- Молчите, господин Гилрам, - приказала Тевера, которой показалось, что секретарь желает высказаться. – Посол оказал мне троллью услугу, заявив вчера, что ему для переговоров требуется император.

- При всём уважении, ваше величество, но они правы. Империи нужны и императрица, и император.

- Знаю. – Тевера встряхнула головой, точно прогоняла дурные мысли. – Давай-ка лучше работать.

Но работа тоже не удалась.

Тевера просто почувствовала на груди странный жар, потом мир вокруг словно стал гораздо прозрачнее и понятнее. Замерев, она прислушалась к себе – вдруг, кому-то хватило ума отравить её или подлить приворотного зелья. Но со здоровьем всё было в порядке – нагрелся амулет, к которому она настолько привыкла, что уже не замечала. А почему это могло произойти? Можно было назвать несколько причин, но в голову приходила только одна – во время обряда амулет поглотил немало магии, и не только её, значит, мог давать подсказку, что ОН рядом. Это понимание заставило отложить в сторону все бумаги и потянуло на улицу. А ещё спустя несколько минут с заднего двора к парадному крыльцу, на которое выбежала императрица, неспешно подошёл высокий молодой мужчина с длинными волосами цвета пылающего огня.

- Дантор! – воскликнула Тевера и торопливо сбежала с крыльца.

Ей хотелось броситься княжичу на шею, прижаться к его груди, почувствовать себя девушкой, а не главой государства. Но она заставила себя остановиться в двух шагах от княжича и просто протянуть ему руки.

Дантор Берийский с улыбкой сжал холодные пальцы императрицы, притянул её к себе и прошептал очень тихо, так, чтобы никто не услышал:

- Больше я вас не оставлю, обещаю.

ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО

«В далёкой стране честно правил король.И всяк ему верил – богатый и голь.Но вот ниоткуда явилась беда,И мирные дни унеслись в никуда.Пустуют деревни, погибли поля,Дома сожжены, пахнет кровью земля,А сам благодетель по чужбине бредёт,И люд ему, нищему, милость даёт.И это не сказка, поверьте, друзья,Тому королю дал монетку и я», -За пенною кружкой в таверне однойРассказывал байки мужик заводной.И верил ему простодушный народ:Неужто такой ладный парень соврёт?И проклинали вражьи войска,Что смели разрушить чужие дома.Да только в далёкой-далёкой странеИ духом не знали об этой войне,А два короля за общим столомЗа мир и покой выпивали вино.

Шаках прилежно натирал подсвечники в главном приделе столичного храма Нерождённого. Эта работа считалась почётной, хотя убрать пыль с каждого завитка, с каждой загогулинки драгоценных кандил было весьма непросто. Брат по вере, присматривавший, чтобы мальчишка работал, а не халтурил, зевал от скуки. Шаках, глядя в широко разинутый рот жреца, считал минуты до момента, как подействует сонное заклинание.

Конечно, наставник не раз и не два убеждал всех, что милость Нерождённого – это та же магия, только позволяющая управлять разумом человека. Однако большинство жителей столицы просто не слушали ни одного слова против. Да ещё нашлись и такие, кто свято верил, что способен спрятаться за горой амулетов и прочей дребедени от вездесущей инквизиции.

Наставник требовал, чтобы Шаках не смел колдовать во дворце или в храме, когда там на каждом повороте стоят служители Нерождённого и инквизиция. Однако мальчишка с удовольствием усыплял всех, кто попал под горячую руку. Стоило жрецу заснуть, как Шаках торопливо закончил свою работу, кое-как повтыкал свечи в кандило и сбежал.

Сегодня у него было особое задание. Пришло оно, конечно, через десятые руки, но одно фразы «Её величество переживают, где их брат Наргид» было достаточно, чтобы мальчишка вспомнил мягко улыбающуюся девушку, совсем не похожую на императрицу и её восторг от проявления магии. Ему было обидно, что он так и не смог перекинуться с императрицей хоть словом, чтобы передать привет от старшего брата Наргида. К сожалению, постоянное присутствие инквизиторов рядом сильно ограничивало хитрого мальчишку. Шпионить за жрецами было непросто, но Шаках испытывал странное удовлетворение, когда ему удавалось обмануть тех, кто мнил себя овеянными благодатью.

