– Второй – это Буров? Ладно, скажи Березину, что я разрешил. Постарайся хоть что-нибудь узнать об американцах. Их пробовали допрашивать, но молчат как партизаны, поэтому без твоей магии долго провозимся.

Березин привёл свой отряд в лагерь три дня назад. Полковник не стал его использовать для несения дежурств. Почти все его бойцы сидели в секретах и патрулировали тракт, а в резерве их было только две сотни. Теперь к ним добавились разведчики. Друзья были в нескольких минутах ходьбы, поэтому можно было не спешить. Когда Олег в сопровождении Сергея и Сарка вошёл в штабную палатку, в ней находился только один из замов Зуева – Пётр Силин. Он хорошо знал язык земмов и на Земле работал следователем в полиции, а здесь отвечал за внутреннюю безопасность.

– Садитесь, – пригласил он парней, махнув рукой на грубо сколоченные табуреты. – Сейчас их приведут. Я тоже буду присутствовать на допросе. Вы взяли с собой обруч?

– В сумке, – ответил Олег. – А зачем он вам?

– Мне доложили, что у мага был на голове какой-то обруч, – объяснил Силин. – Если он жрец, вам будет удобней работать в обруче.

У Олега было другое мнение, но не стал спорить и надел обруч. Через несколько минут в палатку ввели двух земмов со связанными за спиной руками. Вслед за ними бойцы внесли третьего, у которого была перевязана правая рука.

– Посадите его на табурет, – приказал им Олег. – Он в сознании,притворяется.

– Вы будете отвечать на вопросы? – спросил Силин стоявших земмов. – Нет? Тогда пусть с вами говорит ваш жрец!

Только после этих слов они увидели обруч Олега и удивлённо на него уставились. Раненый, у которого на лбу был обруч без камня, тоже открыл глаза и внимательно рассматривал юношу.

– Применять силу или будете говорить сами? – спросил Олег. – Ваш жрец скажет, что у меня её достаточно, чтобы разговорить сотню таких, как вы!

– Кто вы? – спросил раненый. – На вас обруч высшего жреца, а сил столько, что нас смешно сравнивать, но вы не можете им быть!

– Почему вы так решили? – сказал юноша. – Ни в одной из священных книг не написано, что молиться богам могут только земмы. Мне дали знания в главном храме Ортага, в нём же я прошёл посвящение.

– Не врёте... – в замешательстве сказал земм. – Тогда почему вы вместе с этими убийцами?

– Так! – вступил в разговор Силин. – Не все герты одинаковые, уважаемый! Похоже, что те, кого мы здесь ждём, вас чем-то сильно разозлили. Не скажете чем?

– Они забирали в деревнях всё продовольствие, включая посевное зерно, и забивали лошадей, – ответил жрец. – Для крестьян лишиться лошадей и зерна – это смерть! Если несчастье случится с одной семьёй, ей помогут соседи. Если со всей деревней... Не знаю, у нас никогда такого не было. Деревень мало, и они находятся далеко одна от другой, а в лесу нет дорог. Возможно, помогли бы крестьяне ближайшей деревни, с которыми многие в родстве, но не другие. А если разграбят и их... Немудрено, что земмы начали защищать своё имущество. Тогда их убили, включая детей, а дома сожгли. И таких деревень уже больше десяти! Мы пытались уводить скот и прятать запасы, но это трудно из-за отсутствия дорог. К тому же наступает время сева, а мужики вместо работы вынуждены бегать по лесу. И чужаки, не найдя продовольствия, сжигают деревни!

– Я думаю, что вы не оставили их действия без ответа, – сказал Силин. – Сколько их было и сколько осталось?

– В наши леса вошли полторы тысячи чужаков, сейчас их пять сотен. Был ещё небольшой отряд, который шёл отдельно. Эти никого не убивали и платили за еду, поэтому им не помешали уйти. Остальные должны умереть! Это общее решение наших старейшин!

– И куда вы шли с этим решением? – спросил Олег.

– К королю Таркшира, – ответил жрец. – Пришельцы уже подошли к тракту, и мы не сможем их остановить или сильно сократить в числе. Это должен сделать король! Мы обращались к отцу нынешнего короля с просьбой забрать наши земли, но он отказался. Земли много, а земмов на ней мало. У нас нет золотых рудников, а зерно и мясо некому продавать. Какой доход от таких подданных? У нас нет регулярных связей с королевством, нет даже торговли, хотя иногда кого-нибудь посылают за товарами. Но король обещал, что, если сможет, окажет нам помощь. И его сын знает об этом обещании!

