С вершин деревьев падает одиночное перо — скользит и кружится на ветру, спускаясь к земле. Когда оно приземляется, Джоэл понимает, что именно видит: кусочек чего-то большего — быть может, священного головного убора, забытого и утраченного. Он наклоняется, чтобы поднять его, — но перо покрыто кровью и горем призраков.
Именно в этот момент — пока он стоит и отступает от странного пера — он видит: кровь льётся по бокам фортепиано на пол леса, заливая груды обугленных человеческих костей, рассыпанных у его ножек.
Фортепиано продолжает играть — не умолкая, — его прекрасная музыка не замечает или с ледяным равнодушием взирает на всё, что происходит вокруг.
— Геноцид, — шепчет лес. — То, что было прежде, — есть сейчас и будет вечно.
Джоэл закрывает глаза — видит Лонни, умирающего на улице...
Трента, мёртвого на ковре кабинета...
Дорси — в постели в луже рвоты и крови, мёртвого от передозировки, пустая бутылка с выпивкой лежит на полу у вытянутой руки...
Сэла — погибшего в автокатастрофе, тело выброшено и лежит на обочине, глаза открыты, но не видят ничего; машина обмотана вокруг дерева — искорёженный и скрученный металл, дымящийся пластик...
Одного за другим...
Каждая жизнь, каждая история движется вперёд. Вперёд или назад — нет разницы.
Когда Джоэл открывает глаза — музыка смолкла и фортепиано исчезло, уступив место небольшому чёрно-белому телевизору. На экране идёт старая реклама — что-то с типичной домохозяйкой пятидесятых, снующей на кухне в туфлях на каблуках и жемчужных бусах...
Вперёд или назад — нет разницы.
И вот он уже крутит педали велосипеда... Быстрее и быстрее, он едет по краю леса — большая чёрная машина следует за ним совсем близко...
Время — это палиндром.
Визг шин, борьба — и вот велосипед брошен посреди улицы, заднее колесо ещё крутится, пока он смотрит с заднего сиденья машины... смотрит, как всё отдаляется... смотрит, как он сам отдаляется...
Кровь... столько крови... брызжет и плещет повсюду...
Кокон разорвался; бабочки вырвались на свободу — взрываются из него облаком крыльев и алого движения... как ужасный сон, выпущенный на волю...
До тишины, до той жуткой тишины, что крадётся к нему в той страшной комнате, мир заливается ослепительной белизной, когда приходят крики.
Крики потерявшихся мальчиков и девочек — всех сирот, сбившихся в тени Страны чудес.
Он очнулся в незнакомой обстановке и тут же рванулся прямо в постели — метался в темноте, невзирая на боль, терзавшую плечо.
— Всё в порядке, — сказала Тейлор, хватая и прижимая его к себе. — Малыш, всё хорошо. — Когда Джоэл почувствовал её мягкие, тёплые руки и вспомнил, где он, — начал успокаиваться. Медленно он откинулся на подушки и вздохнул. — Прости, я...
Билли сделал именно то, о чём он просил: забрал Тейлор на дачу в лесах северного Мэна. Джоэл нашёл их там лишь несколько часов назад, — пока Билли сторожил на кухне с заряженным ружьём, Тейлор заново промыла и перевязала его рану, а потом уговорила немного полежать с ней на кровати. Объяснений она хотела, но у него их не было. Вместо этого он рухнул в её объятия и проспал несколько часов глубоким сном.
— Сколько времени? — спросил он, уставившись в потолок.
— Поздно, — сказала она. — Начало третьего.
Он потянулся и провёл рукой по её щеке. Он разделся до трусов, она была в одной большой футболке. Остальная одежда лежала в куче прямо у двери — и всё же ему было жарко, он был в поту.
— Почему так жарко?
— Билли раскочегарил печку на дровах до предела, — объяснила она.
Джоэл тут же посмотрел на тумбочку, где оставил пистолет. — «Девятка»—
— В ящике, — сказала Тейлор. — Я убрала. Ты же знаешь, как я не люблю оружие, Джоэл. И с каких это пор ты? У тебя нет лицензии на ношение, ты можешь серьёзно влипнуть.
— Рискну. — Он перевернулся, свесил ноги на пол и рванул ящик тумбочки — пистолет лежал внутри. Он достал его, положил на тумбочку поверх ящика и закрыл.
