Джоэл устроился на опрокинутом ящике поблизости.

— Разумеется, всё делалось в секрете, — но использовались не только государственные учреждения. Речь идёт о многочисленных фармацевтических компаниях, университетах, больницах, тюрьмах и частных фирмах — все они финансировались ЦРУ и использовались как прикрытие для проведения этих злодейских опытов над ничего не подозревавшими людьми. В некоторых случаях всё было настолько засекречено, что сами исследователи не знали, на кого работают, — и даже некоторые оперативники ЦРУ не знали ничего сверх своего отдельного проекта.

— Изначально речь шла о том, чтобы влиять на разум и таким образом извлекать информацию в ходе допросов, ведь так? — спросил Джоэл. — Я немного читал и изучал тему, и—

— Изначально — да. Речь шла об этом, а также о проверке возможности создания «Маньчжурского кандидата» — убийцы или агента, которого можно было бы включать и выключать для выполнения определённых задач без его ведома или памяти. В теории такой субъект мог бы также получать секретную информацию без риска её раскрытия — даже под допросом или пытками противника — потому что он сам не подозревал бы о её наличии. Результатом стал бы, пожалуй, идеальный убийца, идеальный шпион, идеальный солдат — в их тайной войне. Но всё шло гораздо глубже. Это были только стартовые проекты. Когда начали применять ЛСД — всё стало страннее. Он появился ещё в 1938 году, но даже к 1950-м о нём почти ничего не знали. Им были нужны испытуемые с низким порогом сопротивления, поэтому начали с пациентов домов престарелых и психиатрических больниц, заключённых и тому подобных. Многими из жертв были дети с психологическими или физическими недугами. Дети, Джоэл.

— Как мы.

— Им нужны были испытуемые, которые не заговорят, — или которым никто не поверит, если заговорят. Кто поверит ребёнку — больному ребёнку — с историями, звучащими как кошмары? Кто поверит наркоману или законченному алкоголику, бездомному, заключённому, проститутке или человеку с историей психических заболеваний? Никто. Применяли и другие препараты: мескалин, тиопентал натрия, даже марихуану. Но звездой был ЛСД. В одном исследовании его давали испытуемому каждый день на протяжении 174 суток. Только подумай об этом. В голове этого бедолаги мало что осталось к тому времени, когда с ним закончили. И это — ещё ничто по сравнению с тем, что делали с некоторыми другими. — Трент отхлебнул кофе. — Позже, в 1990-х, хотя большинство документов предположительно давно было уничтожено, правительство признало эти злодеяния — многие, хотя и далеко не все — и объявило американскому народу и всему миру, что эти программы были прекращены и брошены много лет назад. В 1973 году, — сказали они, — но, конечно, это было лишь прикрытием, и многие проекты продолжались. Многие продолжаются по сей день.

Джоэл заставил себя проглотить ещё один глоток кофе. Ужасен, но он замерзал. Он попытался найти хотя бы след того панк-рокера, которым когда-то был Трент, хотя бы маленький кусочек того парня, которого знал, — но та версия Трента давно исчезла. Перед ним стоял опустошённый мужчина средних лет — такой же, как остальные: нервный и мрачный, видевший тьму вблизи. Живший в ней.

— Помимо шпионского угла, — продолжал Трент, — были и другие направления. Одно — изучение контроля: возможности создания покорных и легко управляемых людей, которых при необходимости можно использовать в шпионаже, но также и иными способами — в том числе как сексуальных рабов. Третье — изучение тех, кто в этих условиях и ситуациях мог проявлять способности, выходящие за рамки нормы.

— Способности? — переспросил Джоэл.

— В одной из программ испытуемым давали ЛСД — но в массивных дозах, которые постепенно увеличивались за короткий период времени. Их также не давали спать — иногда сутками напролёт, — и субъекты начинали сходить с ума. Начинались галлюцинации, но к тому времени они находились в таком ужасном состоянии, что уже не могли отличить галлюцинации от реальности. Лишение сна и ЛСД в сочетании с непрерывными залпами странных звуков и образов разрушали их ещё сильнее. Через несколько суток один за другим испытуемые начали сообщать, что видят существ. Это не было особенно удивительным — пока врачи не поняли, что испытуемые независимо друг от друга описывают одних и тех же существ. Поначалу их сочли устойчивой галлюцинацией — ведь все подопытные подвергались воздействию одних и тех же стимулов. — Трент умолк на мгновение, провёл рукой по щетине на подбородке. — Пока врачи и персонал сами не начали их видеть.

— Те же существа, которых видели мы? — спросил Джоэл.

