Одним взглядом Он объял свою человеческую жизнь,

Которая, несмотря на тридцать лет, проведенных в семье, и три года, проведенных на людях,

Все еще оставалась невыполненной;

Которая, несмотря на тридцать лет, проведенных в семье, и три года, проведенных с учениками,

Его новой семьей,

Совсем иной семьей,

Его семьей телесной и Его семьей избранной,

И той и другой — телесной, и той и другой — избранной.

Обеими — телесными, обеими — избранными,

Все еще оставалась незавершенной;

Которая, несмотря на тридцать лет работы и три года молитв,

Тридцать три года работы, тридцать три года молитв,

Все еще оставалась незаконченной;

Несмотря на тридцать три года работы, тридцать три года молитв.

Которая, несмотря на тридцать лет плотницкой работы и три года проповедей,

Несмотря на тридцать три года плотницкой работы, тридцать три года проповедей, тайных; открытых;

Все еще оставалась неисчерпанной;

Ведь поначалу Он работал по плотницкой части, по своей профессии.

Он работал, Он состоял в плотницкой артели.

В плотницкой мастерской.

Он был мастеровым–плотником.

И даже был в ту пору хорошим работником.

Потому что Он был в ту пору хорош во всем.

Он был товарищем плотника.

Его отец был хозяином небольшой мастерской.

Он работал у своего отца.

Выполнял надомную работу.

А еще Он видел, Он вновь видел верстак и рубанок.

Верстак. Чурбан, на который ставится кусок дерева для колки.

Пилу и фуганок.

Хорошенькие древесные завитушки, хорошенькие древесные стружки.

Чудесный запах свежего дерева.

Свежесрубленного.

Свежеотесанного.

Свежераспиленного.

И прекрасный цвет, и прекрасный запах,

И чудесный цвет, и чудесный запах.

Дерева, с которого снимают кору.

С которого счищают кожицу.

Как с прекрасного фрукта.

Как с чудесного фрукта.

Который так и хочется съесть.

Только едят его инструменты.

И кору, которая отделяется.

Которая отстает.

Которая счищается.

Которая потихоньку снимается топором.

Которая так хорошо пахнет и у которой такой чудесный коричневый цвет.

Потому что Он любил это ремесло.

Кору, у которой такой чудесный цвет, такой чудесный запах.

Потому что Он любил свое ремесло.

Он был создан для этого ремесла.

Определенно.

Ремесла колыбелей и гробов.

Которые так похожи друг на друга.

Столов и стульев.

А также другой мебели.

Любой мебели.

Потому что никого не следует забывать.

Никого не следует огорчать.

Ремесла буфетов, шкафов, комодов.

Ларей.

Куда кладут хлеб.

Скамеечек под ноги.

Земля подножье ног Его ^[379]

Так как в это время столяры еще не были отделены от плотников.

Все, что связано с работой по дереву.

Потому что в ту пору Он любил хорошо выполненную работу.

Хорошо сделанную работу.

Он был в ту пору хорошим работником.

Хорошим плотником.

Потому что Он был в ту пору хорошим сыном.

Хорошим сыном для своей матери Марии.

Послушным ребенком.

Покладистым.

Покорным.

Повинующимся своим отцу и матери.

Ребенком.

Какого все родители хотели бы иметь.

Хорошим сыном для своего отца Иосифа.

Хорошим сыном для своего приемного отца Иосифа.

Старого плотника.

Хозяина плотницкой мастерской.

Потому что Он был также хорошим сыном для своего Отца.

Для своего Отца, сущего на небесах.

Потому что в ту пору Он был хорошим товарищем для своих маленьких приятелей.

Хорошим товарищем по школе.

Хорошим приятелем по играм.

Хорошим товарищем по играм.

Хорошим товарищем по мастерской.

Хорошим товарищем плотника.

Среди всех других сотоварищей.

Плотников.

Для всех сотоварищей. Плотников.

Потому что в ту пору Он был таким, каким пристало быть бедняку.

Потому что в ту пору Он был таким, каким пристало быть гражданину.

В ту пору Он был хорошим сыном для своих отца и матери.

Вплоть до того дня, когда Он начал свое служение.

Проповедь.

Хорошим сыном для своей матери Марии.

Вплоть до того дня, когда Он начал свое служение.

Хорошим сыном для своего отца Иосифа.

Вплоть до того дня, когда Он начал свое служение.

Словом, все было хорошо.

Вплоть до того дня, когда Он начал свое служение.

Он был всеми любим.

Все очень Его любили.

Вплоть до того дня, когда Он начал свое служение.

Приятели, друзья, сотоварищи, власти,

Сограждане,

Отец и мать

Были всем этим очень довольны.

Вплоть до того дня, когда Он начал свое служение.

Приятели считали, что Он хороший товарищ.

Друзья — что хороший друг.

Сотоварищи–плотники — что хороший компаньон.

Не гордый.

Сограждане считали, что Он хороший гражданин.

Равные — что Он и впрямь им ровня.

Вплоть до того дня, когда Он начал свое служение.

Сограждане считали, что Он хороший гражданин.

Вплоть до того дня, когда Он начал свое служение.

Вплоть до того дня, когда Он проявил себя как иной гражданин.

Как основатель, как гражданин иного Града.

Града Небесного.

Града Вечного.

Власти были всем этим очень довольны.

Вплоть до того дня, когда Он начал свое служение.

Власти считали, что Он — человек добропорядочный.

Степенный молодой человек.

Спокойный молодой человек.

Серьезный молодой человек.

Хорошо управляемый.

И воздающий Кесарю Кесарево.

Вплоть до того дня, когда Он положил начало смуте.

Внес смуту.

Величайшую смуту, какая только была на свете.

Какая только была когда–нибудь на свете.

Величайший порядок, который только был на свете. Единственный порядок.

Который когда–нибудь был на свете.

Вплоть до того дня, когда Он сбился с пути истинного.

И сбившись, сбил с пути истинного весь свет.

Вплоть до того дня, когда Он выказал себя

Единственным Пастырем на свете.

Учителем всего света.

Единственным Учителем на свете.

И когда Он явил себя всему свету.

Когда равные ясно поняли,

Что нет Ему равных.

Тогда свет счел, что Он слишком велик.

И у Него начались неприятности.

Вплоть до того дня, когда Он начал воздавать Богу Богово.

Он был хорошим сыном для своих отца и матери.

Хорошим сыном для своей матери Марии.

И Его отец и мать были этим очень довольны.

Его мать Мария была этим очень довольна.

Она была счастлива, она гордилась тем, что у нее такой сын,

Что она — мать подобного сына.

Такого сына.

Возможно, в глубине души она хватила себя за это и возносила хвалу Господу.

Magnificat anima теа.

Dominum.

Et exultavit spiritus meus. Magnificat. Magnificat. ^[380] [381]

Вплоть до того дня, когда Он начал свое служение,

Но с тех пор, как Он начал свое служение.

Возможно, она больше уже не возносила благодарностей.

Вот уже три дня она плакала.

Плакала, плакала.

Как ни одна женщина никогда не плакала.

Ни единая.

Вот что принес Он своей матери.

Никогда ни один мальчик не стоил стольких слез своей матери.

Никогда ни один мальчик не заставлял столько плакать свою мать.

Вот что принес Он своей матери.

С тех пор как Он начал свое служение.