В то время нефть черпали вёдрами и перевозили в обычных бочках. На месторождениях почва была пропитана пролитой нефтью. Часто случались пожары. Единственным полезным продуктом нефтепереработки был керосин, который использовали для освещения, а мазут считался отходом производства.
Огромное количество ценного сырья пропадало впустую, разрушая природу. Рациональный ум Шухова не мог с этим смириться. Молодой инженер разработал насосы для откачки нефти из скважин, экономичные резервуары для хранения сырья. Шухов спроектировал и самый первый нефтепровод в стране, и — уже в советские годы — огромные нефтепроводы, которые соединили Каспийское и Чёрное моря. Он строил нефтеналивные баржи, на которых чёрное золото доставляли с Каспийского моря вверх по Волге в Центральную Россию.
Наконец, ещё в 1888 году Шухов построил первый завод по производству бензина современным способом. Увы, до века автомобилей было ещё далеко — и это его изобретение не получило тогда широкого распространения.
В благодарность за множество изобретений российские нефтяники установили памятник Шухову на Сретенском бульваре в Москве.
Больше всего мыслей и времени Шухов уделял работе. Он очень любил свою профессию. Для того чтобы всё успевать, он строго соблюдал распорядок дня. Утром он обливался холодной водой и отправлялся на работу. С 10 до 16 часов занимался расчётами конструкций или совещаниями с коллегами. В 12 часов делал перерыв на завтрак.
В течение дня Шухов выходил только в расположенную рядом с кабинетом библиотеку с книгами и журналами на английском, французском и немецком языках. После работы он посвящал время науке, общественной деятельности, семье. Каждый день Шухов много гулял, чтобы поддерживать себя здоровым и энергичным. По вечерам он вновь обливался холодной водой.
Рабочий день Шухова составлял лишь шесть часов, но за это время он успевал сделать поразительно много, потому что ни на что не отвлекался.
Несмотря на большую занятость, Шухов регулярно занимался спортом. Зимой он катался на лыжах и на коньках, а летом совершал велопрогулки. В 1884 году он стал одним из учредителей Московского общества велосипедистов-любителей, организовывал загородные прогулки для членов общества и участвовал в гонках.
То, как мыслил великий инженер, как ему удавалось придумывать свои новаторские решения, до сих пор остаётся загадкой. Но можно выделить основные принципы его мышления.
Шухов анализировал поставленную задачу, выделял ключевой элемент — и, устранив препятствие, эффективно решал проблему. Например, он усовершенствовал паровые котлы, объединив отдельные трубы в батареи, которые можно было легко смонтировать на стройплощадке.
«А ты знаешь, что такое быть инженером?.. Надо думать, всё время думать, днём и ночью, и всё время придумывать новое. Инженерные идеи воплощают рабочие, и о них тоже нужно думать: как трудно работать клепальщикам, котельщикам, кузнецам…»
Он использовал аналогии. Однажды прислуга, убирая в кабинете, перевернула корзинку для бумаг и поставила на неё тяжёлый горшок с фикусом. Шухова восхитило, что ажурная корзинка выдерживает большой вес, и он придумал, как применить гиперболоид в строительстве.
Шухов прибегал к «симфоническому мышлению». Как в оркестре звук множества инструментов соединяется в мелодию, так и инженерная конструкция должна сочетать прочность, долговечность, дешевизну, простоту строительства, удобство использования и красоту.
Любимым словом Шухова было «джентльмен». Оно объединяло в себе те нравственные принципы, которым на протяжении всей жизни следовал Владимир Григорьевич. Выросший в дворянской семье, он обладал чувством собственного достоинства и уважительно относился ко всем людям, всегда был неизменно вежлив, ни на кого не повышал голоса и никогда никому не приказывал. С любым человеком, будь то владелец завода или простой рабочий, он держал себя просто, как с равным. Эти качества он прививал и своим детям. Шухов был очень строг к себе и удивительно скромен, занимался благотворительностью.
«Не мыслю инженера вне культуры. Не приобщившись к Пушкину и Лермонтову, Чехову и Толстому, Репину и Чайковскому, он не достигнет ничего».
В 1896 году в Нижнем Новгороде проходила Всероссийская художественно-промышленная выставка, для которой «Строительная контора А.В. Бари» подрядилась построить девять павильонов и водонапорную башню. И вот тут-то Шухов реализовал сразу четыре новаторские конструкции.
Павильоны демонстрировали три абсолютно новых типа перекрытий: сетчатые, висячие и мембранные, которые обладали тремя важными для всякого инженерного сооружения качествами: экономичностью (то есть позволяли сэкономить деньги), технологичностью (их можно было быстро построить) и красотой.
Но гвоздём выставки стала 30-метровая водонапорная башня — гиперболоид. Она сочетала в себе изящество, прочность, простоту и дешевизну. Позже Владимир Григорьевич использовал эту конструкцию при строительстве знаменитой Шаболовской башни в Москве. Все эти сооружения воздвигались без использования подъёмных кранов!
«Красивое — значит, прочное».
Во время Первой мировой войны Шухову довелось поработать и на оборонную промышленность. Чего только он не проектировал: и противоподлодочные мины, и причалы для подводных лодок, и ворота для сухого дока (место, где чинят корабли).
Однако его инженерный гений особенно ярко проявился при проектировании артиллерийских платформ. Платформы эти были прямоугольными и очень тяжёлыми, поэтому их было сложно перевозить. Шухов увидел корень проблемы — и сделал платформы круглыми. Поставленные на ребро, они превращались в гигантские колёса. Теперь их не надо было перевозить — они катились сами.
Главная черта Шухова как инженера — тяга к новаторству. За что бы он ни брался, всюду он стремился создать что-то новое.
«Мы должны работать и работать, независимо от политики. Башни, котлы и стропила нужны, и мы будем нужны».
Одним из самых трудных, но и поразительно продуктивных для Шухова периодов стала Гражданская война, разразившаяся после революции 1917 года. В отличие от многих своих знакомых, Шухов принял решение остаться в Советской России.
В 1918 году Шухов получил заказ на проектирование и строительство Шаболовской радиобашни: советской власти была необходима радиостанция. По первоначальному проекту башня имела высоту 350 метров и должна была стать самым высоким сооружением на земле.
Увы, металла во время войны не хватало, поэтому конструкцию пришлось укоротить до 150 метров.
Вся башня состоит из одинаковых стальных балок. Она монтировалась без кранов и лесов: Шухов изобрёл телескопический метод сборки, не требовавший ни сложных механизмов, ни высококвалифицированных рабочих. Каждую секцию собирали на земле и поднимали лебёдками.
Во время подъёма четвёртой секции лопнул один из тросов, секция упала и повредила уже собранную конструкцию. Шухова заподозрили во вредительстве и приговорили к условному расстрелу. Иными словами, следующая ошибка стала бы последней. К счастью, позже удалось доказать, что причиной аварии послужил некачественный металл.
