В Париже для тех, кто не желал потратить время на посещение почтамта и заплатить дополнительные су за сохранность письма или посылки и за скорость доставки, были установлены почтовые ящики, из которых забирали письма раз в сутки.
Король назначил меня своим министром, Управляющим почтами Франции. К этому моменту моя секретная служба охватила всю Францию. Многочисленные шпионы при дворах различных вельмож доносили о мыслях и действиях своих господ. А возможность читать чужие письма позволила предотвращать любые заговоры в самом начале. Король сдержал свое слово, наградив меня графским титулом де Сентонж и землею, дающую право на графство. Правда графство оказалось ну совсем крошечным.
Центром графства был город Сент на юго-западе Франции, в 76 километрах вверх по течению Шаранты от Ла-Рошели.
Моя сестра приглянулась сеньору де Брезе и вот уже два года она покинула штат фрейлин и нянчится с двумя малютками — Джейн родила двоих девочек-близнецов и беременна третьим ребенком.
Свою должность прапорщика в мушкетерской роте я я уступил Мишелю, которого я поначалу пристроил бригадиром своих лучников. Все три десятка теперь размещались при дворе. При необходимости наказать не желавших во Дворе Чудес подчиняться устанавливаемым мною правилам Николя присылал весточку и моя гвардия проводила карательные акции устрашения среди нищих. Мишель отвечал за выполнения секретных поручений короля и через два года король по моей просьбе пожаловал ему дворянство. Теперь Мишель с гордостью носил гвардейский мундир и уверял, что Николя, прозванный Шутником, ему по черному завидует.
За пять лет нищие принесли мне ну просто огромное достояние и я подумывал построить себе дом, а возможно небольшой замок.
Генрих IV, бородатый улыбчивый здоровяк, сумел быстро понравиться подданным: он заметно снизил налоги, укоротил слишком зарвавшихся феодалов и фактически завершил раздиравшую страну религиозную распрю. Народ все эти действия горячо одобрял, но в высших слоях общества происходящее нравилось далеко не всем.
Во Франции имелась сильная партия воинствующих католиков, которые не хотели мириться с тем, что еретики-гугеноты уравнены с ними в правах. Они опирались на поддержку Ватикана и деньги Испании. Королю Филиппу II, фанатичному католику, очень не нравилась религиозная политика французского коллеги. Филипп принадлежал к династии Габсбургов, члены которой в то время сидели на престолах в Мадриде и Вене, владели почти всей Италией и считали себя хозяевами Европы. Сильная независимая Франция, сплотившаяся вокруг популярного монарха, Габсбургам была совершенно не нужна.
Неудивительно, что заговоры против Генриха IV стали формироваться ещё до его вступления на престол. Далеко не все коварные замыслы доходили до стадии организации покушений — антиправительственные заговоры и интриги были модным развлечением в парижских придворных кругах. Моя секретная служба успела к пятидесяти двухлетию короля предотвратить 15 попыток покушений на жизнь Генриха. Охрана Беарнца, как называли Генриха, работала неплохо, и чаще всего киллеров удавалось остановить ещё на дальних подступах к Лувру. Но бывали моменты, когда жизнь французского короля висела на волоске.
До сих пор в королевской опале были иезуиты, организовавшие попытку убийства Генриха в 1595 году. Генрих на торжественном приёме слушал поздравления многочисленных придворных с недавно прошедшим днём рождения. Внезапно из разнаряженной толпы выскочил неизвестно как попавший в Лувр 19-летний сын суконщика Жан Шатель и ударил короля в грудь, выхваченным из рукава кинжалом. Генриха спасло чудо: как раз в момент удара он наклонился, и лезвие, скользнув по лицу, выбило королевский зуб. Злодея тут же схватили, и нанести ещё один удар он не успел. Следствие выяснило, что руку убийцы направляли два плотно опекавших Шателя монаха-иезуита. Члены этого могущественного ордена ненавидели Генриха, в случае необходимости легко менявшего вероисповедание, и считали его нераскаявшимся гугенотом. Одного из этих монахов казнили вместе с киллером. Второй успел сбежать из страны. Разгневанный Генрих повелел убраться из Франции всем иезуитам.
