Кейтлин достала из пакета толстую записную книжку. Дрожащими руками аккуратно положила её на стойку между ними. — Вот что он мне дал.
Джоэл наблюдал, как она подвинула книжку к нему. На первый взгляд — ничего примечательного, обычная четырёхсекционная спиральная тетрадь, какую можно купить в любом магазине. Он открыл её.
На каждой строке была написана серия чисел, повторявшихся снова и снова по всей первой странице. — Что это? — спросил он.
— Листайте дальше, — тихо сказала она.
Он перевернул страницу. Вторая была идентична первой. Те же числа, всё написано тем же напряжённым, несколько торопливым почерком. Джоэл выдохнул и перешёл к третьей странице. Та же картина. Встревоженный, он быстро перелистал тетрадь. Каждая страница была заполнена абсолютно теми же последовательностями чисел, воспроизведёнными снова и снова на протяжении всей тетради.
— Господи. — Почти уверенный, что кровь отхлынула от лица, Джоэл медленно провёл рукой вверх по лбу и сквозь волосы. — Лонни это написал?
— Это его почерк, да.
— Что это означает?
Кейтлин сглотнула так громко, что было слышно. — Понятия не имею.
— Он ничего не говорил об этом?
— Только чтобы я уничтожила это, если с ним что-нибудь случится.
— Но вы не уничтожили. Почему?
— Потому что почувствовала: если вы согласитесь помочь, вам нужно это видеть.
— Почему вы не показали полиции?
— Они и так считают, что отец спятил. Тетрадь, исписанная тысячи раз одними и теми же числами, вряд ли убедит их в обратном.
Джоэл кивнул. — Да, понимаю, о чём вы. Но вы должны согласиться, что это ненормально — иметь что-то подобное. Ненормально так поступать.
— По какой-то причине это было важно для него.
— Каково бы ни было его душевное состояние и что бы он ни переживал, Лонни всё равно был убит — это бесспорный факт. Вам нужно показать это полиции, Кейтлин.
— Перейдите к последней странице, — сказала она.
Он перелистал до последнего листа. Карандашом там был нарисован беспорядочный ряд набросков угловатых человекоподобных существ с искажёнными конечностями и несколькими линиями, нацарапанными поперёк и свисавшими с их тел и голов.
— По его словам, вот так они выглядели, — сказала Кейтлин. — Демоны.
Джоэл указал на странные линии, свисающие с фигур. — Что это должно означать — какая-то одежда или что-то вроде того?
— Не свисает. Капает и течёт. Это кровь.
Он захлопнул тетрадь. — Вы должны отдать это...
— Я не доверяю полиции.
— Рисунки очень тревожны, но они могут кое-что означать. Числа, по всей видимости, — какой-то код. Если это так, у них есть специалисты, которые могут...
— Я отдаю это вам, а не полиции.
— Кейтлин, послушайте меня. Вам нужно отдать им это. Я понимаю, что сейчас вы злитесь на полицию, но убийство вашего отца совершено меньше двух недель назад. Для вас это ещё открытая рана, и я не уверен, что вы сейчас мыслите трезво в связи с этим. Вы расстроены, я не виню вас, но расследования такого рода могут занять время...
— Если вы не хотите этого, я выполню его пожелание и уничтожу, — ровно сказала она. — Но полиции не дам.
Джоэл посмотрел на Адама в поисках поддержки, но быстро понял, что та не последует. Через мгновение взял тетрадь и убрал её в чехол. — Посмотрю, что смогу с этим поделать. Есть ещё что-нибудь?
— Думаю, мы всё охватили.
— Его квартира — вы уже освободили её?
— Нет. Домовладелец дал нам срок до конца месяца. — Кейтлин снова вытерла глаза, но казалась более уравновешенной. — Мы собирались взяться за это, но это трудно. Я не могу там подолгу находиться. Это слишком тяжело.
— Мне понадобится комплект ключей. Уверен, вы и полиция уже обыскали там всё основательно, но я бы тоже хотел взглянуть.
— Адрес указан на диске, который я вам дала, но могу проводить, если...
— Это не нужно. Найду.
Кейтлин прошла к ящику у раковины, достала связку ключей на металлическом кольце и протянула ему. — Золотой открывает входную дверь.