— Тебе нужно объяснить, что происходит, — сказала она, подползая ближе и обнимая его со спины. — Пожалуйста, Джоэл. Ты должен это нам с Билли. Нам страшно и непонятно — мы сидим здесь как преступники, прячемся в буран, ждём, пока ты хоть что-нибудь объяснишь. Мы не можем сидеть здесь вечно. Никто даже не знает, где мы, — ни моя семья, ни друзья, ни с работы никто — никто, — но рано или поздно люди начнут беспокоиться.
— Здесь было тихо с тех пор, как вы приехали?
— Да, нас двое, и это смертная скука.
Он кивнул, но не обернулся к ней.
— Пожалуйста, Джоэл, скажи мне, что происходит.
— Мне нужно время, — произнёс он тихо, глядя на тёмные окна на дальней стене и едва угадывая лес за прогалиной, на которой стояла дача.
— Время для чего?
— Разобраться, что делать дальше. Не знаю, закончилось ли это, Тейлор. Может и никогда не закончиться.
— Что никогда не закончится? — допытывалась она. — Господи, ты даже к врачу не позволяешь себя отвезти, а рана серьёзная. Кто это тебе сделал?
Джоэл поднялся, мягко высвободившись из её объятий — хотя этого не хотел. Он прошёл вокруг кровати к окнам с другой стороны и посмотрел в лес.
— Ты кого-то ждёшь? — спросила Тейлор из-за его спины.
— Просто убеждаюсь, что там никого нет.
— Джоэл, мы в глуши. Здесь никого нет, кроме нас.
Может, она права, — подумал он. Может, всё кончено — в каком-то смысле, или как можно ближе к этому. Может, всё закончилось, когда Симпсон испустил последний вздох и унёс с собой свои тайны и заклинания. Может, теперь речь идёт о том, чтобы двигаться вперёд и пытаться забыть, выживать в сошедшем с ума мире.
Он вспомнил, как чистил снег у дома — казалось, это было в другой жизни, — и подумал: вернутся ли они с Тейлор когда-нибудь домой.
Может ли всё стать прежним?
Жизнь — это палиндром, история, рассказанная вперёд или назад, — нет разницы.
— Джоэл, а давай утром уедем, хорошо? — Тейлор перевернулась на спину, руки за головой, ноги вытянуты. — Тебе нужно к врачу, дорогой.
— Плечо пока терпимо.
— Я не про плечо. Тебе нужен врач. Как раньше.
Он обернулся и посмотрел на неё. — Ты думаешь, я сумасшедший.
Тейлор не стала встречаться с ним взглядом.
— Не могу тебя винить, — сказал он. — Может, и так.
— Тебе просто нужна помощь, — произнесла она тихо. — Это... не нормально, Джоэл. Твоё поведение... это не...
Он подошёл ближе и мягко провёл рукой по её волосам. — Утром объясню как смогу, ладно? Тебе нужно знать, через что я прошёл и что происходит там снаружи.
Она посмотрела на него, растерянная. — Где снаружи?
— Постарайся отдохнуть. Утром поговорим.
— Что ты собираешься делать?
— Я попросил Билли стоять на страже. Он уже несколько часов на посту — наверное, устал. Пойду сменю его, пусть немного поспит.
— На страже от кого, Джоэл?
Он поцеловал её в лоб. — Утром поговорим.
— Джоэл—
— Люблю тебя.
Тейлор вздохнула, провела рукой по его руке. — Люблю тебя тоже.
Джоэл прижал её ладонь к губам и поцеловал, потом направился к тумбочке за «девяткой».
— Пистолет не нужен, — сказала она, потянувшись к нему. — Я уберу в ящик, хорошо? Правда, не люблю всё это оружие вокруг. Оно меня пугает.
— Тейлор—
— Как ты вообще получил пистолет Лонни? — спросила она, открывая ящик.
— Что?
— Как ты его получил? — Она потянулась к очкам и надела их. — Его дочь дала тебе?
Что-то внутри него сжалось, схватив за горло. — Откуда ты знаешь, что это пистолет Лонни?
— А?
— Откуда ты знаешь, что это пистолет Лонни, Тейлор?
Она посмотрела на него и сделала гримасу. — Ты сам мне говорил.
— Нет, не говорил.
