Всё это безобразие основывалось на четырех китах власти:

■ вооруженные силы;

■ международное право;

■ Бреттон-Вудская финансово-экономическая система;

■ информация и психоистория (СМИ, IT, «фабрика грез»).

Цель праволиберального глобального проекта ясна — контроль над миром должен стать как на рис. 68, с той лишь разницей, что часть элиты считала, что вместо государственных органов метрополий/неоимперий должны быть корпорации.

Вот только в 2008-2009 гг. система перестройки мира по заданным лекалам неожиданно дала сбой, а в 2011-2012 гг. стало понятно, что никто сказать не может, как ее починить. Точнее сказать-то много чего могут, вот только на проверку ничего из этих фантазий не работает.

Не будем подробно описывать, как получилось, что транснациональные праволиберальные структуры и институты оказались не способны сохранить контроль над миром. Что и в какой последовательности у них ломалось, можно ли было предотвратить и т. д., вопросы, конечно, интересные, но об эту тему сломано столько копий, а уж гениальных, как в кавычках, так и нет, обоснований существует больше, чем людей с пониженными морально-этическими принципами в высших эшелонах власти России.

Важнейшие стратегические просчеты следующие:

1. Не вынесены с территории США и не разнесены по всему миру ключевые элементы системы управления (вооруженные силы, финансовые центры и институты, функции контроля информации и т. д.).

2. Рост издержек мирового управления оказался слишком высок — мир оказался очень сложен, а упрощение, унификация мира шли крайне медленно.

3. 3. Экономическая интеграция повлекла за собой процессы слияния/глобализации и сопротивления им в других отражениях общественного сознания (культура, социальные законы, религиозные и т. д.), что не было учтено.

4. Низкое качество изначального планирования архитектуры мировой экономики и финансов (бухгалтеры и финансисты наивно не видят за цифрами реального мира).

Перехват контроля над ключевыми элементами управления и контроля глобального мира стал возможен на втором уровне власти (см. рис. 68), т. е. на уровне национального руководства США. Как можно назвать людей, допускающих такие ошибки в архитектуре?

Разделение на сторонников Фининтерна и промышленных элит США шло не между демократами и республиканцами, а внутри партий. В рамках республиканской партии к 2020 г. правоконсервативные промышленные элиты зачистили большую часть противников — на выборах в конгресс и сенат побеждали только трамписты. Внутри демократической партии праволиберальный Фининтерн смог удержать позиции, хотя леволиберальные сторонники Берни Сандерса оказывают всё более значимое влияние.

Несмотря на сохраняющееся лидирующее положение в мире, глобальный праволиберальный проект движется к закату, и если не искать новых путей, то проигрыш будет лишь вопросом времени.

Информационная эпидемия COVID-19, запущенная в 2020 г., была направлена на уничтожение ресурсной базы конкурентов (реального сектора экономики) раньше, чем произойдет обвал финансового сектора. Эти действия позволили сломать чужую игру и одержать в конце 2020 г. важную, стратегическую победу в битве над промышленными элитами США. Между тем полученное краткосрочное преимущество мало что меняет в средне- и долгосрочной перспективе, международный финансовый рынок — оплот Фининтерна — будет в итоге также разрушен.

Таким образом, формирование мирового порядка на праволиберальных принципах дало сбой. Ошибки в планировании структуры будущего планеты на первых порах (ФРС остался национальной структурой, НАТО так и не стало главенствовать над Пентагоном и т. д.) и неспособность исправить ситуацию привели к утрате ключевых рычагов контроля.

Дело Стросс-Кана в 2011 г., как намек о неприемлемости формирования «Центробанка центробанков», стало предвестником будущего раскола, а победа Дональда Трампа, ставленника национальных промышленных элит на выборах президента США в 2016 г., показала степень раскола. Выборы 2020 г. вывели раскол на новый уровень, продемонстрировав практически невозможность договориться об общем будущем.

24.2. Поле стратегий правых либералов

Ниже представлены базовые стратегии правых либералов (рис. 69). Работа по сохранению глобального мира в случае возвращения контроля над США описана ранее в стратегии «Конец истории» / «Гибель империи», а попытка перейти к глобальному миру без США, но на базе Китая, будет раскрыта в стратегии Китая — «Мантикора». Оба этих варианта тупиковые (пиктограмма стоп на рис. 69), так как уровень структурных противоречий таков, что его невозможно преодолеть, сохраняя существующие глобальные принципы и порядки.

Ключевым пунктом в реализации праволиберального глобального проекта является смена элит-лидеров. На смену финансистам приходят IT-шники. Реализация стратегии будет идти по следующим путям:

■ противодействие, слом, уничтожение конкурентных проектов — на это пойдут все силы уходящих элит финансистов, часто речь будет идти о пути камикадзе, хотят они этого или нет (стратегия «Последний шанс»);

■ создание нового информационно-цифрового общества (по В. Ю. Катасонову — «Электронный концлагерь»^[66]) и сетевых систем управления (существующие системы финансистов находятся в глубоком кризисе);

■ подготовка сценария «Глобальная катастрофа» для деградации цивилизации и уничтожения традиционных и архаичных элементов.

Основные видимые группы Фининтерна — собственно инвестиционные банки и финансовые корпорации, часть еврейских элит (условно называемые фарисеями), либеральные элиты США, руководство ЕС и чиновники международных финансовых институтов. В качестве вассалов/инструментов выступают компрадорские элиты развивающихся стран, IT-индустрия (Силиконовая долина), Голливуд, мировые СМИ.

В большей степени союзники, чем противники, — Китай (элитные группы — комсомольцы и шанхайцы), Британия (частично контролируется другой частью еврейской элиты — саддукеями), Индия, левые глобалисты и сетевые структуры.

Противники финансистов (между собой они ни разу не союзники) — промышленные элиты США, патриотические элиты БРИКС и развивающихся стран, Исламский мир.

В первом издании книги автор относил континентальные элиты Европы (Ватикан, гвельфские элиты) к противникам Фининтерна в первую очередь из-за принципиальных психоисторических разногласий, но реальность конца 2020 - начала 2021 г. показала высокую гибкость Ватикана, что выразилось в ситуационном союзе с Фининтерном и участии в экономико-идеологическом проекте «инклюзивного капитализма».

Таким образом, поле стратегий Фининтерна представляет интерес своей возможностью и необходимостью проведения нескольких стратегий одновременно. Ключевой момент борьбы за будущее — переход главенствующей роли от финансистов к IT-шникам с образом будущего в виде «электронного концлагеря». Оба этих подхода лежат полностью в рамках праволиберального мироустройства, создания и контроля над единым человечеством.

Прежде чем говорить о конкретных действиях, нужно подробнее описать аттрактор — итоговое состояние мира, что является целью для правых либералов. Все разновидности этого будущего имеют одну черту — цифровизация.

24.3. Образ будущего правых либералов

Разговоры про информатизацию и формирование цифрового общества звучат из каждого чайника. Временами складывается впечатление, что большинство говорящих не совсем верно, если не сказать грубее, понимают последствия цифровизации. Поговорим про предельное состояние цифрового общества, те аттракторы, к которым все будет стремиться.

Информационный/цифровой мир имеет два основных направления развития — владение информацией (путь праволиберального Фининтерна) и владение алгоритмами (путь левых либералов, возможно Ибероамерики).