— Волосы. Косы.

Запрошенную конструкцию фиксировали лентами и сеткой в пучок. По незаметным карманам одеяния распихали мелочи — от зажигалки и фонарика до спиртовых и йодных салфеток и шприца с адреналином.

— А хорошее у вас снабжение, — похвалила я.

Но Мэрил разглагольствовать не стала:

— Не жалуемся.

— А вы давно здесь? — продолжила я.

— Достаточно. Девочки, давайте побыстрее.

Мужчины справились с экипировкой без подсказок.

И процесс пошёл.

Виоле подносят личное дело с портретом и прядью волос. Волосы, как она поясняет, у людей опасных профессий и различного рода экстремалов на всякий случай срезают. Для определения родства или поиска по ауре.

Виола настраивается. Я держу её за руку, в свободное моё предплечье вцепляются Трой и Роб. Есть.

Виола направляет меня. Тяжело довериться бывшей собственного мужа и недавней сопернице, но...

Шаг. Темнота. Дэйр.

Город встречает всеми ароматами Франции года так одна тысяча сотого.

Тут тоже осень, в закатном свете багровеют кроны клёнов. А всё остальное коричнево-серо. Закопченные домишки, некрашеные изъеденные ветром и дождями заборы. Отвод глаз после перехода обеспечивается амулетом, полминуты, пока нас никто не замечает, есть. Расцепляемся, Виола тихо матерится, едва не шагнув в сточную канаву. Дорога не мощёная, так, присыпана какими-то дроблёными камнями, никакого деления на тротуар и проезжую часть, естественно. За забором кудахчут куры.

Трой стукнул костяшками пальцев в хлипкую калитку.

— Кого там принесло?

—Дядя Пит, это я, Трой, твой племянник, сестрицы Тиары сынок. Открывай.

Муж сказал кодовую фразу, и дверь перед нами распахнулась со скрипом. И как с петель не слетела?..

Во дворе стоял невысокий кряжистый мужик с клочкастой бородой, одетый во что-то серо-коричневое и непротиранное.

— Ну, проходи, племянничек. Смотрю, ты с гостями. Как маменька твоя?

— Захворала немного, но, надеюсь, поправится.

Мы идём в дом.

За порогом осанка и тон у хозяина меняются .

— Что произошло?

— Угроза иностранной агрессии. Эвакуация.

— Ох... Срок?

— Пять часов.

— Протокол?

— Третий.

Что это за третий протокол, я пока не знаю. Мы киваем первому агенту-наблюдателю в списке и уходим, не прощаясь. Повторяем процедуру. И ещё.

После третьего перехода молчаливая Мэрил насильно впихивает в Виолу бутерброд с толстым слоем масла и варенья и заставляет пить горячий чай. Наша медиум бледна, а пальцы её в моей ладони ледяные, но фигуру Ви блюдёт строго.

— Что за третий протокол? — интересуюсь я, тоже отхлёбывая чаю.

Просто потому что хочется горячего. Мне пока наши прыжки не труднее даются, чем из спальни на кухню в моей однушке сходить.

— Временное прекращение наблюдение. Полная выемка документов и оборудования, уничтожение всего лишнего, ликвидация или маскировка пустых тайников, но местным нужно соврать что-то, оставляя поле для дальнейшего манёвра с возвращением или заменой агента. Личные вещи и животных-компаньонов можно, по возможности, забрать.

— Ясно, спасибо, — киваю я.

На щеках Виолы появилась тень румянца.

Четвёртый переход. И сюрприз.

А я уж понадеялась на рутину...

Глава 55

Трой выругался не то, чтобы особо грязно, но очень зло. Роб нахмурился, а мы с Виолой недоуменно оглядывали помещение, где оказались. Камеру. В самых худших традициях средневекового жанра вокруг было мрачно и сыро. Тёмный камень, пол, присыпанный грязной соломой, вонь деревенского нужника и свет из окошка под потолком.

В дальнем углу на серых дощатых нарах под мешковиной прятались люди. Мужчина и женщина, оба с кровоподтёками и ссадинами на всех видимых местах.

Трой прищурился, вглядываясь в лицо избитого и заросшего незнакомца.

— Привет, Джайс, а я тут мимо проходил. От тётушки Тиары тебе привет, — выдал Трой очередную вариацию пароля отрешённым тоном, который никак не соотносился с местом, как и сами слова приветствия.

