Совершенно бесшумно эта штуковина опустилась и зависла над речушкой, и из ее нутра опустился трап. Кто-то большой, высокий, плечистый и лысый, в белой одежде, напоминающей ту, в которой щеголял Молодой, спустился по трапу прямо в воду, и, поднимая тучи брызг пошел к нам, широко улыбаясь и сверкая фиолетовыми глазами.

Я готов был на месте провалиться, если ошибаюсь: в нашу сторону шагал тот самый доктор, который проводил мне процедуру коррекции на Земле! Это он пожелал мне «всего добренького» и «земли пухом» перед вылетом!

— Эмиссар и полномочный представитель Доминиона Рефаим, его превосходительство — Гадра Паси! — провозгласил трибун Белояров.

Рефаим приветствовали его на свой манер — эдак характерно распевали звуки «а» и «о» на все лады. Эмиссар Гадра Паси шел среди живого коридора и улыбался, и махал всем рукой. Лохолона Антитра, он же — Старый Вождь шел ему на встречу, и тоже улыбался, хотя из-за ожога его улыбка выглядела зловеще. А еще — впереди бежали детки и разбрасывали цветы: кое-что что на Земле, что на Фоане выглядит одинаково мило!

Я отпрянул чуть в сторону, чтобы занять выгодную позицию для съемки, и оказался рядом с Ларсен.

— Гадра Паси — Оковы из Песка, — одним уголком губ сказал я. — Интересно.

— Гандапас! — сказала Маша.

Девушка раскраснелась, ее глаза смеялись, рот был напряжен… Да она едва сдерживалась, чтобы не фыркнуть! Я глянул на высокую лысую фигуру и меня тоже начал разбирать дурной смех, особенно в моменте, когда эмиссар, чуть приобняв Старого за плечи, втирал всем собравшимся на рефаимском:

— Лидер — это человек, способный действовать в ситуации неопределённости, не полагаясь на алгоритмы и шаблоны. Я рад видеть, что свободный народ Фоаны получил такого лидера, который сможет принимать на себя ответственность, и думать об отдаленных результатах своих решений, — весь такой бодрый, заряженный, с энергичным блеском фиалковых глаз, ну и лысины — тоже, этот эмиссар реально напоминал Радислава Гандапаса. У него здорово получалось нести всю эту мотивационную дичь: — С радостью я приветствую вас всех, и нового наместника прекрасной планеты Фоана в родной гавани. Добро пожаловать домой, свободные рефаим! Вы вернули себе исконное право быть авторами своей жизни! Да — свободная жизнь означает вечный страх перед будущим. Но мы все имеем право бояться. Бояться — но делать! Да здравствует будущее, да здравствует Фоана, да здравствует Доминион Рефаим!

И все такое прочее, принятое в приличном обществе. А потом они со Старым взялись за руки — и подняли их небесам, и собравшиеся устроили им овацию, довольно продолжительную. А легионеры дали трехкратный салют в честь такого торжественного случая.

Я снова оказался рядом с Машей и прошептал ей на ухо:

— Кричали женщины ура и в воздух чепчики бросали.

— Пф-ф-ф-ф, Тима, ну что за… Гляди, гляди, Гандапас на нас смотрит!

И я глянул, и увидел, что лысый эмиссар реально смотрит на меня! Вдруг он поднял бровь, явно узнавая, и помахал мне рукой. А я что? Я тоже ему помахал.

Что он — не человек, что ли?

* * *

Конец третьего тома.

космический Гандапас

не будем же мы заканчивать третий том портретом Гандапаса, правильно? Оставим наших ребят в хорошем моменте.

Думаю, четвертый том начну публиковать после того, как на АТкон съезжу, то есть — в двадцатых числах. Мне такие поездки писать не мешают, наоборот — нормально в поездах работается. Просто я подумываю параллельно начать работу над еще одной историей — пока «подкопить» текст. Посмотрим, как получится. Но пока в приортете — эта. Просто потому, что мне тупо интересно: что там будет дальше?)))