долго не сможем.

— Да, специально, и завтра вывезу Елену из нашего дома на квартиру, пусть о ней заботятся служанки. У неё есть некоторые сбережения. Вчера я имел неосторожность в грубой форме сказать, что между нами всё кончено, похищенные драгоценности стали последней каплей. Вот она и решилась на очередную аферу, — неожиданно Андрей вдруг выдал негласный секрет своей подружки, признав её, да и себя аферистами.

Если он ей не верит, то это уже о многом говорит.

— В таком случае завтра нужно подать объявление в газету о найме нового штата прислуги, все прихвостни Елены, должны исчезнуть вместе с ней.

— Да, в этом вопросе я с тобой абсолютно согласен. Сделаю все объявления завтра утром, ночь хочу проспать спокойно…

Вот и первое взаимодействие, быстро он переобулся, но его «верность» стоит очень дёшево.

Глава 23

Хочет он меня, перехочет…

Мне «навещать» Елену не то, что не хочется, а противно. Она прекрасно знает, как я к ней теперь отношусь. После падения с лестницы она безжалостно спровоцировала мой отъезд в монастырь, невзирая на ужасное состояние и самочувствие. Я намерена поступить с ней так же.

Андрей, не задерживаясь, поднялся на третий этаж, тоже не горя желанием встречаться с бывшей любовницей.

Забавно, но появилась весьма дельная мысль, что я устрою этот дом по принципу доходного, муж продолжит жить у себя на этаже, платить аренду и тем содержать меня, если, конечно, у семейства Гринёвых нет никаких тайных счетов, о каких много раз упоминал Гриша.

Елену выдворим в ближайшие сутки, я займу второй этаж полностью, а на первом останутся, так сказать, общие и хозяйственные помещения.

Это решение показалось совершенным.

Мы с Андреем с этого эпохального вечера просто соседи…

Если бы не предстоящая встреча с графом «Дракулой», то можно было бы начать праздновать маленькую победу.

Горничная помогла мне раздеться, подала лёгкий ужин и вышла. Всё молча, и я даже не поинтересовалась, как себя чувствует Елена. Мне всё равно.

Однако, когда первый «приступ» эйфории по поводу принятых решений отпустил, я вдруг поняла, что не всё так просто. Найти свободную квартиру — настоящая проблема, Елена всё просчитала. Это здорового человека легко выдворить за стены дома и забыть. Но лежачую больную, какой она явно притворяется, практически невозможно…

Если вокруг маленького семейного скандала образуется шумиха, то мы снова окажемся в серой зоне общества, а этого допускать категорически нельзя.

Но одно простенькое и весьма эффективное решение есть поняла, что переговоры с мужем придётся продолжить прямо сейчас, ведь завтра утром может быть поздно.

Накинула плотный халат, расчесала волосы, умылась и поспешила на третий этаж, постучала в его спальню, надеясь, что он не примет поздний визит за прощение и романтическое примирение.

— Да, одну секунду… — открыл дверь и замер в удивлении, ожидая увидеть на пороге кого угодно, только не меня. — Ты? Прости, не ожидал…

— Я по важному делу. Возможно, скажу сейчас жестокую правду, но Елена нас переиграла. Мы не подумали о проблеме в деталях. Даже если это профанация и она не пострадала на самом деле, то на доказательство этого факта уйдёт время. Второе, если мы решим её выселить, то найти быстро квартиру, задача почти непосильная. Я, конечно, попытаюсь, но вряд ли что-то получится в ближайшие дни. Она добилась своего и отсрочила изгнание…