– Только останови карету подальше от трактира, – добавил он, – иначе могут быть неприятности, если кто-нибудь из пассажирок начнёт орать.

Через полчаса увидели трактир, из которого Сарк принёс две сумки с едой и большую флягу с водой. Одну сумку он забрал на козлы, а другую отдал Сергею.

– Можете есть, – предложил парень, отрезая кинжалом куски варёного окорока. – Здесь ещё лепёшки и какая-то колбаса. Наверное, это не та пища, к которой вы привыкли, но другой не будет. Если не хотите обедать этим, терпите до вечера.

Они не захотели терпеть, а когда поели, обе заснули.

«Слава богу, что хоть на время угомонились, – подумал Сергей, – Покормить, что ли, кучера? Ладно, обойдётся. С такой скоростью мы, пожалуй, до вечера приедем к городу. Проедем через него, и нужно уходить. Завтра можно захватить другой экипаж, только я уже побоюсь сунуться в нём в город. Если убивать пассажиров, можно, меняя кареты, ехать дня три-четыре. Жаль, что я не настолько озверел».

К городу подъехали через два часа. Видимо, рядом были деревни, потому что на тракте стало не протолкнуться от крестьянских телег. Всадники скакали по обочине, а Сарку пришлось сбавить ход. До ворот тащились с полчаса, а через город ехали больше часа. Ни при въезде, ни при выезде никто не проверял кареты или телеги крестьян, стража только взимала с въезжавших положенную плату.

– Остановите карету! – потребовала Кара, когда отъехали от города. – Мне нужно облегчиться.

– Я тоже хочу выйти, – добавила Вари. – Могу потерпеть, но если будем останавливаться...

– Куда вы ехали? – спросил Сергей.

– В Корш, – сердито ответила воспитательница. – Это город, через который только что проехали. Так мы будем останавливаться или мне пачкать карету?

– Приехали! – крикнул он Сарку и обратился к женщинам: – Мы вас покидаем, а вы можете облегчаться и возвращаться в свой Корш. Сейчас развяжу кучера и уйду. Одну из ваших фляг заберём с собой.

Он освободил кучера, забрал сумку с едой и, убедившись в том, что на дороге никого нет, покинул карету. Сарк ждал на обочине со второй сумкой и луком в руках. Пробежавшись по вырубке, они вошли в лес.

– Этот не такой густой, – осмотревшись, сказал земм. – Здесь я без труда найду еду, только лучше её покупать. Денег у нас много, а времени нет. Ты и завтра хочешь ехать в карете? Не боишься того, что их начнут проверять? Те, кого мы отпустили, не станут молчать.

– Не могу убивать женщин, – отозвался Сергей. – Что ты сказал о времени? Почему его у нас мало?

– Потому что скоро пойдут дожди, – объяснил Сарк. – У нас есть декада, может быть, две. Я сегодня насмотрелся на крестьян и придумал, как можно ехать без риска. Только тебе будет не так удобно, как в карете.

– Обойдусь без удобств, – сказал парень. – Рассказывай, что придумал.

– Мы проехали съезд к деревне, – начал объяснять земм. – Нужно вернуться и утром сесть в засаду. Захватим кого-нибудь и хорошо стукнем, чтобы полежал, пока мы отъедем подальше. Я буду править, а ты спрячешься в телеге. Выбросим несколько мешков, а тебя прикроем каким-нибудь барахлом. Я положу крестьянину в руку несколько золотых, тогда он, когда оклемается, не станет подымать шум. Только не нужно, чтобы он тебя видел, иначе побежит к стражникам. Они платят за сведения о беглых рабах. Еду купим в трактирах, а останавливаться на отдых будем только ночью, да и то ненадолго. Хорошо я придумал?

– Замечательно, – похвалил друга Сергей. – Сейчас ищем поляну и ужинаем, а потом ложимся спать. Сарк, не скажешь, почему здесь для поимки беглых не используют собак? У вас ведь охотятся с собаками? А это та же охота.

– Не знаю, – ответил юноша. – Я охотился без собаки. И другие в нашей деревне не брали их на охоту. Глупые твари, годные только для охраны добра. Смотри, я думаю, что эта поляна нам подойдёт.