Магия, позволявшая становиться незаметным для других людей, давалась ещё Шакаху непросто, но он всё же справился и на цыпочках прокрался к крылу, в котором жили только высшие чины храма – патриарх и его приближённые. На полу здесь лежал толстый ковёр, заглушавший шаги, двери были украшены вензелями и запорами, в отличие от келий обычных жрецов, а пространство освещали не чадящие факелы, а магические светильники. В какой комнате был заперт Наргид, мальчишка помнил и надеялся пробраться к нему незамеченным, но этого и не потребовалось: он едва успел прижаться к стене, когда мимо него стремительно прошагал патриарх, гремя ключами отворил одну из дверей и встревоженно заявил:

- Собирайся! В Дармате драконы.

Шаках едва не утратил контроль над заклинанием, так ему захотелось узнать о драконах чуть больше или даже увидеть их. Однако понимание, что задание должно быть выполнено как следует, заставило взять себя в руки и прислушаться к разговору. Благо, патриарх Тсинар дверь прикрыл неплотно.

- Ваше святейшество вспомнило о моём существовании или просто боится драконов? – послышался насмешливый голос, и Шаках удовлетворённо хмыкнул. Он только раз встречался лицом к лицу с Наргидом, и тогда мало что сумел понять о принце. Сейчас же стал заметен истинный характер императорского сына.

- Глупости не говори! Я же беспокоюсь именно о тебе, - ответил патриарх. – Княжич Дантор Берийский обязательно потребует встречи с тобой. Или ты не сумел втереться к нему в доверие?

- Я не втирался ни к кому в доверие! Мы действительно пришли к взаимопониманию, и…

- Вот и отлично! – патриарх, не дослушав Наргида, торопливо принялся излагать свои мысли. – Ты выйдешь к драконам, сделаешь вид, что всё под контролем. А потом подведёшь их к мысли о том, что у империи есть ещё один наследник – ты. Дальше дело техники: провести свадебный обряд для Теверы без коронации княжича, продавить закон о возможности восхождения на трон жреца и посоветовать Дантору увезти жену в княжество, пока её не соблазнил какой-то из постоянно находящихся при дворе мужчин.

Шаках даже издалека ощутил давление магии и пожалел, что сам ничего не может противопоставить патриарху. Наргид был неплохим жрецом – если такие вообще бывают, и жалко, если он подчиниться старому интригану.

- Не желаю в этом участвовать, ваше святейшество. – В голосе Наргида отчётливо слышался яд. – Тевера – моя любимая сестра. Неужели вы думаете, что я стану интриговать против неё?!

- Так ты считаешь, что будет лучше, если империя вновь превратится в разрозненные государства? Лучше будет, если развалится всё, чего достигли наши предки за сотни лет? Во мне тоже течёт кровь правителей древнего Мана, потому-то я и переживаю за будущее империи. Единственно верное решение на данный момент – именно то, которое я сейчас озвучил.

- Вы, как обычно, лжёте или же выворачиваете истину удобным вам образом. Тевера прекрасно справляется с управлением империей. Да, с послами из эмирата вышло не очень удачно, но если Дантор действительно прибыл, то он может выслушать их как представитель империи.

- Жених не имеет права вмешиваться в политику чужого государства, а Манзокея для Дантора Берийского сейчас именно чужое…

- С чего вы это взяли? – спросил Наргид, сдерживая желание рассмеяться в лицо патриарху. – Отец в своё время приказал мне молчать, но, кажется, дальнейшее умалчивание истинного положения дел, не требуется. Дантор Берийский – полноправный император Манзокеи, потому что в тот день, если вы его ещё не забыли, я провёл для сестры свадебный обряд. И брак сразу же был осуществлён.

Долгое молчание, повисшее после слов Наргида, заставило забеспокоиться юного шпиона. А вдруг патриарх там по-тихому придушил принца, а теперь готовится прибить и его? Информации, конечно, уже удалось добыть немало, но Шаках всё равно чего-то ещё ждал.