— И в‑третьих? — улыбнулся Гарольд.

— В‑третьих, — Виктория усмехнулась, — мы покажем им Томаса. Его искренность и энтузиазм растопят любое сердце. К тому же, если кто‑то из лордов захочет отправить своего ребёнка в нашу школу — мы будем только рады. Пусть учатся вместе: это сблизит их.

Гарольд кивнул, чувствуя, как внутри растёт уверенность:

— Спасибо, Виктория. За доверие, за возможность…

— Не благодари, — перебила Виктория. — Это не подарок, а вложение. В будущее наших земель. И я верю, что ты справишься.

***

Спустя неделю новости о школе уже разлетелись по деревне. К Гарольду начали подходить родители с просьбами записать их детей.

Миранда привела своего старшего сына:

— Он у меня любопытный, всё время что‑то мастерит, — объясняла она. — Может, у вас он научится делать это с пользой?

Старый мельник привёл внучку:

— Она читает быстрее, чем я молол зерно в молодости. Пусть учится дальше.

Даже Гилберт, узнав о планах Гарольда, принёс несколько кованых подсвечников для будущей библиотеки:

— Пусть свет знаний будет ярким, — сказал он с улыбкой.

Когда Гарольд рассказал об этом Томасу, мальчик торжественно заявил:

— Мы будем лучшими учениками, и все увидят, что учиться — это здорово!

Гарольд только улыбнулся, понимая: начало положено. И в этом начинании было что‑то большее, чем просто школа — это был первый шаг к миру, где ценились не титулы, а стремление делать добро.

***

В следующие дни Элиана взяла на себя организацию помощи тем, кто больше всего в ней нуждался. Она лично проверила, как распределяются семена для пострадавших деревень, договорилась с Матильдой о дополнительных обедах для многодетных семей. Виктория же следила за тем, чтобы помощь доходила до адресатов без задержек и злоупотреблений.

***

Однажды они вместе отправились в деревню, где когда‑то Элиана разговаривала с Мирандой. Мост уже начали чинить — рабочие укладывали новые доски.

— Видите? — сказала Элиана крестьянам, собравшимся вокруг. — Ваши голоса услышаны. Совет работает.

— Но и дисциплина важна, — добавила Виктория. — Прошу всех, кто может помочь с ремонтом, прийти завтра с утра. Кто не может — пусть сообщит старосте: найдём другое дело.

Крестьяне закивали.

Миранда подошла к Элиане и тихо сказала:

— Спасибо вам, госпожа. Теперь мы знаем, что можем рассчитывать на вашу поддержку.

— И на справедливость лорда Виктора, — улыбнулась Элиана. — Мы работаем вместе, чтобы вам жилось лучше.

Виктория, слышавшая последние слова, лишь слегка кивнула, но в глазах еë мелькнуло тепло.

***

Спустя несколько недель после объявления реформ Элиана и Виктория лично отправились в деревни, чтобы проверить, как воплощаются их решения. Они ехали вдвоём, без пышной свиты — только Гарольд и пара стражников для безопасности.

В первой же деревне их встретил староста с сияющим лицом:

— Господин, госпожа, — поклонился он, — мост через ручей почти достроен! Ваши материалы и помощь каменщиков из замка ускорили работу вдвое. А амбар уже накрыт новой крышей — теперь зерно не отсыреет.

Элиана с удовлетворением осмотрела свежие доски моста, крепкие стропила амбара. Возле колодца группа женщин развешивала выстиранное бельё, а дети с хохотом носились по улице.

— И как настроение у людей? — спросила Виктория.

— Да такое, что впервые за много лет можно вздохнуть свободно, — признался староста. — Налоги снижены, совет работает, каждый знает: если проблема — её решат. А главное — больше никто не боится, что его продадут в другую вотчину…

Элиана улыбнулась, заметив, как Миранда, та самая женщина, что жаловалась на мост, подошла к старосте и что‑то оживлённо ему рассказывала. Рядом стоял молодой парень — видимо, представитель деревни в совете.

— Вижу, совет уже даёт плоды, — одобрительно кивнула Виктория.

— О да, господин! — подхватил староста. — Вчера решили, что нужно обновить дорогу к мельнице. А на следующей неделе соберёмся обсудить, как помочь вдовам — у нас три семьи остались без кормильцев после прошлогодней лихорадки.