– Вам не нужно идти в Старх, – сказал Силин. – Убийц покараем мы. Только убивать будем мужчин. С ними много женщин?

– Было сотни три, – ответил один из стоявший земмов, – а сейчас будет меньше сотни. Их можете оставить.

– Для чего вы их ждали? – спросил жрец. – Можете сказать?

– Мы хотели потребовать, чтобы они подчинились герцогу Лаврову, – ответил Силин. – Это герт, которому король Лей отдал в управление Дикие земли по эту сторону тракта. Нам известны замашки ваших врагов, поэтому их не хотели пускать без контроля. Мы хотим подружиться с земмами, а если бы здесь заполыхали деревни...

– Значит, король забрал себе часть Диких земель! – сделал вывод жрец. – А мы?

– Придётся подождать, – ответил особист. – Вам нужны дороги и защита, чтобы иметь сбыт продуктов и нормальную торговлю. Король вам не поможет, и у герцога Лаврова нет такой возможности. Вот когда он обустроит свою часть Диких земель, можно будет поговорить о вашей. К тому же нам лучше сейчас у вас не появляться. Вряд ли крестьяне станут разбираться, чем мы отличаемся от ваших обидчиков. Давайте поговорим о них. Вы можете сказать, когда они выйдут на тракт и в каком месте?

– Они захватили деревню недалеко отсюда, – ответил жрец. – Крестьяне успели уйти и угнать скот, но осталось много зерна. Я не знаю, рискнут его есть или обойдутся тем, что возьмут с огородов, но долго они там не задержатся. Мы их оттуда погоним и постараемся не дать сжечь дома. На тракт выйдут через два или три дня там же, где вы нас схватили. Вы можете отпустить кого-нибудь из нас? Крестьяне будут преследовать гертов до тракта и, если не предупредить, могут пролить и вашу кровь.

– Крестьян отпустим, – сказал Силин, – а вам нужно подлечиться. В таком состоянии вы далеко не уйдёте. Олег, поможешь?

– Уже сделал, но дня два нужно полежать.

– Благодарю, – поклонился жрец. – Отпустите моих спутников, а я у вас задержусь. Если своими глазами увижу, как вы уничтожите наших обидчиков, смогу это подтвердить.

Как только Зуев узнал результаты допроса, к месту выхода американцев были стянуты все силы. На второй день вдоль тракта, на протяжении двух километров, устроили шестнадцать засад, в каждой из которых сидели сто лучников. Как только стемнело, ушли отдыхать, оставив обычные секреты по три человека. Ночь прошла спокойно, а утром бойцы опять заняли свои места. На этот раз им не пришлось долго ждать. Ещё до полудня из леса начали выходить люди. Они собрались на тракте в толпу, о чём-то долго спорили, а потом построились в колонну. За это время успели усилить ближние засады, и, как только колонна поравнялась с одной из них, в мужчин полетели сотни отравленных стрел. Всё было кончено меньше чем за минуту. Почти все женщины шли в хвосте колонны и не пострадали. Они не кричали и не разбегались, а молча стояли, дожидаясь своей участи. Некоторые плакали, но большинству было уже безразлично, что с ними сделают.

Обычно спокойный Мар Грим выглядел взволнованным, и его тревога передалась главе сената. Они встретились в личных комнатах Стара Марроя незадолго до утреннего совещания.

– Что у вас стряслось? – спросил Стар. – Садитесь и рассказывайте!

– Всё плохо! – ответил патриций. – Я только что получил очень неприятные известия из Пармы!

– А почему вы пришли с ними ко мне? – спросил глава. – Скоро заседание, сообщили бы свои известия сенату.

– Если они подтвердятся, с меня снимут кожу! – ответил Мар. – Вы только собираетесь использовать гертов, а купцы сделали это два года назад! Герты ещё не захватили Дольмар, а в Парме уже занимались их оружием! Сейчас оно готово, и купцы срочно набирают бойцов! Видимо, их тоже готовили, потому что через десять дней у Пармы будет армия больше нашей! Догадываетесь, против кого это направят?