Трент кивнул. — Предположительно программу на этом свернули, испытуемых вернули по тюрьмам и больницам — и на этом всё. Что бы они ни зацепили — связываться с этим они не захотели. Такова была официальная версия. В действительности же власть имущих обуял живой интерес. Это была возможная связь с оккультным, с иным миром или иным уровнем сознания. Чем бы эти существа ни являлись, необходимо было выяснить: они дружественны или враждебны? Откуда они? Что именно они такое? Можно ли использовать их каким-то образом на благо и в интересах правительства? Есть ли у них военное применение?

— Что они такое, Трент?

— Не галлюцинации, это я тебе обещаю.

— Что тогда? Что они такое на самом деле?

— Воплощённое зло.

— Демоны? — спросил Джоэл, и голос его сам собой перешёл в громкий шёпот.

— Чего люди не понимают — проект MKULTRA в конечном счёте был основан на самом настоящем оккультизме и ничего другого там не было. Вся наша страна на этом базировалась. Как и каждая великая империя в истории человечества. Существуют глубоко засекреченные операции и тайные военно-разведывательные группы, которые занимаются этим уже многие годы. Каждая крупная держава — до нацистов и после — изучала оккультное и пыталась обуздать силы его тёмной стороны. О чём это говорит? Говорит ли это, что всего этого не существует? Что это сказки и чепуха? Никто за этим не гонится, Джоэл, не тратит миллионы долларов, не посвящает огромное количество людей и ресурсов охоте за детскими историями на ночь. За этим гонятся, пытаются понять это и контролировать — потому что это реально. — Он сделал ещё глоток кофе. — Большинство людей понятия не имеют о подлинной истории этой страны, не говоря уже об этом мире. Они знают то, чему их учили, и верят тому, что им говорили. Или цепляются за ерунду, которую сами состряпали из обрывков других истин. Проблема в том, что есть две основные стороны — истинно верующие и скептики. Первые верят во всё, вторые — ни во что, и оба лагеря самодовольно убеждены в своей правоте, хотя оба ошибаются. Реальность такова: зло очень реально. Оно в какой-то мере субъективно, но существует и правит нашим миром — всегда правило. Это не значит, что добра нет; его полно. Боже мой, в этом мире столько красоты и любви, что иногда это трудно вместить. Но ни то ни другое не является доминирующей силой в нашей вселенной. Те, кто превыше всего ищет власти, ищут зла — потому что именно там наибольшая концентрация власти. Пусть кратковременная или даже иллюзорная — но пока эта свеча горит, она горит ярко и сильно. И кто действительно знает, что лежит за пределами этого мира? Никто. Ни атеисты, ни религиозные фанатики. Никто. Но там определённо что-то есть. Космическая пыль, райские врата или что-то ещё — всё в конечном счёте упирается в вопрос: что именно. — Он встал перед окнами и смотрел на снегопад. — Знаешь Зону 51, верно?

— Конечно, — сказал Джоэл. — Озеро Грум, в Неваде. База, где испытывают сверхсекретные экспериментальные самолёты. Некоторые говорят — даже технологии инопланетян.

— А знаешь, как её ещё называют? — Трент оглянулся. — Страна грёз.

— Говорят, там происходят всякие странные эксперименты.

— Именно. А теперь следи за мыслью. Слышал об Алистере Кроули?

— Знаменитый британский оккультист.

— Называл себя Зверем, 666. Отец, для некоторых, современной чёрной магии — он называл её сексуальной магией, — и основатель собственного оккультного ордена «Орден Восточных Тамплиеров», OTO. — Трент снова смотрел на снег. — Итак, был некто Джек Парсонс — ракетный учёный, инженер и химик, пионер в этих областях. Он должен был бы быть очень знаменит и широко известен — но не стал из-за своих оккультных связей и практик чёрной магии. Из-за них его в значительной мере вычеркнули из истории, а в ряде случаев намеренно из неё исключили. На самом деле он был оккультистом и пламенным последователем OTO Кроули, — но как учёный его вклад в ракетное движение и конструирование был легендарным. Это один из наиболее значимых деятелей в истории нашей страны. Его изобретения привели к тому, что NASA отправило астронавтов на Луну в 1969 году, и даже сегодня твёрдотопливные ракетные ускорители «Спейс Шаттла» основывались на инновациях Парсонса. На Луне в его честь назван кратер. Каждый год, в Хэллоуин — можешь верить или нет, — Лаборатория реактивного движения NASA проводит в память о Парсонсе мероприятие, которое называет «Днём рождения». И всё же за пределами сообщества реактивного движения почти никто не знает, кто он такой.