Ро-па-ге показалось, что плотно сжатые губы улыбаются ему сочувственно.

Этот первый основатель затратил много энергии, чтобы провести в жизнь свое изобретение – «солнечный двигатель».

Его изобретение – аэробиль – было построено по принципу планеты.

Как планету, его окружала атмосфера, образующаяся от особого, вырабатываемого внутри аппарата газа.

Эта газовая рубашка предохраняла аппарат от холода безвоздушного пространства и разрешала все неразрешимые ранее трудности. Энергию аппарат брал от солнечных лучей.

Он совершил несколько перелетов на Землю, и после этого правительство открыло институт Межпласо, а он организовал Общество «Солнечный двигатель» с целым рядом заводов, на которых вырабатывались его аппараты. В короткий промежуток времени ему удалось получить большие заказы на Земле, и Общество начало быстро процветать.

Это Общество играло большую роль в планетарной истории в течение тысячелетий. И только тогда, когда угасло солнце, оно распалось.

Последним его организатором был Ро-па-ге.

Беспрерывной вереницей мелькали в мозгу Ро-па-ге мысли.

Если Марс совершит благополучный перелет через мировое пространство и будет обращаться вокруг нового солнца, – какие невероятные перспективы ожидают его?!

Ему удастся снова пустить в ход фабрики и таким образом снова взять руководство над всем производством планеты в свои руки. Его влиянию не будет предела. Он исследует близлежащие к новому солнцу планеты, а если там существует жизнь, – Марс получит первенство в обмене на планетарных рынках. Во всяком случае, он – последний представитель Общества – будет первым воссоздателем его и творцом новой жизни!

В то время как Ро-па-ге предавался мечтам и строил планы на будущее, в кабинете его дочери происходило совещание, сущность которого была далека от его мечтаний.

Светловолосая, миниатюрная Ме-та, дочь Ро-па-ге, ходила взад и вперед по комнате, иногда останавливаясь перед своими слушателями и жестикулируя.

Слушателей было двое.

Один – инженер Рейль, другой – ученый, астроном Верн.

– Мы должны начать немедленно действовать! – говорила Ме-та. – Вы сами видите, что влияние партии моего отца растет.

Теперь же, когда наша планета несется в пространстве, все беспрекословно встанут на его сторону, опьяненные идеей спасения жизни и цивилизации. Это грозит нам тем, что нас в ближайшее время раздавят. Здесь, наверху, у нас почти нет сторонников. Поэтому нам необходимо немедленно завязать сношения с рабочими в шахтах. Их держат как рабов, и условия их жизни ужасны.

Ее перебил инженер Рейль:

– Вы правы, Ме-та. Я работаю на электропоездах по доставке клевеита из шахт к двигателям. Я вижу постоянно рабочих. У них уже начинается брожение. Наше дело – направить их недовольство в нужное нам русло.

– Я во всем с вами согласен, – заговорил Верн, все время сидевший в задумчивости. – Начинать нужно немедленно. Тем более что я установил, что в сферу притяжения нового солнца мы попадем значительно раньше, чем это вычислило Межпласо. Наша планетная система мчится к созвездию Геркулеса, к новой открытой звезде Novum Sol (Новое Солнце). Эта звезда, в свою очередь, мчится по направлению к нам. В сферу ее притяжения мы попадем не через 2 года, а через 1 год 4 месяца. К тому же этот процесс протечет не так безболезненно, как это предполагают. От сотрясения будут гигантские разрушения.

– Вы утверждаете, Верн, что здания, заводы и машины могут рухнуть? – задала вопрос Ме-та.

– Конечно.

– Это облегчит нашу работу.

– С первыми лучами нового солнца начнется новая жизнь! – заявил убежденно Рейль.

– Однако оставим на время метафизику и займемся работой… – подходя к письменному столу, заявила Ме-та. – Я завтра вместе с отцом поеду на полюс к двигателям. Вам, конечно, известно, что Ро-па-ге назначен главным начальником шахт и двигателей… Под его прикрытием мы начнем работу… Я хочу познакомить вас с моим планом. Слушайте.

Рейль и Верн подошли к столу и склонились над чертежами и планами шахт…

Утром Ме-та вошла в кабинет отца. Ро-па-ге уже давно встал и в пушистом шерстяном халате сидел за столом, заваленным докладами и таблицами.