— У него была машина?
— Голубой пикап Chevy, если точнее. Мы планируем его продать, но он всё ещё стоит на улице напротив его квартиры. — Она указала на связку ключей. — Чёрный.
Джоэл забрал пальто с дивана и надел его. — Буду на связи.
— Ещё раз спасибо, — сказал Адам, протягивая руку.
— У меня есть только несколько дней, чтобы этим заняться, — объяснил Джоэл, пожимая сначала руку Адама, затем Кейтлин. — Но как только у меня будет что-нибудь — если будет — сразу дам вам знать. Если кто-то из вас вспомнит что-то, что может пригодиться, или узнает что-нибудь новое от полиции или ещё от кого-то, — немедленно сообщите. Вот моя визитка. — Он достал визитку с работы и положил её на стойку. — Знаю, что сейчас очень трудное время. Держитесь. Я сделаю всё что смогу.
— Я верю в это, — сказала Кейтлин, хотя в тоне невозможно было не услышать некой неопределённости. — Я уверена, что вы во всём разберётесь.
Джоэл открыл глаза и сфокусировал взгляд на окне и темноте за ним. Томный джаз продолжал звучать в наушнике, успокаивая его в той мере, в какой это вообще было возможно. За исключением света от его iPod, номер мотеля был погружён во мрак. Шоссе снаружи в этот поздний час было менее оживлённым, хотя время от времени мимо всё же проносились фары.
Где-то совсем недалеко Лонни лежал мёртвый в своей могиле, уже ставший воспоминанием. Внезапно. Необратимо. Джоэл попытался вспомнить, когда видел его в последний раз.
Вскоре после того, как Джоэл окончил колледж и получил место в The Boston Globe , они случайно встретились в одной закусочной в Вестпорте — городке, в котором выросли. Джоэл приехал навестить отца на выходные, хотя уже жил в Бостоне. Это была первая встреча с Лонни — как и с остальными ребятами — больше чем за год, и хотя она вышла приятной, между ними чувствовалась какая-то неловкость, которой прежде никогда не было. Их жизни уже разошлись в разные стороны, и им было куда меньше общих тем, чем когда-то. Тем не менее, когда разговор иссяк, Джоэл сказал ему, как рад их встрече, — и говорил искренне, — а Лонни ответил:
— Береги себя, братан.
Это были последние слова, которые тот когда-либо сказал ему.
Выходит, ничего не сложилось так, как они надеялись.
Джоэл отогнал воспоминания. Было очень поздно, но в постель он всё равно не хотел. Давно он не засыпал вдали от Тейлор, и перспектива эта его не радовала. Но усталость брала своё. К тому же впереди предстоял долгий день — меньше всего ему нужно было засыпать за рулём. Нужно быть бодрым и собранным. Работа ждала.
Помимо планов осмотреть квартиру Лонни с утра, скорее всего предстоял разговор с полицией. Ещё раньше он позвонил старшему детективу по делу об убийстве Лонни — некому Майклу Росси, — представился другом семьи, сказал, что хотел бы задать несколько вопросов, и попросил о встрече в удобное время. Росси объяснил, что у него плотное расписание, но, возможно, сможет уделить ему немного времени на следующий день после обеда. Он взял имя и номер Джоэла и пообещал перезвонить. По телефону был вполне любезен, хотя осторожен и сугубо по-деловому. Джоэл знал: детектив, скорее всего, наведёт о нём справки перед встречей. Оставалось только надеяться, что Росси не поймёт, кто он, — ведь тогда его встретит лишь враждебность. К счастью, спустя столько лет это вряд ли имело значение: большинство полицейских, с которыми он тогда сталкивался в Нью-Бедфорде, Фолл-Ривере и многих других городах, были постарше. Многие, должно быть, уже умерли или давно вышли на пенсию.
Интересно, узнали ли те, кто умер, что-то, чего так и не смогли нащупать при жизни, думал он. Постигли ли они на том свете истины, которые были им недоступны здесь? Знают ли они теперь все ответы — или всё наоборот? Может быть, правда здесь, среди живых, — но, как и вера, она неуловима, как шёпот, таинственна, как медленно вьющийся дымок. Вот она — и нет её, и не знаешь уже, была ли.
