На это Боровик лишь бросил на меня задумчивый взгляд и сказал:

— Так вернёмся к Алёнушке.

— А она тоже была из ваших? — всё же не утерпел я, только что вспомнив сказку про несчастную девушку и глупого мальчика, который, презрев антисанитарию, попил из копытца. А вообще интересно, как в мой мир попадали эти сказочные истории? Неужто такой же попаданец, как и я, принёс?

— Нет, — с лёгким раздражением произнёс Боровик Иванович. — Алёнушка с братцем Иванушкой, как и ты, были избраны богами и жили среди нас.

— А кто тогда этот ваш Безымянный? — решил я всё же утолить любопытство, раз всё равно отвлеклись от главной темы.

Боровик Иванович тяжело вздохнул и начал что-то рисовать пальцем в воздухе, от каждого движения оставляя тёмный след.

Спустя секунду раздался треск, и от рисунка повеяло такой жутью, что я с трудом не сделал шаг назад, моментально покрывшись холодным потом.

— Владыка пустоты — есть повелитель аспекта страха, воплощение его силы и мощи. О нём мало что известно, но некоторые считают его сильнейшим божеством этого мира, которому нет дела до смертных и бессмертных.

— Тогда это что? — кивнул я на чернеющий знак в виде черепа рогатого козла.

— Это его знак. Используя волшебство, любой может создать его и получит часть силы тёмного божества.

— Любой? — не поверил я, и даже забыл о пугающем эффекте руны.

— Любой, — с интересом и как-то по-новому посмотрел на меня Боровик Иванович. — А что ты чувствуешь от этой печати страха?

— Жуткая она. Аж потом весь покрылся, — и я стёр холодные капли со лба. — А так в целом — терпимо.

— Неужели ты часто ходил по краю жизни и смерти?

— Не то чтобы часто, но бывало, особенно в последние полгода.

— Вот как, — покивал Боровик Иванович. — Тогда слушай внимательно. Магия безымянного сильна, но в то же время заёмная и всегда требует расчёта в срок. Никто не знает, чем придётся пожертвовать за эту силу, может облысеешь, а может, потеряешь душу обратившись в раба. Я слышал, что существует культ, в котором не осталось свободных, лишь его послушные безвольные слуги. Поэтому, никогда не используй эту магию, даже если сильно прижмёт.

— Но вы же использовали сейчас символ, — заметил я.

— Лишь дотронулся до клапана источника, но проклятую силу не использовал.

— Понял, — я с любопытством оглядел печать, запоминая каждую чёрточку. Жизнь сложная штука, и всякое может пригодиться.

— Запомнил? — следя за мной, спросил Боровик Иванович.

— Конечно, — хмыкнул я.

— Хорошо, — почему-то довольным тоном произнёс мой наставник. — Истинный чародей должен знать всё, будь это хорошее или плохое. Познание — это истинная цель любого, в чьих венах течёт волшебство.

Говорил он одухотворённо, и я вдруг вспомнил свою школьную учительницу по математике, которая с таким же энтузиазмом вещала о верховенстве её предмета над остальными.

— Так что с этим прудиком? — кивнул я на небольшой водоём, на берегу которого мы общались.

— Да, — спохватился Боровик Иванович. — Это место могут найти только те, кто рождён из великой грибницы Старичка Боровичка.

— Но почему?

— Именно Старичок Боровичок помог Алёне пережить горе и одолеть в битве изменившегося братца Иванушку. За это она признала его своим другом и отдала власть над прудом.

— И что же этот пруд делает?

— Он ничего не делает, — проворчал Боровик Иванович. — Этот источник пробуждает магические силы и дарует покой всем, чьи души находятся в смятении.

— Но моя магия уже пробуждена.

— Ты сейчас всего лишь Чароплёт, а испив воды из этого пруда, можешь подняться на ступень выше.

Я наморщил лоб, вспоминая местную классификацию силы. Кажется, в этом классе следующая ступень называется Старший Чароплёт или что-то в этом роде? Ну а что, неплохо для начала!

Я сел на корточки и, зачерпнув воды, уставился на мутную жидкость в ладонях.

— Выглядит не безопасно. Я от дизентерии не умру?

