Я приоткрыл глаза. Рита так и не вернулась к телефону. Аппарат лежал экраном вниз на центральной консоли. Она сидела, повернув голову, и завороженно смотрела, как огромные, вращающиеся синие щетки с гулом опускаются на капот, размазывая пену по стеклу. В тусклом свете приборной панели ее глаза, казалось, блестели. Духи в замкнутом пространстве зазвучали ярче, смешиваясь с запахом кожаных сидений.

Внезапно сквозь шум воды раздался громкий металлический щелчок. Рита отстегнула ремень безопасности. Я удивленно повернул к ней голову. Девушка посмотрела на меня. В глазах, отражающих зеленый свет от магнитолы, читалось что-то совершенно новое. Усталость исчезла.

Рита плавно подалась вперед, опираясь рукой о центральный подлокотник. Она оказалась так близко, что я почувствовал тепло ее тела. Тонкие пальцы мягко, но уверенно легли поверх моей ладони, покоящейся на коробке передач. Мое сердце вдруг забилось быстрее. Рита наклонилась еще ближе. Ее волосы щекотнули мне щеку. Нежные, пухлые губки коснулись щеки, будоража. А затем плавно сместились к уху. От горячего дыхания по телу побежали мурашки.

– Ты сегодня был моим героем, – прошептала она. Голос прозвучал невероятно интимно на фоне внешнего грохота. – Ни разу не пожаловался…

Она провела ноготками по тыльной стороне моей руки, вызывая дрожь. А затем продолжила:

– Я видела, как ты устал. И обязательно должна наградить.

Рита чуть отстранилась, глядя мне прямо в глаза, и медленно, не разрывая зрительного контакта, потянулась к рычажку сбоку от моего сиденья.

– Рита…

– Эта программа длится десять-пятнадцать минут, – ее голос стал ниже, приобретя бархатные, мурлыкающие нотки. Она перевела взгляд на лобовое стекло, полностью залитое белой пеной, а затем снова вернулась ко мне. – Нас никто не видит и не слышит. Мы совершенно одни.

Она потянула рычажок, и спинка моего сиденья мягко откинулась назад. Я не успел ничего сказать, как девушка перевалилась через подлокотник. Ловкие пальчики быстро расправились с ремнем и потянули штаны вниз. Я неосознанно приподнялся, позволяя ей стянуть их с меня. Член, уже возбудившийся и затвердевший, выскочил из-под ткани. Рита облизнулась и, одарив меня еще коварной улыбкой, припала к нему. Губы мягко сжались на головке, опустились ниже. Я дрогнул, схватившись за края кресла.

Рита обожала разные эксперименты. Один раз она «напала» на меня в кино. Затем была раздевалка. А сейчас ее потянуло на мойку. Но, вот же ж, как же мне нравится эта ее черта.

Девушка начала двигаться быстрее. Я почувствовал, как обжигающий язык коснулся головки, прошелся по пульсирующему стволу. С каждым движением тело расслаблялось. Становилось все приятнее и невыносимее. В какой-то момент я уже сам хотел ее прервать, но не успел. Рита резко поднялась, задорно чмокнув губами. Она снова взглянула на меня, облизнулась и окончательно перелезла на мое сидение. Места в машине не так много, но Рита уже испытывала ее габариты. Она умело согнула ноги в коленях, разместила их по бокам моего кресла и, приподнявшись, медленно, чересчур сексуально, опустила замочек на своей юбке. Ткань расслабилась.

– Остановиться не получится, – нервно сглотнул я, ожидая продолжения.

– Тогда поспеши, мой герой, – хихикнула она и, подмигнув мне, плавно опустилась ниже. Член коснулся половых губ. Головка проскочила внутрь. По салону разошелся нежный женский стон. Рита выгнула спину, запрокинула голову, но продолжила опускаться. Вскоре я полностью проник в нее, чувствуя невероятное сжатие внутри. Мышцы влагалища обхватили меня со всех сторон.

Рита ненадолго замирая, позволяя нам привыкнуть друг к другу. Я почувствовал, как смазка начала обволакивать меня. А затем ее бедра задвигались. Сначала медленно, плавно, но вскоре все наглее. Рита начала подниматься и опускаться, то почти полностью выпуская член, то снова погружая его в себя на всю длину.

– Ох, как же… ммм! Чудесно… НХАХ! – искренний стон вырвался наружу. Рита продолжила ускоряться. Одновременно с этим она скинула кофту и задрала лифчик.

