Драконы в зале наконец–то отмерли и стали разговаривать между собой, пытаясь не выпускать из поля зрения, истинную.

Девушка неуклюже поклонилась, застенчиво улыбнулась и стала выставлять тарелки с едой на стол. Стаур судорожно дышал, старясь не сойти с ума от её близости и не напугать. С алани нужно быть ласковым, нежным, не дай вселенная невзлюбит с первого взгляда и мучайся потом веками, отмаливай прощения. Дракон даже выдохнул с удивлением понимая, что он нашел её. Потом смотрел на удаляющуюся девушку и мечтательно вдохнул её запах, тонкий, нежный, с привкусом либрисов, которые растут на далеком Алорне.

Я обожаю зиму. Особенно когда сидишь в теплой комнате, пьешь чаек, закусываешь вкусной плюшкой. Смотришь, как за окном медленно падают крупные снежинки. Да, я люблю такую зиму… Но есть одно большое «Но».

Сижу я в холодной, обшарпанной комнатушке, в общежитии, в животе пусто со вчерашнего обеда, а в кошельке даже на завалящий «Ролтон» денег не наскребётся. Как ты дошла до такой жизни Алинка, хочется мне спросить себя, как?

Против воли на глаза набежали слезы. Но одним движением смахнула соленую жидкость и стала собираться на работу.

После колледжа, я вся в радужных мечтах, стала искать работу. Меня хвалили, ставили в пример, я считала, что с моим талантом двери открыты… Ага! Все смотрели в мой красный диплом художки и разводили руками, нужен опыт, и зачастую, навыки академического рисунка и живописи, станковой композиции и знания истории искусств в работе мало нужны.

Помыкалась я с год, потом другая беда, мама вышла замуж и уехала жить за границу. У нас с ней всегда были немного натянутые отношения. Она не принимала участия в моей жизни и словно ждала, когда я буду считаться самостоятельной и съеду от нее. Квартиру она продала, а так как я была прописана у бабушки, то моего мнения никто не спросил. У бабушки кроме нее в двухкомнатной квартире жил мой дядя с женой и тремя детьми, поэтому я даже не рассчитывала там остаться.

Сначала снимала квартиру с несколькими девчонками, потом нашла богом забытую комнатушку, за которую просили чисто символическую плату. Хозяйка в моем лице, наняла сторожа своей неблагоприятной жилплощади. Работать устроилась официанткой в небольшом кафе, платили минималку на которую нужно было, как–то жить целый месяц.

Я постояла перед потемневшим от времени зеркалом, задумчиво разглядывая свою рыжую шевелюру. Вот послушалась девчонок, и выкрасила свои русые волосы в рыжий цвет, теперь словно факел, отсвечиваю, далеко, что в неблагополучном районе, не есть хорошо.

Можно сказать, что я довольно миленькая, голубые глазки, стройная фигурка (чего б ей не быть стройной, на такой–то диете) и длинные, теперь уже рыжие волосы. Парни на меня засматривались, но только то. Странно, но я до сих пор не была в отношениях. Не скажу, что мне этого хотелось, но вот обидно. Даже у самой завалящей девчонки на нашем курсе были отношения, я у меня не было, и кто в такой ситуации «завалящая».

Тяжело вздохнула, схватила сумочку и потопала на работу, думами сыт не будешь. А вот о второй работе, подумать надо. Еще час тряслась в автобусе, а потом целый день беготни, недовольные клиенты, довольные клиенты, тарелки, подносы и жирный Арни. Так, за глаза мы называли нашего шеф-повара, который мнил себя мешленовской звездой и любил хватать за попы официанток. Мы ненавидели его всей толпой и дали кличку, которая в принципе ему полностью подходила. Мужчина был толстым, с вечно красным лицом. А вот голос высокий, когда он кричал, срывался на визгливый фальцет, хотелось заткнуть ему рот, чтобы прекратить этот крик, ну очень неприятный тип.

После работы ко мне подошла Ольга, красивая эффектная брюнетка, на которой наша униформа смотрелась, как самое дорогое брендовое платье.

– Слушай Алин, ты подработать не хочешь?

