Таким образом, если человечество проскочит мимо сценария триполярного мира, то перед нами откроется новая попытка построения глобализации, но уже на отличных от праволиберальных принципов сценария «Конца истории» (конец XX — начало XXI в.).

Может в дальнейшем триполярный мир опять выйти на путь глобализации? Есть такой шанс, но с большей вероятностью возникновение триполярного мира откроет перед человечеством новые сценарии более сбалансированного и устойчивого развития по сравнению с глобализацией.

14.4. Посткатастрофические сценарии

Фрагментация мира в результате катастрофичных вариантов развития отбросит человечество далеко назад, но при этом откроет несколько сценариев, пропущенных ранее. Инерционным сценарием после глобальной войны будут «Темные века». Деградация социальной, политической, экономической и этнокультурной структуры мира будет значительной, не до каменного века, конечно, но мало не покажется. Очень многое будет потеряно, и, принимая во внимание глобальный характер предшествующих процессов, затронет всех. В истории человечества были подобные периоды падения, для сравнения численность Рима времен Римской республики была достигнута только в начале XX в. Понятно, что речь не идет о паре тысячелетий, но несколько поколений будут вспоминать прошедшие десятилетия временем «золотого века», как правление «пяти благословенных императоров» из династии Антонинов (96-180 гг.) в Древнем Риме.

Помимо «Темных веков», для которых будет характерна очень глубокая фрагментация и деградация, откроются два пропущенных ранее сценария — «Мир корпораций» и «Мир полисов». В рамках первого сценария власть получают корпоратократы — технократия постиндустриального общества (пятого технологического уклада). Мир будет отнюдь не благостен, так как самая лучшая корпорация заботится о населении (людях, неработающих в ней) хуже, чем абсолютное большинство государств. В условиях деградации традиционных государственных структур данный путь может быть достаточно устойчив. Условием для открытия этого сценария является деградация/исчез-новение проектности у населения: национальной и религиозной обязательно, идеологической — желательно. В последующем этот сценарий будет развиваться по направлению глобализации в версии «Единый мир для избранных».

Второй сценарий характеризуется созданием независимых городов / агломераций по всему миру и утратой национальной проектности. В отличие от «Мира корпораций» дальнейшее развитие этого сценария пойдет по традиционному пути — «Мир неоимперий» (формирование новых / возрождение ранее существовавших наций) — глобализация. Кстати, по пути построения империй (всех видов) мир может пойти и сразу после катастрофы. «Мир неоимперий» по организации и принципам существования будет во многом повторять период XIX — начала XX в., вот только игроки, страны и народы значительно изменятся. Но все равно это будет повторение уже один раз пройденного пути.

Таким образом, развитие катастрофических сценариев может как повторить уже один раз пройденный путь, так и открыть новые тропинки, только есть большие сомнения, что в этом будет позитивный смысл для человечества в целом.

13.5. Резюме

В настоящий момент мир практически прошел перекресток выбора и определился с наиболее вероятным сценарием дальнейшего развития, им станет «Многополярный мир». Варианты катастроф или сохранения единого глобального мира уже видятся малореальными. Наибольшие потери от деглобализации понесет Фининтерн и Китай, Россия же может оказаться одним из главных бенефициаров. Распад глобального мира уже позволил нам не быть уничтоженными.

Поскольку тенденция на увеличение разделения труда остается, то попытка объединения будет повторена еще раз, но уже на отличных от праволиберальных принципов. Вот только у этой петли истории есть интересная альтернатива — триполярный, устойчивый мир. В случае формирования Россией левоконсервативного независимого геополитического проекта, мы практически гарантируем себе место в тройке гегемонов. В настоящий момент другими «финалистами» видятся США с правоконсервативным проектом и Латинская Америка с леволиберальным.

Если же человечество проскочит возможность сформировать триполярный мир, то нас всех ждет новый виток глобализации и очередное разрушение Вавилонской башни. При этом если в основу глобализации будут положены идеи правого проекта, то мир столкнется с совсем незавидным тоталитарным будущим, и неважно будет ли это «новое кастовое общество», «космический колониализм», «глобальный экологизм» или что еще. Вариант левого глобализма — «единого мира для всех» — более привлекателен, но пока у человечества нет понимания, как на практике реализовать идеи Вернадского о ноосфере.

Программа России понятна — усиление до статуса левоконсервативного геостратегического игрока, формирование панрегиона, препятствование появлению других левоконсервативных проектов в мире и всемерная поддержка леволиберальных идей Латинской Америки для формирования там собственной проектности.

Следующие главы посвящены наиболее важным, для понимания национальных стратегий различных игроков и России, вопросам и принципам развития мира. Собственно, национальные стратегии и варианты развития крупнейших геополитических игроков и России подробно и развернуто показаны в третьей и четвертых частях книги.

14. Распад глобального мира

Наиболее вероятным сценарием развития мира в ближайшие двадцать лет является «мир панрегионов», что представляется многим как повторение сценария между серединой XIX и серединой XX вв., когда в мире было несколько великих держав, разделивших между собой мир. Вот только войти в одну реку дважды нельзя — развитие технологий, логистики, взаимное проникновение, наследие неудачной глобализации и т. п. вносят существенное влияние.

Обратим свой взор в не очень далекое будущее, на тот мировой порядок, что будет создаваться в мире панрегионов. Именно так будет выглядеть мир после «Новой Ялты» — великим державам права, остальным закон и налоги. Этот принцип останется неизменным.

14.1. Ошибки сценария «Конец истории»

До середины XIX в. наличие непосредственных и желательно открытых границ было ключевым требованием для интенсивного и регулярного взаимодействия стран и народов. Большая часть контактов в экономике, культуре, религии, социальной сфере и т. п. строились в формате двусторонних отношений (рис. 46). Периодически возникали попытки построения наднациональных правил и/или многосторонних союзов (Венский конгресс, Ганзейский союз и др.), но по большей части их роль была сильно ограниченной, становясь в большей степени исключением, чем правилом.

Дружба «через соседа» была важнейшим фактором политики, так, Россия более века назад «дружила» с Францией через Германию, так мы сейчас «дружим» с Германией через Польшу и с Венгрией через Украину. В предыдущие века было справедливо: чем больше границ между странами, тем сложнее взаимодействовать.

Развитие транспортной связанности и мобильности населения повлекло изменение контуров геополитики и экономики, были запущены механизмы глобализации. Снижение влияния двусторонних контактов, формирование всеобщих наднациональных правил и принципов стало набирать значимость. В какой-то момент была пройдена точка, когда наднациональные правила стали определять намного больше в политике стран, чем двусторонние договоренности, соглашения и союзы. Произошло ли это в момент образования Лиги наций или при вступлении США в Первую мировую войну, что определило национально-территориальный принцип мира после победы, не важно. Это вопросы для историков.