— Что вы сделали? — спросил Селби.

— Я хотел, чтобы сестра его индоссировала, то есть сделала на обороте чека передаточную надпись, но никак не мог с ней связаться, и тогда…

— Понятно, вы подделали ее подпись? — сказал Брэндон, видя, что молодой человек не в состоянии продолжать.

Однако Селби иначе понял молчание Грегори.

— Он подделал подпись Биллмейера, — сказал окружной прокурор.

— Это вовсе не была подделка! — закричал Грегори. — У меня и в мыслях не было требовать у него деньги. Мне просто было необходимо срочно провести чек через банк. Я только надписал в уголке «О’кей» и поставил подпись Биллмейера. Разве я мог предполагать, что чек не примут к оплате? Человек, выдавший его мне, казался надежным, как само золото…

— И когда банк отказался платить по чеку, вы позвонили сестре и рассказали, что стряслось?

— Я сказал, что нам необходимо срочно встретиться с Биллмейером, я должен ему все лично объяснить. Чек поступил к управляющему банком днем в среду. Он связался со мной и предупредил, что в пятницу вечером деньги нужно вернуть, иначе они стребуют их с мистера Биллмейера, который поручился за чек… Прежде чем позвонить Кармен, я пытался занять денег у знакомых.

— Биллмейер, ничего не зная о поддельной подписи, сразу упрятал бы вас в тюрьму? — рассуждал Селби.

— Нет, он бы этого не сделал. Он бы использовал чек, чтобы оказать давление на сестренку, — ответил Грегори.

— Ах вот в чем суть!

Грегори кивнул.

Селби посмотрел на Брэндона, потом снова на Грегори.

— Это все?

— Разве этого недостаточно?

— Даже слишком много, если вас интересует мое мнение, но я-то ждал от вас фактов.

— Я все вам рассказал.

— Что случилось потом?

— Кармен сказала, что вряд ли сможет помочь. Сообщила, что Биллмейер… ухаживал за ней, у него серьезные намерения, он даже предложил бежать с ним. Вот такая карусель.

— И тогда вы обратились к А.Б. Карру?

— Да.

— Почему вы выбрали именно его?

— Я много о нем слышал. Знаю людей, которых он выручал. Денег он стоит немалых, но есть за что платить.

— Хорошо, вы обратились к Карру. Ну а потом?

— Остальное вы знаете.

— Сестра знала, что вам помогает Карр?

— Да.

Селби несколько минут обдумывал услышанное.

— Понятно, — сказал он. — Когда Кармен увидела убитого, она решила, что это ваших рук дело.

Грегори беспокойно заерзал на стуле.

— Тогда она поехала к Карру выяснять, что произошло в действительности, ну а Карр, понимая, что подделка чека — великолепный мотив для убийства, и желая замять историю, посоветовал ей выйти из игры, всем же остальным говорить, что поручительство подлинное. Потом он изъял бы полторы тысячи долларов из наследства Биллмейера, и все были бы довольны.

Грегори упорно молчал.

— Так ведь? — спросил его Селби.

— Ну, что-то в этом роде, только он не говорил этого сестренке.

— А кому же?

— Мне.

— Ну а вы что сделали?

— Я убедил сестру довериться доктору Раппу и уехать в санаторий.

— Как случилось, что вы убили Биллмейера? — спросил Селби. — Как вы заставили его выпить виски?

— Я его не убивал!

Селби безжалостно продолжал:

— Вы связались с сестрой. Кармен рассказала Биллмейеру про чек и упросила повидаться с вами. Он назначил встречу на Орэндж-Хейтс, может быть, в резиденции Карра. Вы напоили его, предполагая, что если он разобьется, то все подумают, что мистер Биллмейер погиб в автомобильной катастрофе. Но у него было слабое сердце, и вино вы отравили…

— Вы сошли с ума! Я не делал ничего подобного. Я даже не видел его! — закричал Грегори.

— У вас есть алиби? — спросил Селби.

— Поговорите с Карром.

— Сейчас мы разговариваем с вами.

— Больше я ничего не скажу.

— И для вас, и для вашей сестры будет куда лучше, если вы все объясните.

Грегори покачал головой:

— Я сказал все, что хотел. И все объяснил.