***

Тем временем вести о реформах Виктории и Элианы разлетелись по соседним землям.

Через несколько дней в замок прибыл гонец от лорда Эдрика, правителя восточных владений. Виктория развернула пергамент и пробежала глазами строки. Еë лицо стало серьёзным.

— Что там? — встревоженно спросила Элиана.

— Эдрик пишет, что мои реформы “подрывают вековые устои” и “ослабляют власть правителя”, — холодно произнесла Виктория. — Он предупреждает, что если я не откажусь от отмены продажи людей, то могу лишиться поддержки знати.

Гарольд, присутствовавший при разговоре, нахмурился:

— Предсказуемо. Многие лорды привыкли, что крестьяне — это просто имущество.

— Но есть и другая новость, — Виктория слегка улыбнулась, передавая письмо Элиане. — Лорд Кайл из южных земель прислал одобрение. Он пишет, что давно думал о подобном и теперь, видя наш успех, готов ввести такие же правила в своих владениях.

Элиана облегчённо вздохнула:

— Значит, не все против.

— Нет, — подтвердила Виктория. — Но нам нужно быть готовыми к сопротивлению. Эдрик — влиятельный человек, и его слова могут настроить других против нас.

Глава 57

Прошло несколько месяцев. Гарольд обустроил своё поместье. Он выбрал место на холме, откуда открывался вид на замок и окрестности. Дом получился не слишком большим, но уютным: с просторной гостиной, кабинетом для работы и светлой комнатой для будущих детей. Гарольд лично участвовал в строительстве: он обсуждал с плотниками расположение окон, чтобы в комнатах было достаточно света, и настаивал на широких подоконниках — “чтобы можно было поставить цветы и книги”. В кабинете он распорядился сделать большой дубовый стол и книжные полки вдоль стен.

— Книги — это мудрость, — говорил он плотнику. — И они должны быть под рукой.

Но прежде чем окончательно перебраться в новый дом, Гарольд решил выполнить ещё одну важную обязанность.

— Томас, подойди сюда, — позвал он мальчика однажды утром во дворе замка, где тот играл с другими детьми.

Юный брат Элианы подбежал, глаза его светились любопытством. Гарольд присел на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне, и протянул небольшой деревянный меч.

— Когда подрастёшь, я научу тебя владеть настоящим, — сказал он серьёзно, но с тёплой улыбкой. — А пока тренируйся с этим. И помни: рыцарь силён не только рукой, но и сердцем. Честь и доблесть — вот что делает воина по‑настоящему великим.

Томас с восторгом схватил подарок, сжимая его обеими руками.

— Спасибо, сэр Гарольд! Я буду учиться каждый день!

— Так и должно быть, — кивнул Гарольд. — Завтра начнём с основ стойки и простых движений.

Лидия, его жена, внесла свою лепту в обустройство дома. Она выбрала ткани для занавесок — лёгкие, льняные, цвета лаванды, — и настояла на том, чтобы в каждой комнате стояли вазы с живыми цветами. В кухне она организовала уголок для сушки трав: там висели пучки ромашки, мяты и чабреца, наполняя помещение тонким ароматом.

***

Ранним утром Лидия вышла за ворота замка и направилась к лугу, где, как ей сказали, местные женщины собирали травы. Воздух был свеж, пропитан ароматами лета — мёдом цветущего клевера и терпкостью полыни. Лёгкий ветерок покачивал высокие стебли трав, а в траве стрекотали кузнечики.

Где‑то вдалеке куковала кукушка, отсчитывая чьи‑то годы. У кромки леса Лидия увидела несколько женщин в простых льняных платьях: они аккуратно срезали стебли серпами, раскладывали пучки на скатерти, переговаривались.

Одна из них, молодая девушка с рыжими косами, заплетёнными в две толстые косы, подняла голову и улыбнулась:

— Доброе утро, госпожа Лидия!

— И вам доброго утра, — ответила Лидия, подходя ближе. Она заметила, что у каждой женщины были свои инструменты: у кого‑то — небольшие серпы, у кого‑то — ножи с костяными ручками, у одной — даже старинный серебряный серп, потемневший от времени. — Можно присоединиться? Я хотела бы узнать, какие травы вы собираете.