Оказалось, что моего размера нет. Было очень обидно, но Ольга быстро порылась в своей сумочке достала бесцветные нитки, и прямо на мне чуть присборила по бокам и немного в горловине, тогу.

– Да, – протянула девушка, – декольте не для твоих прыщиков.

Рядом прыснула еще одна опоздавшая, ослепительная блондинка, прикрывая рот ладошкой.

А я что, все правда, главное работа есть и ходить в дырявых сапогах, весной не придется. Напряжение чуть спало.

Вокруг витали вкусные запахи, и живот стразу напомнил о себе болезненным спазмом. Как бы грубо это не звучало, он просил не просто есть, а жрать, прямо большими буквами. В обед, еле успела пару пирожков съесть, запивая горячим чаем. Гастрит мне обеспечен.

–Что–то они сегодня странные, – сказала одна девчонка заскочившая поправить макияж.

– Что там? - лениво спросила, блондинка.

– Да как сдурели, сначала все с мест подскакивали, потом назад сели, сидят… есть не едят, не танцуют…

– Ох, я надеялась опять подсмотреть, как они танцуют, – протяжно сказала блондинка, — это феерично, я вам как бывшая танцовщица говорю. Пластика, переходы, движения, завораживают, – тут она заметила меня, – о, новенькая, ты чей воробушек?

– Моя, – вышла вперед Ольга.

– А Котелина, смену растишь, – улыбнулась улыбкой акулы девушка, – боишься конкуренции, поэтому замухрышку взяла, смотри тебе отчисления от нее не светят.

— Это ты зря, – сказала, покачав головой блондинка, – помнишь горничную со второго этажа, тоже вроде бы не кожи ни рожи, а ухватила себе из красавчиков.

Девушки переглянулись, усмехнулись словно что–то вспомнили.

Потом перестали обращать на меня внимания и ушли, о чем–то весело щебеча.

– Про кого они говорят? – спросила у злой Ольги.

– Местная достопримечательность, «красавчики», мечта всех девчонок, кто их видел. Никто не знает кто они, откуда они, но точно иностранцы, потому что говорят с акцентом. Вот бы одного захомутать, – девушка зажмурилась, – глаза синие-синие, смотришь и утонуть боишься. Сколько не пыталась внимание на себя обратить, словно не видит. Ольга встала, оглядела себя в большом ростовом зеркале, чуть натянула тогу, чтобы лучше была видна ложбинка между грудей и кивнула мне на выход.

– Ну что, пойдем уже горемыка, ты главное под ноги смотри, на таких каблуках даже мне трудно, но что не сделаешь ради красоты. Выходить в зал было боязно, я ухватила на подаче поднос и понеслась за девчонками. Ноги тряслись от голода, руки с ними в такт, поэтому шла аккуратно, чтобы не растрясти красоту на тарелках. Посмотрела на бумажку с номером стола и оглядела зал, замерев на секунду.

Это был как удар под дых, одновременно несколько десятков пар глаз смотрящие на меня и словно что–то ожидающие. Я быстро нашла стол с моим номером, при этом встретившись с глазами синими синими, как сказала Ольга, даже догадываюсь теперь про кого она говорила.

И правда красавчик. Черные волосы небрежно взлохмачены, тонкий нос, губы, сжатые в полоску. Красавчик словно злился, я быстренько расставила тарелки, чтобы не попасть под плохое настроение хозяев праздника. Что–что, а лимит оскорблений на сегодня превысил всевозможные пределы. Боюсь не выдержу и вякну чего–нибудь не кстати. И прощай сапоги, и несколько месяцев вкусных обедов. Я вздохнула и потопала на выход. Там уже стоял один из красавчиков. Волосы серебристые, глаза почти чёрные, интересный типаж, в который раз за день зачесались руки. Хотелось взять в руки кисть и творить, и это впервые за несколько месяцев. Мужчина галантно отворил двери и рукой позвал на выход. Я опешила, но на автомате вышла в коридор, где столкнулась с Ольгой, пышущей злобой.

– Ты зачем поднос с моего стола взяла.

– А, – спросила еще не отошедшая от поступка одного из красавчиков.

– Ты взяла мой поднос, тебе ясно сказали на какие столы, ты носишь еду, – чуть не кипела от злости коллега.