– Я за любой кипеш, кроме голодовки, – сразу ухватилась за вопрос, иногда Ольга подкидывала подработку.

Шумные вечеринки, детские праздники, светские рауты, надо сказать, что платили там хорошо, главное вовремя реагировать на гостей. Один раз мне пришлось даже аниматорам помогать, когда их художник не выходил на связь. Жаль, что не удалось пристроиться, место занято.

– Светская тусовка, в честь дня влюбленных, романтичная мишура, мы в роли ангелов раздаем всем выпивку и закуску.

– Ну и фантазия, надеюсь там карапуза с луком не будет, – фыркнула я.

– Зря ты так, платят просто офигительно, я даже согласна тем карапузом побыть, который голенький и с луком, – Ольга рассмеялась, – настреляла бы себе мужичков получше.

Я навострила уши, как гончая или борзая, кто там след у охотников берет, но реально безденежье задолбало, хотелось наконец–то спать в теплой, уютной кроватке и есть три раза в день.

– Ты же знаешь работать я готова, –сказала успокаивающе Ольге, – но без интима.

–О господи, – фыркнула наша красавица, – куда тебе до их экскортниц, – она с превосходством посмотрела на свой выдающийся четвертый размер и потом на мою родную двушечку, которая с похудением постепенно скатывается к минусу. Мне хотелось гордо вскинуть голову, и уйти в туман, но я прикусила язык и кивнула:

– Работаю, — вот не до гордости, будет у меня дом, полная чаша тогда и гордость включу.

– Тогда быстро пошли, – кивнула на выход Ольга, – скоро машина подъедет.

– Сегодня день влюбленных, что ли? – удивилась я.

– Представь себе, – Ольга рассмеялась, – с нами еще мальчики будут, мне сказали, они из агентства какого–то. Я должна была с подругой пойти, но у неё сегодня аварийная ситуация, красные партизаны.

– В чем прикол, – натягивая свою курточку спросила я.

– В приглашении черным по-белому, чтобы никаких женских проблем.

– Странно, – нахмурилась я, в принципе Ольге я доверяю, но что–то стало как- то тревожно.

– Да не дрейфь, – рассмеялась брюнетка, если что отобьемся, там у меня знакомый в обслуге гостиницы работает.

– А что за гостиница, – еле поспевая за коллегой спросила я.

– Алорта, – гордо сказала Ольга, словно уже там работает.

– Ого, – протянула я.

– Да, туда попасть дорогого стоит.

«Алорта» правда была наша местная достопримечательность. Зачем небольшому городу, такая крутая гостиница, было непонятно. Вот там скорей всего и повар с мишленовкими звездами и обслуга нечета нашей, все с ногами от ушей. Я поежилась, и куда тебя Алинка несет. И все равно бежала за Ольгой, и пыталась настроить себя на позитив. Если сразу, как котенка не выкинут за дверь, буду, порхать как бабочка, главное, что впереди весна, а у меня даже сапог нет, прошлогодние, клееные переклеенные уже не выдержат. С такими невеселыми думами, села в шикарную машину. Внутри пахло кожей, дорогими духами и чуть заметно сигаретами.

– И че девчонки, едем, – спросил парень и белозубо улыбнулся, – потом посмотрел на меня и перевёл взгляд на Ольгу, – а Анька где?

– Технические проблемы, – махнула рукой Ольга и сказала, – трогай.

– Понятно, – осматривая меня цепким взглядом хмыкнул парень, – ты ей объяснила на счет процентов.

– Все будет ок, – Ольга посмотрела на меня, – Алинка нормальная и понимает, что за все надо платить.

Я тут же кивнула головой, кто находит работу тот и заказывает песню, то есть с выплаты процентик отдаем добреньким работодателям.

Гостиница слепила блеском роскоши и иллюминацией. Как ни кстати пошел снег, огромными, пушистыми комками и до служебных дверей я добежала похожая на сугроб, который моментально растаял в фойе, повиснув прозрачными каплями.

– Детишки быстро в гримерку, там костюмы, мальчики налево, девочки направо, – с хохмила представительного вида женщина в строгой, синей униформе. Мы потопали в нужную сторону.