— Игрушечная война, — кивнул я. — Стреляешь ты классно! Я на Мафане заценил.

Грозовой фронт догнал нас раньше расчетного времени. Редкое явление захлестнуло бот с кормы, мотнуло из стороны в сторону. Я тут же включил маневровые — да, можно было проиграть в плане маскировки, но удариться о стремительно приближающиеся скалы никакого желания не было.

— Шлемы! — скомандовал я. — Полная боевая готовность. Рогов — хватит жевать!

— Раскомандовался! — фыркнул опцион, но мюслевые батончики наконец убрал. И пистолет-пулемет Стреле вернул.

Я щелкнул тумблером — бронеплиты у стекла разъехались, по ним тут же шибанул дождь. Видно было почти что никак, да и плевать — приборы никто не отменял. Сверкнула молния — далеко в стороне. Что будет, если молния ударит в бот? Что происходит, если она бьет в самолет? Вроде — ничего страшного. Мы ж не заземлены, да? Или как это работает?

Маша, справившись со своим шлемом, мигом надела на меня мой.

— Клево выглядишь. Собранный такой, деловой! Давай, я сниму тебя! — экшн-камера была у нее в руках.

Вот же — девчонка! Тут бот мотает из стороны в сторону, молнии бьют, я весь взмок, до точки — несколько минут хода. Картина — апокалиптическая: латанная перелатанная космическая консервная банка, черные тучи, ливень хлещет, электрические разрядысверкают, и горы на горизонте очень быстро растут в размерах! И что там ждет — непонятно. А она — «клево выглядишь, сниму»… У меня в висках стучала кровь, я весь набычился, ловил малейшее движение бота — и тут же реагировал маневровыми, и что-то там себе под нос напевал невразумительное, но бодрое.

Меня злость взяла, если честно, и какая-то иррациональная радость: мне нравилась сама идея вернуться и надавать Системе по щам. Как тому обезьяну в Мьянме, который орехи у мелких тырил. Чипы, она, сволочь такая, в людей пихает! Мы, может, не любим, когда в нас что-то пихают! Особенно мужики…

Я вдруг рассмеялся.

— Ты чего? — спросила Маша.

— Глупости, ничего…

Горы вдруг выросли на горизонте, темные, высокие, за мутной пеленой дождя. Я глянул на экран — точка приземления была близко, так что я врубил носовой маневровый и отрегулировал антиграв, чтобы смягчить торможение.

— Рогов, как только садимся — открываю аппарель!

— Принял! — рявкнул опцион. — Сразу после высадки беру командование на себя.

— Аой! — подала голос Стрела, потому как громадный, испещренный трещинами и кавернами утес стремительно приближался.

Я потянул штурвал на себя, выводя бот в вертикальное положение — и успел тютелька в тютельку.

— Би-и-и-ивни черных скал

И пещер тупой оскал!

Человек… Среди них ничтожно мал! - внезапно, я понял, что именно напевал под нос.

От днища бота до почти отвесной скалы осталось метров пять, не больше, но мне удалось стабилизировать суденышко в таком положении — и импульсом из маневровых направить его вверх. И дальше, ориентируясь на показания приборов, я двигался так же, прижимаясь к утесам. А потом, когда рамочка на экране наконец соединилась с мерцающей точкой конечной цели нашего полета, выключил маневровые и аккуратно посадил бот на брюхо.

— Полундра-а-а-а! — заревел Рогов и бросился наружу через опущенную аппарель.

Я не успел и слова сказать — Стрела выскользнула из кабины сквозь аварийный люк.

Мне оставалось только выхватить из креплений на потолке стандартный «Вал» и тоже кинуться следом. Опыт предыдущей высадки заставлял нас действовать поспешно, так что я рванул следом, выбрался на камни, вышел в перекат, встал на ноги — и увидел довольную рожу Рогова сквозь забрало его шлема.

— Нормально, — сказал он. — Нихрена они нас не заметили.

И, несмотря на хлещущий дождь и молнии, я улыбнулся в ответ, чувствуя неимоверное облегчение от того, что мы — долетели, сели и стали на шаг ближе к освобождению ребят:

— Порядок, опцион. Командуй! Работаем дальше.