Король понимал, что только благодаря моей службе таких покушений на него больше не было.
На короля давила королева и Генрих похоже был вот вот готов отменить изгнание иезуитов. Только доказательства продолжения заговоров этого монашеского ордена, которые я постоянно предоставлял, удерживали короля от этого безрассудного шага.
Нередко причиной недовольства представителей высшей знати была любвеобильность Беарнца. Как только он заводил новую фаворитку, получившая отставку прежняя любовница, а нередко и её муж, пополняли ряды заговорщиков. Подобных интриганов Генрих не боялся и в кругу ближайших друзей со смехом обсуждал нелепые попытки извести себя. Чаще всего дело ограничивалось ритуальными расчленениями воскового изображения монарха, сопровождавшимися заклинаниями.
Настоящую опасность представляли не провинциальные феодалы с их глупыми заклинаниями, а люди из ближайшего окружения короля. Сильную злобу на него затаил, например, герцог д’Эпернон — фаворит прежнего короля Генриха III, один из двух самых близких его миньонов («архиминьон» или «полукороль» как называли этого педераста при дворе). Благодаря милостям своего коронованного любовника герцог стал одним из богатейших людей Франции и занял множество высоких государственных постов. Беарнец не отнял у д’Эпернона имущество и даже оставил ему большинство должностей. Но от непосредственного управления Францией мягко отстранил. И вообще Генрих IV больше любил женщин, чего д’Эпернон простить ему не мог, поэтому стал непременным участником большинства заговоров.
С ранней молодости герцог принимал участие в военных действиях во время религиозных войн, прославился своей храбростью и сделался любимцем короля Генриха III, разделяя его милость с другим фаворитом, Анном де Жуайезом. Захватил Ангумуа, Турень, Анжу, Нормандию и некоторые другие провинции. Ради наследства Фуа-Кандалей заточил в монастыре младшую сестру своей жены — внучку коннетабля Монморанси.
После смерти Жуайеза ненасытная жадность д’Эпернона особенно возмущала общество, и вождям Католической лиги удалось возбудить против него короля. В 1588 году был сослан в Ангумуа, но, узнав о бегстве короля из Парижа, немедленно поспешил ему на помощь. После смерти Генриха III д’Эпернон долго отказывался признать Генриха IV и подчинился ему только в 1595 году.
В 1604 году испанский король предложил маркизе де Верней пенсию, владения и инфанту в жёны её сыну, которого обещал сделать королём Франции. Брат и отец фаворитки вступили в новый заговор, который был мною раскрыт. В прошлом году отец Генриетты решил заманить короля в загородный дом маркизы, убить его там и провозгласить новым монархом сына маркизы трёхлетнего Гастона. Генриетту на время следствия отправили в монастырь, а её отца и брата посадили в Бастилию. Суд признал всех их виновными в заговоре с целью убийства короля и приговорил к казни. Но сам монарх за это время уже успел соскучиться по своей любовнице. Он воспользовался правом вето и изменил приговор: Генриетта была объявлена невиновной и вышла на свободу, а её отца сослали в дальнее поместье. Помилованного брата фаворитки на всякий случай оставили в Бастилии. Маркиза де Вернейль вернулась в монаршую постель, но мечтать о короне для любимого сыночка не перестала и продолжала плести интриги, правда с большей осторожностью.
Все заговорщики щедро финансировались Габсбургами. Га́бсбурги были одной из наиболее могущественных монарших династий Европы на протяжении Средневековья и Нового времени. С 1342 года непрерывно правили в Австрии, с 1438 года занимали престол Священной Римской империи, в разное время Габсбурги также были правителями целого ряда иных государств: Чехии, Польши, Венгрии, Хорватии, Испании, Неаполитанского королевства, Португалии.