Сейчас она была похожа на страшную гарпию, а свет, исходивший из приоткрытой двери, освещал лицо, рисуя тенями страшный оскал.

– Ой, перепутала, – сказал я, переживала, не посмотрела какой номер, поздно вспомнила.

– Надеюсь этого больше не случится, – прошипела девушка и словно метеор пронеслась мимо, чуть не откинув меня на стену.

— Вот сумасшедшая, – прошептала про себя, потирая руку, которой все–таки ударилась о стену.

Потом я еще несколько раз бегала в зал, носила еду на другой стол, по сторонам старалась не смотреть. Нервы дороже. А вот в голове уже стоял портрет того, с синими глазами, почему именно его, а не того, кто дверь открыл… не знаю, но эти глаза не отпускали. Притягивали взор и хотелось еще раз погрузится в синеву, словно бездну.

Тьфу на тебя Алина, успокоила сама себя. Чего ты губы раскатываешь, смотри какие тут красавицы ходят, словно их на специальном отборе выискивали. Высокие, стройные, грудастые, со всеми этими выемками и изгибами. Я вздохнула и потащила тяжелый поднос на кухню, столько еды не доели, украдкой оглядела зал, чуть не споткнулась. И быстро выскочила за дверь… не помню, как бежала до кухни и как ставила поднос. Перед глазами стоит картинка множество глаз, устремленных на меня. Черт побери я брежу. Чего им всем на меня пялится. Я быстро оглядела свою тогу и даже крылья, извернувшись, осмотрела. Нет ни пятен, ни дырок…

–Тебе все показалось, – прошептала про себя как мантру, они не могли всем залом на меня смотреть. Ведь не могли?! Рядом пробежались стайкой девчонки, о чем–то возбужденно переговариваясь.

– Ты это видела? – услышала голос одной.

– Ага, первый раз так, и главное на кого смотрели, что они на ней увидели.

– Я так скажу девчонки, хрен их поймешь, что им еще надо, то горничная какая–то, то эта… непонятное, то ли девочка, то ли птичка.

Потом они удалились, и я больше ничего не услышала.

Гостиница была большая, я примерно понимала, где нахожусь и где наша раздевалка, поэтому руки в ноги и потопала на выход. Что–то мне не нравилось во всей этой суматохе. И красавчики, их подозрительные переглядывание, словно секта какая–то.

– Ты чего тут затарилась, – спросила блондинка, имя которой у меня сразу вылетело, – пошли они танцевать будут.

– Мне б в раздевалку, – попросила я.

– Не выдумывай, быть на таком празднике и не увидеть их танцев, поверь это прекрасное зрелище.

То, что это будет зрелище я поняла сразу, потому что красавчики, а их было около тридцати все стояли в только им понятном порядке возле сцены. Зал был большой, высокие потолки, сцена, на которой стояли музыкальные инструменты. Возле сцены танцпол на котором в другие дни, скорей всего проходят местные вечеринки с танцами. Я аккуратно встала около стены и выглянула из–за спин тихо перешёптывающихся девушек. Столпились в небольшом коридорчике со служебного входа, потому что остальные гости красавчиков, в которых с удивлением узнавала некоторых известных личностей, стояли недалеко от столиков и смотрели с интересом на замерших мужчин. Я выглянула из–за спин девушек и постаралась стать так, чтобы было видно. Красавчики словно почувствовали, что я смотрю на них и резко подняли головы. Чувствовалось, что каждый из них напряжен, в одно мгновение, резкий топ ногой и все перемещаются в другое положение. Если честно я даже не заметила, как они это сделали. Замерла чтобы не пропустить ничего из того, что увижу. А потом случилось вообще непонятное.

Откуда–то полилась музыка, она была странной ритмичной, словно марш на параде, красавчики меняли позы сначала непонятно, потом я поняла, что все закономерно, словно вырисовывают определённую фигуру, музыка наращивала темп, а мужчины двинулись так плавно, хищно, перетекая из одной позиции в другую и словно продвигались в нашу сторону. Девушки рядом всполошились. Некоторые даже чуть отпрянули, потому что идущие волной красавчики представляли зрелище, от которого спирает дыхание.