— Привет, Эстель! Ты, как всегда, нарядна изрядно! — рассмеялась принцесса и полезла лобызаться в щёчки, исподтишка поглядывая в мою сторону.

А я — скромно отвернулся. Не столько из-за нелюбимых мной встречных целовашек, сколько, чтобы не смотреть на это полуголое чудо. К тому же у меня закралось подозрение, что Лалвен меня сюда не просто так привела — проверяет. На озабоченность, что ли…

— А это кого ты ко мне привела? — только теперь хозяйка соизволила обратить на меня внимание. — Неужто очередного раба сестрицы приволокла?

Меня даже как-то покоробило от этих слов.

— Клиента, Эсте, просто клиента. Нужен праздничный костюм. Особенный, как умеешь только ты. Я плачу! — небрежно ответила принцесса.

— О! Какого самчика себе кто-то отхватил! Завидую-завидую! — запищала Эстель, всплеснув руками и осматривая меня со всех сторон. — Вот только из какого он роду-племени, никак не пойму!

— Из наземного, Эсте, с поверхности, — уклончиво ответила Лалвен и уселась в кресло в углу. — Ну, не буду вам мешать…

Хозяйка принялась снимать с меня мерки. Её движения были нежны и ласковы. Тут дотронется, там — коснётся. А вот и рукой провела. Да по копчику. По ноге, шее.

«Она, чего, специально? Пытается разбудить во мне»…

— Эй! Куда! — возмутился я, когда меня принялись откровенно пальпировать в причинном месте. — Руки!

— Ой, да не скули ты, лапонька, и не такие трогала, нужен ты мне! — укорила меня портниха (а точно она — портниха?). — Руки убери, заканчиваю уже! Не боись, доить не буду! Вон как на меня принцесса глядит, как бы дырку во мне взглядом не пробуравила!

«Заканчивает она, понимаешь»…

После меня мерки снимали с Лалвен. Аккуратно и без лишних касаний. Тут портниха управилась в сто крат быстрее.

— Одно условие, Эсте, заказ срочный, нам нужно к завтрашнему утру, — попросила принцесса, отсчитывая монеты, определённо золотые. — А это — за срочность! — ещё две монеты разного достоинства перекочевали из кошелька Лалвен на стол.

— Ох, снова бессонная ночь! А это так плохо сказывается на внешности, молодости моего лица…

Ещё одна полновесная монета титанового отлива легла на стол.

Ну, хорошо, — сдалась швея, — только ради нашей крепкой дружбы. Приходите завтра к заходу луны.

— Что-то ты долго терпел её мерки, — укоризненно заметила Лалвен, когда мы покинули ателье.

— Мужчина должен быть терпеливым! — не преминул похвастаться я. — Терпел ради тебя!

— Ну да, ну да! Знаю я вас… Все вы, кобели, одинаково скулите, когда к женщине в руки попадаете, — почему-то в её голосе и словах я услышал порицание и обиду на мои хвалебные речи.

«Как же так? Ради неё старался, а виноват остался! Вот не понимаю я этот пол! И всё тут!»

— Лалвен, прости меня, если чем обидел. Я не со зла. По незнанию! Мы — дети разных миров, и можем видеть по-разному. Если я что-то не так-то, поправь меня! Я учту! Я же и сейчас по-нашему мужественно сопротивлялся и терпел ради тебя…

— Меня? — вспыхнула принцесса. — Млел ты под её руками, а не терпел, паршивый кобель!

Она замолчала, шмыгнула носом.

— Извини, Влад, я тоже, погорячилась. Наверное, ты прав, про детей. Никогда их у меня ещё не было… Но больше никогда не смей!.. Не позволяй другим женщинам касаться тебя! Мой! Это оскорбительно!

— Понял. Принято. И самому не касаться других женщин и не любоваться их наготой. Клянусь! — пообещал я от души с пригоршней отсебятины.

Напрасно!

— Вот! И всё-то ты понимаешь! Только вид делаешь! — теперь она на меня серьёзно надулась и замолчала минут на пять кряду.

А потом, когда она оттаяла после пары-тройки моих комплиментов — девушки есть девушки, даже в матриархате или среди неандертальцев — всегда млеют от похвалы, — тогда я решился спросить её о свадьбе. О приглашении гостей.

— Гости? Так как событие уже завтра, то соберёмся в узком кругу. От нас — мои ближайшие родственники, а от вас — твои.

— Завтра! — ужаснулся я, не оно, конечно, мне на руку, скорость-то, однако пугает. — Я могу отправиться в мой мир, чтобы позвать своих родных?

