— Эх... А у тебя как перспективы?

— Прости, я в этом приключении не с вами. У меня тут своя заварушка начинается. Присмотрите за Эллоной пока, тут не место ребёнку. Я постараюсь приходить, раз уж чужим компасом разжился...

— Алиса?

Дверь камеры Данила распахнулась, Трой и Роб стояли на пороге, и выражения лиц у них были нечитаемые.

Глава 51

Данила я наблюдала в целости и относительной сохранности, одним слегка отбитым куском. Но наливающиеся синяки за такие поступки и планы — это не расплата, а мелочи, право слово.

— Нам пора, — сообщил Трой.

Мужчины обменялись рукопожатиями.

Альфард вручил мне хрустящий увесистый бумажный пакет со словами:

— Это для девочек и для тебя, обнимите за меня Эллону.

Переход дался легко.

Теперь я лучше понимала магию компаса: он упрощает переходы с Нити на Нить, а в пределах одной делает их и вовсе незаметными. Демонам компас служит навигатором и архивом координат, а для Проводницы он и вовсе основной рабочий инструмент. Только мой иногда сам куда-то меня тащит. Надо будет поговорить с Ивой об этом. Хотя она опять выпьет из меня силы, а Трой будет ругаться.

В Тиаре был поздний вечер, и в темнота заглядывала в незашторенные окна гостиной.

В комнате Кэсси на кровати у стенки устроилась Эллона, а с краю — сама хозяйка, в свете ночника она читала ребёнку какую-то сказку.

— Ау, — тихо позвала я.

Кассандра встала и накинула поверх ночной сорочки большую шаль.

— Привет. А это вам, то есть, нам, от Альфарда, — объявила я и пошуршала краем пакета.

— Ура! — взвизгнула Эллона и вскочила.

— Ты куда босиком? — возмутилась Кэсси.

— Тут ковёр, мне тепло!

— Сначала тапочки, а потом всё остальное, — возразила Кэсси.

— Ну...

Эллона всё же сунула ноги в домашнюю обувь.

— Твой папа попросил, чтобы ты пожила немного у нас, — сообщила я. — Он передал вкусного и обещал приходить по возможности. А ещё он сказал обнять тебя...

Девочка в ответ обхватила талию Кэсси.

— Там всё плохо? — спросила она тихо.

Так же обречённо говорила в моём поселковом детстве Нинка — дочь и внучка дебоширов-алкоголиков. Сравнение царапнуло. Эллона — тоже рано повзрослевший ребёнок.

— Да нет, у вас дома нормально. Ну, Альфард сказал, что придётся побороться...

— Столицу не взяли? — спросила девочка, тяжело вздохнув.

— Нет, — ответила я обескуражено и добавила, — честное слово.

— Папа думает, что я маленькая и ничего не понимаю. А я всё-всё слышу! Что он говорит, что Пенсадор говорит, что они все... Что эти ретрограды не позволят, что они готовы воевать за старый порядок!

Девочка захлёбывалась словами.

— Папа же знал, что так будет! И думал, что я не знаю. А я знаю... И мне стра-а-а-ашно! — крик перешёл в рыдания.

Кэсси опустилась на колени на ковёр перед ребёнком, сгребая Эллону в охапку и заворачиваясь вместе с нею в огромную шаль. Эллону трясло, ревела она уже без слов. На звуки из вороха одеял и подушек на кровати выбрался кот. Он замер, глядя на клубок из обнявшихся девчонок, а я подхватила длинную и неожиданно тяжёлую для своего тощего вида зверюгу и запихнула его к Кэсси и малышке под шаль. Бандит коротко мякнул, но никого не укусил и выдираться не стал, а принялся громко мурчать и тарахтеть, выполняя свои успокоительные обязанности.

Я почувствовала себя лишней. Вот чужой рыдающий ребёнок, чужой кот и неожиданно взрослая Кэсси, шепчущая что-то на ухо девочке. Она чмокнула Эллону в макушку. Так быстро... А смогла бы я спустя сутки знакомства обнимать иномирного полу-демонёнка, как родного? Чего гадать, если мне судьба подкидывает иные задачи. Я на мгновение обняла весь этот комок из Кэсси, Эллоны и кота Бандита и покинула помещение, прикрыв дверь за собой.

Трой стоял в коридоре. Он, кажется, видел через порог всю эту эмоциональную сцену.

Подошла к мужу, обхватила за пояс и уткнулась лбом в его плечо.