картинка, которая должна была быть на прошлой главе, но сделать ее вчера не хватило времени) Такими Маша Ларсен и Тимур Сорока увидели друг друга во время встречи в Минске

вы хотели волосатого Сороку — пожалуйста)

Глава 21

Миссия по спасению завершается

Реактивные гранаты полетели одна за другой — три штуки, с интервалом, которого Рогову хватило, чтобы там, на небольшой террасе среди камней, откинуть пустую трубу гранатомета и схватить следующую. Он стрелял со склона, целился в машину-ретранслятор — и попал, два раза из трех. Антенну с крыши ретранслятора сорвало и унесло к черту, сама техника вспыхнула, через секунду изо всех щелей повалил жирный дым. Первый шаг к победе — Система лишилась связи между механическими бойцами!

— Давай-давай-давай!

Мы со Стрелой мчались по мелководью, поднимая тучи брызг подошвами ботинок. Речка тут была совсем дохлой, похоже — ГЭС не работала, воду в хранилище накапливали, вот и пересохло русло. Туман и морось, которые повисли в воздухе, служили нам прикрытием. Я уже видел контейнер: самый большой из всех, явно пересобранный кустарно, он стоял на платформе трала, среди других машин. Я был уверен: там — «Мастодонт».

Со склона — уже метрах в пятидесяти от первой огневой позиции — снова полетели реактивные гранаты. Рогов бил по головной машине: белому фургону с водометом. Рискованно, но оправданно — очень вряд ли пленников повезут в авангарде! От второго выстрела в борту фургона образовалась дыра размером с теленка, и точно в нее влетела третья граната, заставив технику вспухнуть и вывернуться чуть ли не наизнанку. Во все стороны полетели обломки андроидов — там были роботы!

Точно такие же, только целые, белые роботы лезли теперь изо всех щелей, из каждого грузовика и каждой машины — кроме тех, в которых везли рефаим. Железяки огромной толпой мчались в сторону горного склона. Уничтожение ретранслятора лишило их системного руководства, теперь они действовали каждый по своей программе. Нейтрализация угрозы — эта задача стала приоритетной во всех электронных мозгах одновременно. Даже один из ОБЧР выдвинулся к плотине, чтобы перейти ее и разобраться с чем-то, что только что поставило под угрозу эвакуацию базы.

Второй великанский робот очень по тупому слил расположение самого ценного, что было в колонне: резко, несколькими прыжками сменил диспозицию, и, припав на одно колено, заслонил своим телом большой десятиосный грузовик с каким-то металлическим бункером вместо кузова — примерно метрах в трехстах от нас.

— Дата-центр, — констатировала Стрела. — Или сервак. Точно — там.

Она смотрела туда же, куда и я. Мы залегли за камнями, до контейнера оставался один рывок. Колонна растянулась на горной дороге километра на три, движение вперед было невозможно из-за обломков головной машины. За нашими спинами Рогов уже поливал атакующих андроидов из ручного пулемета… Или из двух? С него станется, у опциона там целый арсенал разложен на нескольких огневых точках! Но от толпы в пару сотен роботов, которые хаотичным, но довольно плотным строем карабкались вверх по склону ему не отбиться… Еще и ОБЧР остановился, сканируя местность, а импульсная пушка на его руке засветилась, накапливая заряд… Эх, а ну как вычислит опциона?

— Давай! — махнула рукой девушка.

Ларсен укрылась за камнем, вскинув пистолет-пулемет, а я устроил спринт к контейнеру с медэваком. Бежал так, что гравий из под ботинок летел, а легкие огнем горели! Наперерез мне кинулась пара андроидов — плевать! Я врезал одному прикладом «Вала», второго сшиб плечом, и тут же послышался сухой стрекот — Стрела работала из ПП, прикончила сбитых на землю роботов и открыла огонь по другим, которые пытались преградить мне путь. Двадцать шагов, больше похожих на прыжки — и я у цели! Потребовалась несколько мгновений, чтобы оценить ситуацию: скобы на ко, и сварка — хреновая!