— Конечно же, нет! И отправлять тоже никого не станем! Выбери кого-нибудь из тех, что уже на этой стороне! Хотя бы друзей!

— У меня здесь нет никого, — хотел я добавить «кроме тебя», но почувствовал, что это так себе вариант…

— Тогда позови кого-нибудь из людей, главных тут. Например, этого вояку — Держиморду. Вечно от меня чего-то хочет. То просит, то советует или даже настоятельно рекомендует…

— А что, и правда, отличная идея! Спасибо, дорогая, приглашу пяток-другой из высшего командного состава, пусть видят, что я за зверь! — закивал я.

«Вот ведь умница! А ещё и красавица! Да теперь и моя! Как же мне повезло-то! Наверное, за всё потерянное время и за три года вперёд»…

А дальше она мне вкратце рассказала, что полагается делать на свадебной церемонии. И один пункт сильно насторожил меня…

Затем мы знакомились с королём и королевой. А уж только потом — с её отцом. Без скандала не обошлось. Со стороны матери. Но Лалвен, умничка, твёрдо стояла на своём, и королева сдалась.

— Делай, что хочешь! Ллос с тобой! Твоя жизнь — твои проблемы! Всё равно не тебе править. А Аранэль такой глупости не совершит! — вместо напутствия заключила благородная королева Артанис Ондорон.

Отец, как отец, затюканный бабами, но напыщенный и гордый своей наложностью на (или подложностью под) королеву. Пожелал нам любви и счастья.

— Доченька, Лалвен, оставь-ка нас со своим будущим наедине, мне есть что с ним обсудить!

«От попал! Всегда боялся, что нечто подобное будет при встрече с роднёй милой!» — запаниковал я.

— В какое божество ты веруешь, избранник моей дочери, принцессы Дома Скалистых гор? — спросил он, как только мы остались наедине.

— В Отца, Сына и Святого духа! — выпалил я с перепугу.

— Эх! Язычник! Не ляпни такое при женщинах, сын мой! Говори: я чту и уважаю лишь всемогущую Ллос, богиню всего сущего! — по-матерински напутствовал он. — Не важно, во что ты веришь, — говори именно так! А молиться можешь хоть в своего отца или бога-покровителя мужчин Ваэрона, но только промеж нас, когда жрицы Ллос не слышат тебя! Поверь, за веру умирать и тащить за собой на жертвенный алтарь мою Лалвен — не то, ради чего мы, мужчины, с тобой живём. Кстати, думаю, стоит тебе дать пару-тройку уроков, как доставить удовольствие твоей будущей госпоже… Ой, прости, жене.

— А вот это, спасибо, не нужно! Сам справлюсь! — ответил я твёрдым отказом, чем опечалил своего будущего тестя.

— Нельзя пренебрегать умением угодить своей женщине! Ведь именно для этого мы и рождены!

— Отец, ещё раз спасибо! Но, если Лалвен позволит, то я оставлю её довольной, не сомневайтесь! И хватит об этом! — вот так, и никак иначе!

Пусть я сам не был уверен в своих навыках и словах, но нового папаню следовало уверить, однозначно! Что-то мне совершенно не льстило заниматься вот этим с мужиком. Даже в качестве репетиции! Нет и нет!

Кое-как отвертелся.

— Да благословит вас Ваэрон! — напутствовал отец Лалвен, когда мы уже уходили.

Я даже не стал расспрашивать у своей ненаглядной — кто такой этот Ваэрон. Настолько оказался морально измотан. Покровитель — и бог с ним!

* * *

Затем мы приглашали гостей и свидетелей для легитимности завтрашнего события. Впервые! Даже не международное. И не просто межвидовое! А межмировое! Разномирное. Как его ещё обозвать?

Повышенный до генерал-майора Держиморда, три полковника, два подпола и один дипломат — с моей стороны. Представители власти только приветствовали такой союз. Королева, король, отец, пара тётенек и дядька, полдюжины троюродных сестёр и один такой же брат — пригласила моя пассия.

Затем у королевы была беседа с принцессой. Как у матери с дочерью. Наверное, только сейчас мама рассказала своей девочке много интересного о мальчиках. Возможно, что и о способах предохранения… Как вариант. Ибо Лалвенде вышла от матери быстрым шагом, раскрасневшаяся, будто чёрное дерево в красных цветах. Взглянула на меня мельком — и красное превратилось в бордовое. Принцесса ускорила свой шаг — прочь!