Совместная работа превратилась в непрекращающуюся битву. Игорь приносил сырые, но смелые идеи. Зоя тут же разбирала их на атомы, находя десяток потенциальных рисков. Он в ответ обвинял её в том, что она душит любое начинание в зародыше. Они спорили в кабинете, за круглым столом в переговорной, у кулера с водой. Воздух в такие минуты между ними накалялся до предела.

Кульминация наступила поздно вечером, когда в офисе остались только они. Зоя, доведённая до белого каления его последним пренебрежительным: «Да брось ты вылизывать каждую запятую!» — вскочила с места.

— Я не могу работать с тобой! Ты безответственный и небрежный!

Игорь, до этого казавшийся спокойным, вспыхнул в ответ.

— А ты зануда и перфекционистка, которая сама себе придумывает работу! Ты так боишься ошибиться, что просто закопалась в своих бесконечных переделках! Ты не вылезаешь из-за компьютера, потому что боишься принять решение, чтобы не ошибиться!

Они стояли друг напротив друга, тяжело дыша, и в наступившей тишине их слова висели в воздухе, ядовитые, но правдивые. Игорь каким-то образом понял то, что она старалась не показывать никому: она с детства боялась оказаться недостаточно хорошей. Не сказав больше ни слова, Зоя схватила сумку и выбежала из офиса.

Оказавшись дома, она зашла на сайт «Слушай сердцем», но Макс молчал. Зоя написала ему сама.

Змейка: «Привет, как дела?»

Но тот до самого вечера так и не появился в сети. Зато в сети появился некий «Оратор». В переписке он представился Сашей, продемонстрировал широкий кругозор, цитировал Бродского, а также упомянул, что работает в сфере PR. Зоя проболтала с ним до поздней ночи. Он предложил встретиться в новом баре в центре — модном месте с приглушённым светом, кирпичными стенами и огромной стойкой, за которой суетливо двигались бармены с начищенными до блеска бокалами.

Придя на следующий день на работу, Зоя держала с Игорем вежливый нейтралитет, тот тоже был не в духе и не лез с расспросами. По окончании рабочего времени она радостно помахала ему рукой на прощание и упорхнула из офиса, торопясь на свидание.

Саша уже ждал её у входа. Высокий, приятной наружности, в стильном чёрном полупальто. Он улыбнулся и повёл её внутрь, лёгким кивком указав администратору на заранее забронированный столик в уютном углу.

— Я уже изучил карту напитков, — объявил он, как только они устроились в мягких кожаных креслах. — Здесь есть потрясающее итальянское игристое, один сорт, ты просто обязана попробовать. Я, конечно, предпочитаю красное, но для дамы… — Он сделал паузу, окинув её оценивающим, но одобрительным взглядом. — Для тебя, пожалуй, подойдёт белое. Более изящное.

Не дав Зое изучить меню или хотя бы предложить свой вариант, он поймал взгляд официанта и сделал заказ. Через несколько минут перед ними стоял бутылка с выбранным напитком и два бокала.

— За новые знакомства, — предложил он. Его тост прозвучал как отрепетированная фраза. Зоя улыбнулась, сделала маленький глоток и попыталась начать.

— Мне очень нравится это место, атмосфера…

— Да, верно, — тут же перехватил он. — Атмосфера — это ключевое. Я, кстати, недавно консультировал одно заведение по ребрендингу. Так вот, владелец, представь, вообще не понимал базовых принципов…

И понеслось. Он говорил. Говорил о своём проекте, о некомпетентности клиента, о своём блестящем решении. Зоя кивала, поддакивала, её бокал постепенно пустел, а его монолог тёк плавно и непрерывно, как полноводная река. Он рассказывал о своей поездке в Италию, незаметно переходя к рассуждениям о современном искусстве, а от него — к сложностям подбора персонала в его отделе.

А Зоя в это время всё больше и больше чувствовала себя невидимкой. Её роль свелась к функции «активный слушатель»: вовремя улыбнуться, издать одобрительный возглас, поддержать зрительный контакт. Она была всего лишь деталью интерьера, оживлявшей его повествование.

— …и вот тогда я ему прямо сказал: либо ты меняешь подход, либо я ухожу. А ты как думаешь? — вдруг спросил он, прервав свой рассказ.

Сердце Зои ёкнуло от неожиданности. Наконец-то!