Беглецы поели и рано легли спать, чтобы подняться с рассветом. Когда проснулись, на тракте ещё никого не было, поэтому к съезду возвращались по вырубке, готовые при малейшей опасности укрыться в лесу. Через полчаса дошли до ведущей к деревне дороге и сели в засаду. Заросли вдоль неё не вырубали, поэтому прятаться было нетрудно. Первыми проехали два воза, которые пришлось пропустить, а вот вторым ехал один крестьянин, везущий в телеге мешки с зерном. Выскочивший на дорогу Сарк ударил его кулаком в голову.

– Видят боги, я этого не хотел! – расстроенно сказал он подбежавшему Сергею. – Бил не очень сильно, а он взял и окочурился.

– Ладно, берём его и уносим в лес. Теперь он и без золота о нас не расскажет.

Они унесли крестьянина, а потом побросали в кусты лишние мешки. Нужно было торопиться, пока не приехал кто-нибудь ещё. Сергей забрался на дно телеги, а Сарк положил на борта несколько палок, на которые уложил оставшиеся мешки, и прикрыл какой-то дерюгой. Лошади не обратили внимания на смену возницы и послушно потянули телегу на тракт, а потом прочь от города. Двигались медленнее кареты, зато спокойно. Сергею было неудобно ехать, и к вечеру затекало тело, а кроме этого, донимала пыль. Ехали дотемна, а потом Сарк съезжал с тракта и распрягал лошадей. Кормили свой четвероногий транспорт на постоялых дворах, когда земм бегал за едой для себя и товарища. За серебряную монету конюхи надевали на морды лошадям торбы с овсом и давали им воду. На четвёртый день такого передвижения пересекли границу Каргела с Пармой, а через два дня на них напали. В этой части Пармы было мало деревень и отсутствовали города, и все, кто пользовался трактом, ехали в небольшой город Галиш или в королевство Таркшир.

– Стой! – услышал Сергей чей-то вопль. – Кому говорю, падла! Убью!

Послышался звук удара и чей-то крик.

– Тебе говорили не дёргаться? – сказал другой голос. – Сам виноват! Берк, гони телегу в лагерь. А вы вяжите лучше! Смотри-ка, что в телеге у крестьянина.

– Так это он хотел в нас стрелять? – зло сказал тот, кто приказывал остановиться. – Я тебя, падла, сейчас убью!

Кого-то ударили ещё раз. Видимо, этим «кем-то» был Сарк. Лошади тронулись, и голоса стали отдаляться. Сергей выждал, пока их не стало слышно, упёрся ногами в лежавший сзади мешок и скинул его с телеги. Она остановилась, и спрыгнувший на землю возчик пошёл подбирать потерю. Парень сбросил ещё два мешка и с мечом в руке выпрыгнул из телеги как чёрт из табакерки. В десяти шагах от него стоял земм с мешком на спине, который был так поражён появлением герта, что даже не подумал защищаться. У него на поясе висел тесак, который размерами не сильно уступал мечу. Первым делом Сергей обезоружил пленника, а потом стал допрашивать.

– Кто вы? – спросил он. – Брось мешок и отвечай!

– Ватажники мы, – угрюмо ответил пришедший в себя земм. – Убьёшь? Мы не тронули твоего приятеля.

– Слышал я, как вы его не тронули, – сказал Сергей. – Сколько вас было в засаде и сколько в лагере?

– Много, – ответил ватажник. – Всех не перебьёшь. В засаде было пятеро, а в лагере – в два раза больше. Лучше бы нам договориться по-хорошему.

– Веди к тем, кто сидел в засаде. Может, я с вами и договорюсь, а ты постарайся не дёргаться, а то до этого не доживёшь.

От места засады отъехали недалеко, поэтому и возвращение заняло несколько минут. Оставшихся у тракта разбойников было не пять, а только трое. Четвёртым был избитый и связанный Сарк. Увидев чужого, они всполошились и схватились за оружие. У двух были луки.

– Верните моего приятеля, и мы уйдём, – сказал Сергей, прячась от лучников за взятым в плен разбойником. – Даже телегу с лошадьми оставим, она нам теперь не нужна.

– А что будет, если не вернём? – спросил один из разбойников, который, видимо, был среди них старшим.

– Лишитесь приятеля, – ответил парень, толкнув в спину свой живой щит. – Я быстрее вас, поэтому и лучник не сразу попадёт. Постараюсь взять за свою жизнь одну или две ваши. Вам это надо? Из-за чего нам драться? Из-за отобранного вами оружия?

– Куда идёте? – спросил главарь. – Твоего приятеля спрашивали, но он не хочет отвечать.