— Итак, вы могли полностью или частично рассказать Грайнсу о случившемся, но Карр разработал условия соглашения, по которому Грайнс обещал не привлекать вас к уголовной ответственности и заплатить в соответствии с подделанной подписью полторы тысячи долларов банку. В таком случае за отсутствием материальных претензий ничто не мешало Карру представлять Первиса Грайнса в тяжбе за наследство с вдовой Биллмейера.

— Если вам так много известно про меня, — взорвался Грегори, — какого черта вы задаете вопросы?

— Я хочу услышать историю от вас.

— Но я же рассказал.

— Я хочу услышать все.

— Вы получили все, что вам полагается.

Селби кивнул Брэндону.

— Теперь, Рекс, нам остается только арестовать его.

— Вы не можете арестовать меня за подлог. Грайнс признает чек. Он не будет…

— Мы арестовываем вас по подозрению в убийстве, — сказал Селби.

Грегори панически испугался.

— Я вижу, вы собираетесь обвинить невинного человека. Вы и ваша шайка! Думаете, что вам удастся повесить на меня это убийство… — Грегори сжал кулаки.

Брэндон подошел сбоку, ловко надел наручник на запястье Милтона и заломил ему руку за спину. Щелкнул замок наручников, шериф отступил, предоставив потрясенному Грегори бороться со стальными браслетами.

С холодным безразличием он подошел к стенному шкафу, отворил дверцу, достал пальто и шляпу. Надел шляпу молодому человеку на голову, а пальто набросил на плечи.

— А теперь, — сказал он спокойно, — если вы будете держать язык за зубами и спокойно пройдете через вестибюль, никто и не подумает, что вы арестованы. Когда мы сядем в машину, я надену наручники по-другому, чтобы руки у вас были впереди… Итак, молодой человек, пошли.

Когда Грегори был благополучно доставлен в окружную тюрьму, Брэндон взглянул на часы и сказал Селби:

— Ты опоздал на свидание, Дуг.

— Знаю, но ничего не могу поделать. Мы сейчас поедем.

Милтон Грегори сказал:

— Ну что ж, умники, вы бросили меня в тюрьму, не предъявив обвинения. Я требую свидания с моим адвокатом А.Б. Карром.

— Это ваше законное право, — с улыбкой сказал Брэндон. — Надзиратель свяжет вас с ним по телефону.

Надзиратель вопросительно посмотрел на шерифа, тот утвердительно кивнул головой. Надзиратель медленно и неохотно набрал номер телефона Карра, подождал и сказал через несколько секунд:

— Никто не отвечает.

— Ерунда! — заявил Грегори. — Этот трюк вы применяете со всеми новичками. Возможно, кое-кто и попадается, но того, кто в курсе дела, вам не провести. У вас есть номер, который заведомо не отвечает, и вы его набираете, если арестованный просит связаться с адвокатом.

— Наберите номер сами! — спокойно сказал шериф.

Грегори подошел к телефону.

— Одну минуточку, — предупредил надзирателя Селби. — Проверьте, чтобы он набрал правильный номер.

Они наблюдали, как Грегори вращал диск телефона, как изменилось выражение его. лица, когда он понял, что не дождется ответа на звонок. Он ждал не меньше минуты, потом неохотно опустил трубку на рычаг.

— Пусть попробует дозвониться еще раз, примерно через час, — распорядился Брэндон и повернулся к арестованному.

— Вот и все, Грегори. Через час вам разрешат снова позвонить Карру. А пока отправляйтесь в камеру.

Грегори окаменел.

Надзиратель грозно спросил:

— Ты слышал, парень?

Грегори не шевелился, а надзиратель насмешливо продолжал:

— И ты воображаешь себя умником? Сообразительным парнем, да? Думаешь, стоит тебе появиться у нас, и ты сразу введешь свои законы? Так вот, когда тебе удастся снова попасть на свободу и ты встретишься с человеком, побывавшим в тюрьме, спроси у него, как называют тех, кто пытается не подчиняться здешним законам. Вот они-то и есть настоящие сосунки!

Надзиратель искоса глянул на шерифа, потом выдвинул ящик из стола, демонстративно достал оттуда дубинку и с угрожающим видом направился к Грегори.

— Ну? Шериф велел отвести тебя в камеру.