— Я думаю… — начала она, стараясь вложить в голос максимум участия. — Мне кажется, в такой ситуации важно…

— Да-да, именно! — перебил он, снова загораясь. — И знаешь, что я сделал? — И, не дожидаясь ответа, опять погрузился в рассказ, подробно описывая свою гениальную стратегию.

В какой-то момент Зоя сдалась. Она отодвинула свой бокал, её плечи опустились. Она просто смотрела на него, наблюдая, как он жестикулирует, как его лицо оживляется, когда речь заходит о нём самом. Ей стало невероятно скучно и одиноко. Она была на свидании, но была абсолютно одна.

Когда он на мгновение замолчал, чтобы заказать ещё вина, Зоя воспользовалась паузой.

— Саша, мне, пожалуй, пора. Завтра рано на работу.

— А? — он посмотрел на неё с лёгким недоумением, как будто вспомнив, зачем они здесь вообще сидят. — Ну конечно, работа. Я, кстати, завтра тоже… — И он снова начал рассказывать о своём предстоящем совещании, уже попутно надевая пальто.

На улице Саша предложил вызвать ей такси, но Зоя, ссылаясь на близость метро, поспешно попрощалась. Он кивнул, улыбнулся своей блестящей, немного высокомерной улыбкой и ушёл, явно удовлетворённый вечером.

Зоя же стояла на холодном тротуаре, глотая морозный воздух. Она чувствовала себя абсолютно опустошённой. Она провела два часа в обществе человека, который даже не попытался её узнать. Он говорил с ней, как с жилеткой для излияний, как с зеркалом, призванным отражать его собственное «я».

Она зашла в метро, опустилась на сиденье и закрыла глаза. От этих свиданий не оставалось ничего, кроме горького осадка и странного чувства, что её использовали в качестве массовки в собственном спектакле. Единственным человеком, с которым у неё был настоящий диалог, а не монолог, оставался загадочный Макс_О. Но он был по ту сторону экрана. А ей с каждой неудачной встречей хотелось всё больше хоть капли настоящего, осязаемого человеческого тепла.

Войдя в квартиру, она скинула сапоги, сняла пальто и в полумраке уткнулась в телефон. Её пальцы сами потянулись к чату с Макс_О. Он прислал ей ответ на её последний вопрос: «Привет, как дела?»

Макс_О: «Так себе. На работе война с тем, с кем воевать совсем не хочется».

Змейка: «Как я тебя понимаю! Тоже воюю на работе. А ещё хожу на свидания, каждое из которых хуже предыдущего».

Она уже готовилась отложить телефон, но ответ пришёл почти мгновенно.

Макс_О: «Попадаются странные типы?»

Змейка: «Если бы только странные... Один чуть не заморозил насмерть, назвав меркантильной за желание зайти в кафе. Другой, стоило мне заказать салат, заявил, что не собирается кормить «тарелочниц», а в итоге я за него платила. Третий говорил только о себе, будто я невидимая. А тот человек, с которым я хотела бы провести время, вероятно, предпочитает проводить его с кем-то другим».

Макс_О: «Жесть. Жаль, что так вышло. Хотя... Стоп. А с тем, с кем бы ты хотела сходить, что не так? Почему не идёте?»

Змейка (после некоторой паузы): «Он не приглашает. Только пишет. Вот прямо сейчас тоже».

Макс_О: напряженно печатает, потом стирает, потом опять печатает. «Слушай. Скоро Новый год. Большинство либо с семьями, либо в шумных компаниях. А я, как обычно, буду один. И ты, судя по всему, тоже. Может, встретимся? Я не люблю долгие прогулки на морозе и свято верю в право девушки заказать салат. Ну так что?»

Зоя смотрела на сообщение, и по телу разливалось тепло, смывая усталость и горечь прошедшего дня. Это был тот самый шаг, которого она так ждала.

Змейка: «С удовольствием!»

Она отправила сообщение, прижала телефон к груди и впервые за долгое время улыбнулась лёгкой, неподдельной улыбкой. Впереди было свидание. С тем, с кем она по-настоящему хотела.

Предновогодняя неделя пролетела в сумасшедшем ритме. Проект, над которым они с Игорем бились, наконец, был сдан. В воздухе витало ожидание праздника, а для Зои ещё и приятного свидания. Она почти не спала, лихорадочно продумывая образ, и представляю себе встречу с давним собеседником.