Женщина тихо охнула.

— Смотрю, ты с гостями. Как дела у тётушки?

— Захворала немного, но, надеюсь, поправится, — завершил цепочку реплик Трой.

Роб спросил неожиданно:

— Трой, я же правильно понимаю, что это то самое место?

— Да, — кивнул мой муж.

— Мне кто-то объяснит, где мы и вообще? — возмутилась Виола.

— Потом.

— Джайс, идти сможешь? — спросил Трой. — Эвакуация, протокол номер один.

— Я отказываюсь, —тихо, но твёрдо ответил агент.

— Спятил? Вставай, мы за тобой. Пора уходить, — поторопил его Роб.

— Нет. Я не имею права взять с собой Кайю и Марту, но и без них я не уйду.

— Значит, берите их с собой, — подвела итог я. — Время дорого.

— Что ж, история повторяется, — улыбнулся Трой. — Ровно на том же месте.

Он приблизился к нарам, протянул руку мужчине.

— Джайс, пойдёмте.

— Без Кайи и Марты я не уйду.

— Мы возьмём их с собой.

— Нет...

Мужика били, в том числе по голове, не исключено, что и пытали. Умом повредился или просто в шоке?

Сколько лет бедолаге, я могла прикинуть очень примерно. Борода, синяки и общий потрёпанный вид не молодили. Но не менее сорока. Женщина рядом с ним тоже была не юной. Сейчас как-то оценивать её облик было затруднительно, но черты лица правильные, глаза чёрные, волосы тоже, руки красивой формы, тонкие и длинные пальцы, которыми она вцеплялась в рубище своего спутника.

— Джайс, это с тобой кто? — спросил Роб.

— Кайя. Жена, — с вызовом сообщил он.

— Хорошо, жена так жена, вставайте уже, — спокойно ответил Трой.

— Без Марты...

— А Марта — это кто?

— Дочь. Граф Фаррейн со своим кастеляном и свитой объезжали владения и увидели её с подругами.

— Сволочь старая... — сплюнул Трой на пол.

— Другие девушки вернулись к полудню следующего дня с монетами в карманах передников. А Марты всё не было. Ханна, её подруга, сказала, что нашу Марту сразу отвели вглубь замка, что граф с людьми пировали в зале, усадили девушек за стол, поили вином, но Марты в течение ночи с ними не было, да и граф не отлучался. Ханна очень красива, Фаррейн выбрал её для себя и не оставлял в покое, пока не уснул.

Я прямо физически почувствовала волну гнева, исходящего от Троя. Если бы этот граф внезапно оказался тут, мой муж бы придушил его голыми руками.

— Но граф утром дал Ханне два золотых и велел уходить, да и другие девушки вернулись. Да, кому-то синяков наставили, но... Марты всё не было. Я не серв. Поэтому пошёл требовать выдать мне мою дочь, имею право. А нас с Кайей отволокли

— Джайс, ты не серв, — вздохнул Трой. — Ты агент-наблюдатель. И ты родился в западном пригороде Тиаррины. А в условиях угрозы иностранной агрессии ты должен эвакуироваться.

— У меня тут жена и дочь!

— Эта женщина твоя жена, верно?

— Но мы без Марты не уйдём! У Кайи чуткий слух, она различила разговор кастеляна со старшим тюремной стражи. Мол, к девчонке ни в коем случае не прикасаться даже пальцем и носить ей горячую воду дважды в день, потому что демоны любят чистеньких и нетронутых.

Молчавшая всё время Кайя смотрела на нас растерянным и затравленным взглядом. И всё время молчала.

У нас с Виолой сработал лингвистический дар, и мы понимали всё, что говорилось. Трой говорил на резком наречии, похожем на древнегерманский. А бедная женщина не вставила ни словечка. Вряд ли она немая. Настолько напугана?

— И где твоя Марта? — устало спросил Роб.

— На уровень выше, — понурился Джайс, — точнее не скажу.

— Пойдёмте. Нам проще будет поступить так: отправим тебя с женой на базу, оставим там наших сотрудниц, возьмём подкрепление, оружие и вернёмся за твоей дочкой.

— Я знаю, что нарушил протокол. Я не могу поверить, что вы пойдёте искать Марту.

— А мы пойдём.

— Наблюдателям нельзя вступать в брак в настолько отсталых мирах. Я знаю.