Увидев ее, он улыбнулся углами губ, но хмурая сосредоточенность не исчезла с его лица.

Он по-своему любил Ме-ту.

Любил ее своенравный решительный характер, в котором узнавал самого себя, и радовался этому.

В сущности, он был одинокий, усталый и пресытившийся жизнью человек. Власть и деятельность ему были нужны для заполнения пустоты личной жизни. И он жаждал их, чтобы, как наркотиком, поддерживать свой дряхлеющий организм. Сегодня он был в хорошем расположении духа.

– Я на все согласен, Ме-та. Я знаю твою просьбу.

– Я в восторге от твоего предугадывания моих желаний.

– Иди, собирайся, через три часа я выезжаю на полюс.

– С нами поедет инженер Рейль.

– Это толстый маленький меланхолик с бородавкой на подбородке? Я не ошибаюсь?

– Нет.

– Хорошо. Он, кажется, говорит мало, – я ничего не имею против него.

3. Рабы машин. Песня о солнце

Бесконечными коридорами разветвлялись шахты, уходя все глубже и глубже к центру планеты. Там в раскаленно-удушливом воздухе поблескивали синевато-жирные минеральные пласты. Руда отсюда доставлялась на электропоездах наверх, где на заводах полюса вырабатывался взрывающийся газ Ютли. По трубам он струился к двигательным аппаратам, взрывался и сообщал движение планете в пространстве.

Помещения для рабочих находились здесь же, в непосредственной близости от разработки пластов. Рядом с ними помещались больницы, театры-кинематографы и многочисленные рабочие кафе.

Работа здесь велась беспрерывно. Все грохотало, все неслось в бешеном неистовстве. К этому неистовому темпу работы здесь была приспособлена вся жизнь.

В одном из рабочих кафе отдыхала свободная от работы группа рабочих.

Лица у всех были серы и измождены. В воспаленных глазах поблескивала ничего не выражающая смертельная усталость.

Разговор был отрывист и вял.

– Ежедневно мы умираем сотнями. У наших жен прекратилась рождаемость.

– Детские дома закрыты за ненадобностью.

– Мы не можем больше терпеть!

– Когда же конец?!

– Мы все умрем…

В кафе в это время вошел молодой рабочий, Магир. Он работал на электропоездах, доставляющих руду наверх, к двигателям. Он многое узнавал от инженеров и пользовался широкой популярностью среди рабочих.

Его окружили и, пожимая руки, увлекли вглубь кафе.

Тотчас же его забросали вопросами.

Он неторопливо сел за столик в углу кафе и стал рассказывать:

– Инженеры говорят, что планета несется по правильному направлению. Если это будет так продолжаться, то мы через полгода увидим новое солнце.

– Что же дальше, Магир? Мы будем по-прежнему работать здесь! Новая жизнь будет для людей верха, а не для нас… – злобно перебил старик Доббс.

Со всех сторон раздались иронические замечания.

– Верно, Доббс! Нам не увидеть солнца…

– Не придется нам погреть наши косточки белыми лучами.

– Не придется увидеть зеленые деревья и цветы, о которых мы не имеем даже представления. Это за нас сделают люди верха!

– Вы правы, – начал снова Магир, когда отдельные выкрики умолкли. – Конечно, нас заставят и тогда работать люди верха… Но мы сможем тогда сбросить их власть…

В кафе наступила неожиданно тишина.

Рабочие ближе подвинулись к Магиру.

– Что ты говоришь, Магир?!

– Это немыслимо.

– Люди верха могущественны.

– Разве ты забыл, как поступают с теми, кто говорит такие слова?

– Берегись! Везде у них есть уши.

– Слушайте, слушайте, – продолжал Магир. – Я вам расскажу, что я услышал от инженеров, у двигателей. У нас есть сторонники и среди людей верха. Они нам помогут. Слушайте! Когда наша земля приблизится к новому солнцу, будет сильное марсотрясение. Гораздо сильнее того, когда наша планета при взрыве отрывалась от нашего старого солнца. Помните, как тогда рухнули шахты и задавили сотни рабочих?! Вспомните… А тогда разрушатся все здания и заводы, разлетятся вдребезги все виадуки, – люди верха будут бессильны тогда. А мы выйдем отсюда, из темных шахт, из вечной тьмы могил, в обновленный мир. Расцветут зеленокудрые деревья и цветы, благоуханные поля будут петь под ослепительными лучами солнца.