Женская, невероятно милая и привлекательная грудь начала скакать перед глазами. Я не сдержался и, протянув руки, сжал пальцы. Соски, подобно маленьким иголочкам, уперлись в ладони. Рита начала стонать громче. Ее бедра властно двигались, заставляя член внутри достигать чувствительной точки и изгибаться.

Я продолжил сжимать грудь, сдерживая собственные стоны. Рита была такой узкой и влажной, что я медленно сходил с ума, полностью отдаваясь процессу. В какой-то момент она убрала мои руки и прижалась. Наши губы соприкоснулись. Женский язычок нагло проник в мой рот, переплетясь с моим языком. Рита продолжила двигаться, наращивая темп. Стоны начали звучать тише, но от того не менее эротичней.

Когда поцелуй прервался из-за банальной нехватки воздуха, Рита не стала отдаляться. Скача на мне и постанывая, она улыбнулась и прошептала:

– Если… ахмх! Если не успеешь… придется терпеть до дома… милый. Или хотя бы… ммм… до парковки.

Подхватив ее азарт и ответив на улыбку хищным оскалом, я с силой обхватил женский зад. Пальцы уперлись в нежную кожу. Я сам дернул бедрами. В то же мгновение Рита вскрикнула, обхватив руками мои плечи. Она чуть не влетела макушкой в крышу, уткнувшись носом в мою грудь. Движения участились. Я начал долбить ее, чувствуя, как внутри все сжимается сильнее и сильнее. Вскоре усилилась и моя пульсация. Мы одновременно достигли пика. До презервативов нам дела не было, а потому я не стал останавливаться и, чувствуя, что любимая уже на грани, в последний раз дернул бедрами.

– АХХАХХХ! – Рита выгнулась, задрала голову, раскрыла глаза. Ее искренний крик разошелся по салону. Ногти впились в мои плечи. Я почувствовал, как бедра задрожали. Член обхватило с такой силой, что я ненамеренно подался вверх, войдя на всю длину. Наши с Ритой соки смешались. Девушка приняла все до последней капли и рухнула на меня, обмякнув. Она начала тяжело дышать, пытаясь прийти в себя. Я тоже почувствовал, как бешено колотится сердце. А как наши взгляды встретились, и она уже хотела что-то сказать, впереди показался просвет.

Мы одновременно вспомнили, где находимся. Рита стремительно спрыгнула с меня и вернулась на свое сидение. Она быстренько поправила бюстгальтер, накинула кофту, попыталась привести в порядок растрепавшиеся волосы. Я натянул штаны, выпрямился, вернул спинку кресла в исходное положение.

Мойка закончилась. Мы выехали на ровную платформу, с которой можно было попасть на главную дорогу. Шлагбаум впереди поднялся.

Все еще пытаясь отдышаться, я усмехнулся, взглянув на довольную девушку рядом. Она также посмотрела на меня и, пристегнувшись, опустила свою руку поверх моей на рычаге коробки передач.

– Неплохо, мой герой, – раздался ее тихий, уставший голосок. – А теперь поехали скорее домой. Я хочу еще.

Отвечать смысла не было. Я переключил передачу и стремительно выехал на улицу. Благо, до дома оставалось недалеко.

Никогда не любил весну. Снег постепенно превращается в грязь. Постоянно идут дожди. Ветер пробирает до костей. А ведь лечиться в наше время – удовольствие не из дешевых. Благо, совсем скоро уже должно потеплеть.

Доехав до своей остановки и оказавшись на улице, я вздрогнул, получше затянув шарф. Дождь моросит уже третий день подряд. Скорее бы добраться домой и завалиться в кровать.

Направившись в сторону дома, я погрузился в мысли. Раздражение все никак не унималось. Уже почти неделю задерживаюсь в компании допоздна, потому что начальник решил внезапно отправиться в отпуск и завалить меня работой. Времени даже на обед не остается, а если буду переносить, то в конце месяца так и вовсе придется ночевать за своим рабочим столом.

Свернув с главной улицы на более узкую, где справа и слева за высокими заборами располагаются личные дома, я ускорился. Идти осталось недалеко. Мне повезло снять домик в этом районе. Плачу, конечно, много, но оно того стоит. И главное преимущество – никаких соседей за стенкой. В Токио в принципе стены тонкие. Пару лет назад, когда еще учился, меня раздражало слышать голоса и работающую технику со всех сторон. А порой и чужие стоны.