— И такое может быть, — Боровик Иваныч разразился каркающим смехом. — Но маловероятно. Ведь в тебе есть аспект жизни, он должен спасти от болячек.

— Но почему такая грязная? — не унимался я, и тут же заметил, как мимо меня по воде пробежала водомерка.

— Потому что источник жизни, а не смерти, — логично заметил Боровик Иваныч.

Я вылил жидкость обратно и прислушался к внутреннему голосу.

Вроде всё нормально, и никакого отторжения, но что-то будто зудит на краю сознания.

«Интересно, как выглядит слеза Алёны? Как алмаз?» — возникла мысль в голове, и рука непроизвольно опустилась в мутную прохладу воды.

Достигнув дна, я ощутил какой-то камешек. Схватив его, вытащил руку из воды, и на солнце заблестел неогранённый самоцвет.

— Слеза Алёны… — прошептал Боровик Иванович и с каким-то то ли ужасом, то ли восторгом посмотрел на меня. — Она тебя одарила!

— И что мне это даёт? — с любопытством разглядывая камешек, спросил я.

— Это бесценный артефакт! — воскликнул Боровик. — Теперь любая вода, в которой находится слеза Алены, превратится в сильнейший магический допинг! И не только постоянный, как этот пруд, но и усиливающий временно!

— Не плохо, — я иначе посмотрел на свою находку.

— Не плохо⁈ — возмущённый моим легкомысленным отношением к реликвии воскликнул Боровик Иванович. — В отличии от ныне существующих зелий усиления, слеза не будет иметь никаких побочных эффектов!

— А постоянное усиление можно использовать лишь раз?

— Увы, и только на начальных этапах развития, — развёл он руками.

— Тогда ладно.

Спрятав в карман ценную находку, я зачерпнул воды из прудика.

Глоток, и по телу будто разряд тока пробежал. Меня всего передёрнуло, а потом в районе сердца что-то сначала закололо, а потом задавило. Схватившись за грудь, я, тяжело дыша, упал на колени.

— Концентрируй волшебную силу в районе сердца, — слышал я будто издалека голос Боровика. — Старайся, чтобы магия не расходилась по телу дальше грудной клетки. Это поможет сдержать отдачу.

Я быстро задышал и, морщась от накатывающих волн боли, последовал указаниям. В тот же миг действительно полегчало.

— Спасибо, — с благодарностью кивнул я старичку.

— Не расслабляйся, сейчас будет пик силы и прорыв. Приготовься. Должна быть вспышка боли, после чего…

Его голос потонул в бешеном биении моего сердца, что заполнило весь мой мир, а потом пришла БОЛЬ! Её было так много, что на какой-то миг захотелось тупо умереть и не мучиться. Но внутренний голос напомнил, что в таком случае мне не стать сильнейшим в мире, да и сдаваться при первых трудностях — совсем не дело.

Нецензурно ругаясь, я глубоко дышал, пока давление всё нарастало и нарастало.

На самом пике боли рост прекратился.

Теряя сознание, я услышал отчётливый хруст в своей груди.

Боровик Иванович многое повидал на своём длинном, по его личному мнению даже слишком длинном веку, но никогда ему ещё не доводилось видеть такого масштабного и фееричного прорыва. Причём ладно, если бы это был переход на новый класс, но нет. По строению источника Алексей точно был Младшим Чароплётом, и теперь просто поднялся на пик своего класса, избавившись от приставки «младший».

— Чернобог безжалостный и справедливый, да кто этот парнишка такой?

И если бы кто ни будь из одарённых мог видеть то, что предстало перед глазами Боровика Иваныча, то он бы ни один сейчас стоял с раскрытым ртом.

Аспекты вокруг, что составляли ткань реальности, будто сума сошли. Земля, воздух, вода, огонь, те, что несли на себе солнечные лучи и даже какие-то иные, тёмная материя, изумрудная жизнь, а ещё иные, тонкие настолько, что даже его искушённый и опытный глаз не мог распознать еле ощутимые всполохи.

Да и сам парень весь светился изнутри, так как человеческое тело и дух тоже состояли из аспектов.

Мир завибрировал, а потом слеза Алены вылетела из кармана, куда Алексей её положил, и устремилась в его рот.