— Почему всё так сложно? — тихо спросила я.

Я умею быть сильной, умею держаться там, где другие сдаются, бороться, не показывать эмоций, идти до конца. Но можно мне уже что-нибудь даром достанется, пожалуйста? Только хорошее. Или тебе, дорогое мироздание, слабо?

Трой рассеянно погладил меня по плечам, а потом запустил пальцы в волосы на затылке. По телу пробежала волна сладких мурашек удовольствия. Коленки ослабели, сердце застучало чаще.

Я знала точно, чего хочу, но за стенкой у нас рыдающий ребёнок, Кэсси и кот, а на кухне засвистел закипающий чайник — значит, это Роб хозяйничает.

Но чуть-чуть времени есть. На Трое была свободная домашняя рубашка, под которую и скользнула моя ладонь. Тёплая гладкая кожа, напрягшиеся мышцы под ней... Я коснулась губами шеи мужа. Да, нагло дразнюсь, и вообще, посреди коридора, когда дома посторонние, наверное, неприлично. Но хочется же!

— Кхм, — раздалось от входа.

Чёрт, вот и кто не запер дверь?

Я оторвалась от своего интересного занятия и развернулась на звук.

А эта тут что делает?

— Добрый вечер, Виола, — поприветствовала я.

— Добрый, — девушка фыркнула, но от дальнейших комментариев удержалась.

— Привет, Ви, — сказал Трой.

— Сестрёнка, — высунулся с кухни Роб. — Ребят, я сделал чаю. Давайте думать вместе, что делать.

Ох, и зачем нам для размышлений бывшая моего мужа? Роб вроде понимает расстановку сил и то, что Виоле с Троем ничего не светит, но, получается, что доверенный специалист, которому он звонил, это она. Ладно, Виола хотя бы не работает на заговорщиков, а уж в какой она области спец, сейчас узнаем.

— Итак, вам надо сорвать наступление на Дэйр, — Виола произнесла это с недоверием. Будто мы хотели обернуть вращение планеты в другую сторону или что-то в подобно роде.

Хотя с нашими ресурсами эти задачи видятся равнозначными по сложности.

— А какие ещё есть варианты? — стпросил Трой устало.

— А вы трое понимаете, какой это риск? И зачем вам спасать этот самый Томер?

— Там есть наши люди, те, кто пропал в Тиаррине, да и наши агенты тоже, — начал Роб. — И весь мир не заслужил страдать из-за одного агрессивного Даэррона.

— Ну, Томер не настолько высоко летает, чтобы было сильно больно падать, — усмехнулась Виола. — Ой, Роб, не смотри на меня так. Я читала все твои учебники, в том мире и так отсталые порядки, а техника на уровне водяного колеса и каравелл.

— Но это не повод...

— Хорошо, поняла, вы добрые и ответственные, а я нет, — развела руками Виола.

— Да и Дэйр отстаёт от Томера, — заметил Трой. — Если Даэррон начнёт наступление, потери будут огромными. С первых же часов.

— А тебе не наплевать? — жёстко спросила Виола. — Ты там ни разу не был с практики в учебке. И я помню, как ты, прости, нажрался, после той командировки. Как я тебя вынимала из-под стола в той пивной на окраине..

— Виола!

— Ты ненавидишь Дэйр, признай.

— Я не был там счастлив. И я рад, что могу там не жить и не работать. Но это не повод его уничтожить...

— Да кто тебе сказал, что его уничтожат?

— Но люди погибнут.

— В Дэйре каждый седьмой, в среднем, год по статистике, выдаётся неурожайным, пару-тройку раз за столетие приключается большая эпидемия, да и корь, грипп и дизентерию никто не отменял. Ах, ещё война всех против всех и ваша чудесная церковь... Дэйру хуже уже не будет.

— Пройдёт время...

— И лет через тысячу там можно будет без содрогания ходить по улицам.

— Неизвестно, как нападение скажется на дальнейшем развитии Дэйра, — продолжил Трой.

— А никак, там и без того смертность высокая, а цена жизни — ну, не мне тебе рассказывать.

Виола была одета в кашемировый свитер с длинной твидовой юбкой в мягких кофейных тонах, которые делали её локоны прямо-таки золотыми. Красотка с идеальными локонами и филигранными стрелками. Когда-нибудь у меня к её идеальности разовьётся иммунитет. А пока она бесила. Но говорила Ви здравые вещи. Действительно, кто был прав — Бредберри с бабочкой или Андерсон с резиновой лентой?*