Я нападал быстро, жестоко, без предупреждения. Выскакивал из-за угла дома или сваливался с крыши, и через несколько ударов сердца все было кончено. Хитиновые тела разлетались на части под ударами моих передних лап. Я не давал им опомниться, не давал издать сигнал тревоги.

Так вот, добраться до лагеря господина Таталема Со, который располагался на окраине пригорода, в районе складов, мне всё же удалось. Путь занял большую часть ночи, я петлял по улицам, обходил крупные скопления жуков. Но цель была достигнута.

Правда, меня встретили не слишком радушно, мягко говоря, встретили как врага. Причём пятёрка часовых, что дежурили на стенах из брёвен и досок, даже успела не только выстрелить в меня из луков. Что, правда, ничего им не дало, стрелы отскакивали от хитинового панциря со звоном, оставляя лишь царапины. Хоть стрелы они выпустили и довольно профессионально, с хорошей кучностью и силой натяжения.

Однако, учитывая тот затрапезный вид бойцов, оборванцы в разношёрстной амуниции явно не являлись официальными солдатами сотен господина Таталема Со. Да и хоть какими-то регулярными формированиями нашего Лорда тоже не были, это были явно отбросы общества, бандиты и головорезы. При этом эти оборванцы успели протрубить в рог, пронзительный звук разорвал ночную тишину, и поднять тревогу. Я слышал, как по лагерю побежали всполошённые гоблины, как лязгало оружие, как кричали офицеры команды.

— Нурглы проклятые, вы глаза разуйте! — громогласно прокричал я, ловко взбираясь на крышу ближайшего дома. Движение было молниеносным, я просто взлетел вверх, цепляясь паучьими лапами за деревянные стены. Чтобы между нами было от силы пятьдесят шагов, достаточно близко, чтобы они видели меня, но достаточно далеко, чтобы не чувствовали прямой угрозы. При этом игнорируя жалкие попытки навредить мне ничтожными стрелами, ещё несколько выстрелов прозвучало, но я даже не дёргался. — Системную справку использовать мозгов не хватило⁈ Идентификацию включить⁈ Командира ко мне бегом марш! Немедленно!

Голос мой прогремел над лагерем, эхом отразился от стен домов. Я вложил в него всю силу, всю властность, что мог.

При этом, может, эти бездельники и не послушали бы меня, продолжили бы стрелять до тех пор, пока стрелы не кончатся. Однако тот факт, что на крыше я замер, не предпринимая попыток атаковать, просто стоял, словно статуя, возвышаясь над лагерем, кажется, их серьёзно успокоил. Дал им время подумать, оценить ситуацию. Как и те два десятка солдат, что уже через полминуты прибежали на звук горна, более профессионально выглядящие, в единообразной амуниции.

Впрочем, учитывая, что мозгов воинам всё же хватило использовать на мне Системную справку, я чувствовал, как их взгляды сканируют меня, как активируется Системная магия идентификации. Видимо статус интенданта 27-й сотни их достаточно успокоил, увидев моё имя, мой ранг, мою принадлежность к армии господина Таталема Со. Уже через пять минут меня за последние дни хоть кто-то порадовал, хоть что-то пошло как надо.

Оказалось, что именно Тикас, оруженосец господина Таталема Со, сумел организовать оборону этого лагеря. Создать из хаоса и паники подобие порядка. Причём он оказался не столько удивлён моим внешним видом, огромным паучьим телом, хитиновым панцирем, клыкастой мордой, нежели порадован моим появлением. Обрадовался мне, как брату, которого считал погибшим.

Ведь посчитал, что я наконец-то влился в ряды воинов выводка старика Ирчина, принял свою истинную природу, перестал сопротивляться судьбе. В принципе, если честно, это, наверное, так и было. Я больше не был тем жалким эстетом, что коллекционировал картины. Я стал воином, убийцей, хищником. Причём это мне нравилось.

Завести же в пригород спасённых мной гоблинов, жалкие полторы сотни измученных беженцев, не составило труда. Ворота распахнулись, нас впустили внутрь периметра. Как сказал Тикас, инсектоиды не задерживаются в больших количествах в пригороде, они используют его как перевалочную зону. Явно штурмуя главную крепость Когтей Зарема, где сосредоточена основная масса населения и ресурсов. Как минимум сильного населения.

