И тогда по инициативе Берзина Разведупр стал разворачивать сеть коммерческих предприятий за рубежом. Они являлись прикрытием для разведдеятельности, и в то же время зарабатывали деньги. Талантливым коммерсантом оказался резидент Стефан Мрочковский. Он решил сложнейшую задачу советской военной стратегической разведки – поставил на ноги и широко развернул сеть коммерческих предприятий. Уже в 1932 году годовые обороты фирм исчислялись миллионами долларов.

Стефану Мрочковскому по специальным указаниям Центра удавалось умело, без вреда для бизнеса, изымать из оборота ежегодно до 1 миллиона долларов и направлять их в резерв разведуправления, а также передавать на нужды Советского государства.

«Предприятия Мрочковского» помогали разведчикам-нелегалам обустраиваться в странах пребывания, обеспечивали их необходимыми документами, материальными средствами.

Самое пристальное внимание начальник Разведупра уделял и легальным зарубежным разведаппаратам. По его представлению на высокие должности военных атташе были назначены Витовт Путна, Анатолий Геккер, Пауль Орас, Евгений Беренс, Павел Рыбалко.

Ян Карлович понимал особую важность информационно-аналитической службы разведки. Ведь, как сказал разведчик М. Абсалямов, «неслаженность информационных отделений, плохое знание противника и театра действий могут свести на нет любые усилия и успехи органов, добывающих разведывательные данные». Работу службы надо было поднять на новый уровень. Этим и занимался Берзин, как говорят, денно и нощно.

А жизнь, в свою очередь, не раз устраивала ему и его аналитической службе жестокую проверку. Об одном из таких эпизодов рассказал маршал Василий Чуйков, в 1940–1942 годах советский военный атташе в Китае. «Помню, в 1929–1930 годах обстановка в мире, политическая атмосфера была напряженной, взрывоопасной. Многие руководители страны говорили, что усилия народа нужно переводить на военный лад, т. е. готовиться к войне. Проанализировав ситуацию, П. И. Берзин (вместе со своими ближайшими помощниками) открыто заявил руководству страны и Красной армии, что войны не будет в ближайшие годы и усилия надо сосредоточить на восстановлении и развитии народного хозяйства. Берзин рисковал, говоря так, но это был хорошо продуманный шаг, подкрепленный данными разведки».

«Информационщики» Берзина выполняли огромный объем работы: по заданиям руководства страны, командования армии, других ведомств они готовили тематические доклады, издавали справочники и обзоры по материалам агентурных и открытых зарубежных источников, занимались переводами иностранной литературы.

Разведуправление готовило и издавало секретные военно-технические бюллетени, которые освещали новейшие зарубежные достижения в военной промышленности и военно-инженерном деле, в артиллерии и связи, в военной химии, а также в воздушном и морском флоте.

В почете у «Старика» была военно-научная исследовательская работа. Он был одним из авторов книги «Будущая война». В этом научном труде, основанном на глубоком изучении и анализе тенденций того времени, предсказывалось, что это будет «война моторов», а также она начнется без традиционного ее объявления.

В своей следующей работе – «Подготовка войны против СССР» – завершенной в 1929 году, Ян Берзин вместе со своим помощником и соратником Александром Никоновым утверждали, что «продолжительность будущей антисоветской войны, вероятнее всего, будет где-то между вышеуказанной теоретически минимальной и максимальной продолжительности». Минимальной – две летних компании, указывали авторы, – максимальной – 3,5–4 года.

Впрочем, предсказания Берзина и Никонова будут напрочь забыты. Они ведь оба оказались «врагами народа» и были расстреляны.

Подводя итоги своего первого года работы во главе Разведуправления, Ян Карлович отмечает: «1924–1925 годы характеризуются широким развертыванием работы, когда основное внимание уделяется военной технике, которая вместе с воздушным и морским флотом составила 66,5 % всех заданий, данных агентуре». Собственно, о чем говорят эти цифры. О том, что военно-техническая разведка становится важнейшим направлением в деятельности Разведупра.

Руководителям зарубежных резидентур в ту пору ставились конкретные задачи: изучать и осуществлять анализ состояния военной промышленности стран пребывания, добывать материалы и документацию по новейшим образцам военной техники и оружия, в области артиллерии, бронесил, инженерного дела, связи выявлять новые конструкции и накапливать сведения о матчасти, стоящей на вооружении иностранных армий, изучать современные средства и методы химического нападения, следить за обучением, подготовкой, тактикой частей и соединений различных родов войск.

Надо признать, что задачи весьма непростые. Тем не менее, Берзин докладывает, что материалы и документы, полученные в 1925–1926 годах, «дали возможность изучить большинство вопросов, интересующих высшие военные управления СССР».

Важную роль в этой работе сыграли инженерные отделы торговых представительств за рубежом. В их составе работали опытные военные разведчики, как правило, имеющие инженерное образование. По своему «крышевому» предназначению они официально занимались различными закупками для нужд Красной армии, в то же время выполняли задачи Центра «собирать, проверять, систематизировать все материалы о новых научно-технических усовершенствованиях, как применяемых, так и могущих быть примененными для военных целей и обороны страны».

Энергичная и весьма эффективная работа военно-технической разведки не осталась незамеченной высшим военным руководством. В 1930 году Разведупру (IV Управлению Штаба РККА) были выделены дополнительные денежные кредиты.

Более того, по настоянию Берзина, правительство дало приоритетное право военной разведке отбирать в высших учебных заведениях и на предприятиях необходимых специалистов.

Осознавал Ян Карлович и важность развертывания службы радиоперехвата. Во главе этой службы встал крупнейший специалист, инженер-радиотехник, автор научных работ в области разведки средствами связи Яков Файвуш.

В эти годы в Разведупре был создан дешифровальный отдел, которым руководил Петр Харкевич. Опытный дешифровальщик, работавший в Народном комиссариате иностранных дел, возглавлявший Спецотдел в ВЧК – ОГПУ, теперь ставил на ноги новую службу. И делал это весьма успешно.

Важнейшим направлением деятельности Яна Берзина стала подготовка партизанских формирований на период военного времени. Здесь был непочатый край работы: строительство и оборудование баз, закладка вооружения, боеприпасов, продовольствия и медикаментов, подготовка партизанских кадров. Тем не менее, Разведуправление с этим справилось. Полковник Илья Старинов так оценил работу военной разведки: «Это было хорошо продуманная система». Жаль, что все работы были остановлены в 1935 году, а в 1937-м базы расформированы, а многие партизанские специалисты репрессированы.

Начальник Разведупра понимал, сколь большую пользу может принести военное сотрудничество с зарубежными странами. Сегодня доподлинно известно о совместной работе в этом направлении с Веймарской Германией, которая началась еще в далеком 1922 году и завершилась в 1933-м по инициативе Гитлера после прихода его к власти. А до этого Москва и Берлин не только обменивались инструкторами, наши командиры обучались в военно-учебных заведениях Германии, но, что особенно важно, разведслужбы делились друг с другом необходимой информацией.

Достаточно продолжительное время советские военные сотрудничали с японцами, наши представители выезжали на стажировку в японскую армию.

Работа в разведке опасна, постоянно связана с риском. И какие бы профессионалы ни работали, любая случайность или неверное действие может привести к провалу.

Начало 30-х годов стало черной полосой в жизни Яна Берзина, его соратников и всего Разведупра.