Отбиваться же от сотен жуков, даже Е-ранга, от волн трутней и иногда Ратников, им удавалось словно бы без каких-либо проблем. Почти легко, обыденно. Впрочем, ещё надо учесть тот факт, что почти все воины в лагере успели за эти дни пройти метаморфозу Хитиновым покровом. Довольно-таки болезненную трансформацию, что меняла тело навсегда, и даже улучшить эту особенность на несколько ступеней. Все это говорило мне о некой скрытой подготовке к происходящим событиям, о заранее продуманном плане.

Причём, как оказалось, это так и было, не случайность, а расчёт. Множество групп отморозков, разбойников и просто мелких банд, отбросов нашего города, что промышляли грабежом и вымогательством, были заранее проинструктированы. Снабжены оружием и доспехами на случай… а вот тут Тикас затруднялся ответить, замялся, отвёл взгляд. К чему именно готовились эти группы воинов, какую угрозу ожидали?

Правда, это было не так уж и важно сейчас, с этим явно можно было разобраться позже, если доживём. Ведь главное, что сейчас в лагере находилось больше пятисот воинов, внушительная сила, способная держать полноценно круглосуточную оборону. Имелась еда и амуниция, склады были полны, господин Таталем Со всегда заботился о запасах, а солдаты рвались в бой. Все бойцы жаждали крови, получить новые уровни и навыки, стать сильнее.

Ведь, как и сам Тикас, всем было дозволено по его приказу повышать уровни без каких-либо ограничений и это явно воодушевляло местный сброд. Да и сам бывший оруженосец уже имел 29-й уровень, невероятное достижение за такой короткий срок. В силу чего своими габаритами мог, пусть не посоперничать с Марешом, а тот был настоящим гигантом. Тогда как и шести локтей Тикас уже почти успел достичь в росте. Как и в параметре Сила дошёл до 14 пунктов, почти предел для его текущего технодоспеха и это оруженосец знал. Вроде и не должен был он так вымахать, но судя по Идентификации, он изучил навык Гигантизм и теперь действительно мог потягаться в ближнем бою с почти любым инсектоидом на равных.

Да и к тому же, его качественный экзокостюм и магический дар вместе со знанием боевых заклинаний позволяли именно ему набирать уровни в первую очередь. Он был самым эффективным убийцей жуков в лагере, собирал большую часть очков Системы.

В целом, как я понял, именно поэтому его приказы и выполнялись беспрекословно, не из уважения, не из верности. Ведь он был попросту страшнее, чем все эти жуки за стенами лагеря. Внушал больший страх, чем инсектоиды. Знать бы ещё, где эти разбойники раздобыли столько Системного оружия, мечей, копий и боевых молотов. Но казалось, и сам Тикас этого не знал, пожимал плечами на вопросы.

При этом, как сказал сам бывший оруженосец, а ныне полноценный сотник, если не полутысячник, учитывая, что под его командованием было только воинов больше полутысячи. Не говоря о сотнях простых жителей города и пригорода, кто пытался спастись от орд жуков, беженцы, что текли сюда нескончаемым потоком, Тикас и сам толком не понимал, куда двигаться дальше, не было у него чёткого плана, стратегии. Хотя направлял группы солдат на, по факту, мародёрство очень грамотно, с умом. В совокупности всё это меня, если честно, очень смущало, настораживало. Как минимум потому, что по словам Тикаса, городских стражников, тех, кому не хватило ума присоединиться к нему, кто остался на постах, уже давно сожрали жуки.

Ведь эти твари, по сути, как волнами накатывали на город, приливы и отливы хитиновых тел, бесконечные атаки. Не останавливаясь и не концентрируясь в пригороде надолго и обороняться приходилось лишь от неорганизованных групп жуков, разрозненных стай, что отбились от основных сил.

Тех же гоблинов, кого мне удалось спасти, моих беженцев, моих подопечных, довольно быстро помощники Тикаса распределили по группам. Разбили на отряды по десять-пятнадцать гоблинов. Причём часть даже заставили изучить навык Хитиновый покров, насильно, под угрозой изгнания из лагеря. После чего приобщённые своими криками боли, душераздирающими, дикими воплями, ещё сильнее пугали не согласившихся и вызывали тревогу не только у простых селян.