Сквозь сокрушительный, оглушающий рев моторов просочилось коротенькое, тихонькое, но отчетливо слышимое: - "Тссс!" На плоту остались стоять только две белые костлявые ноги Малыша Сэмпсона, каким-то образом еще связанные между собой сухожилиями у окровавленных, перерезанных бедер. Казалось, ноги простояли как вкопанные целую минуту, а потом со слабым всплеском опрокинулись в море и перевернулись так, что из воды торчали только гипсово-белые пятки и ступни с карикатурными пальцами.
On the beach, all hell broke loose.
На берегу разразился ад.
Nurse Cramer materialized out of thin air suddenly and was weeping hysterically against Yossarian's chest while Yossarian hugged her shoulders and soothed her.
Невесть откуда появилась сестра Крамер и истерически зарыдала на груди у Йоссариана. Одной рукой он поддерживал ее, а другой - сестру Даккит, которая тоже, дрожа всем телом и рыдая, уткнулась ему в грудь длинным, угловатым, смертельно-бледным лицом.
His other arm bolstered Nurse Duckett, who was trembling and sobbing against him, too, her long, angular face dead white.
Весь пляж с визгом побежал. Мужчины голосили, как женщины.
Everyone at the beach was screaming and running, and the men sounded like women.
Согнувшись в три погибели, люди в панике неслись к своим вещам.
They scampered for their things in panic, stooping hurriedly and looking askance at each gentle, knee-high wave bubbling in as though some ugly, red, grisly organ like a liver or a lung might come washing right up against them.
Те, кто еще был в воде, отчаянно торопились к берегу. Началось всеобщее беспорядочное отступление с пляжа.
Those in the water were struggling to get out, forgetting in their haste to swim, wailing, walking, held back in their flight by the viscous, clinging sea as though by a biting wind. Kid Sampson had rained all over.
Оборачиваясь через плечо, люди бросали назад взгляды, полные муки и ужаса. Тенистый, густой, шелестящий лес наполнился стонами и криками.
Those who spied drops of him on their limbs or torsos drew back with terror and revulsion, as though trying to shrink away from their own odious skins. Everybody ran in a sluggish stampede, shooting tortured, horrified glances back, filling the deep, shadowy, rustling woods with their frail gasps and cries. Yossarian drove both stumbling, faltering women before him frantically, shoving them and prodding them to make them hurry, and raced back with a curse to help when Hungry Joe tripped on the blanket or the camera case he was carrying and fell forward on his face in the mud of the stream.
Йоссариан подгонял растерянных, спотыкающихся женщин, заставляя их поторапливаться, потом с руганью побежал назад, чтобы помочь Заморышу Джо. Тот, перебираясь через ручей, наступил не то на одеяло, не то на футляр фотоаппарата и упал лицом в грязную жижу.
Back at the squadron everyone already knew.
В эскадрилье уже все знали.
Men in uniform were screaming and running there too, or standing motionless in one spot, rooted in awe, like Sergeant Knight and Doc Daneeka as they gravely craned their heads upward and watched the guilty, banking, forlorn airplane with McWatt circle and circle slowly and climb.
Люди в военной форме, охваченные мистическим ужасом, кричали и бегали или застывали на месте. Другие, как сержант Найт и доктор Дейника, задрав головы, сосредоточенно следили за провинившимся, несчастным, одиноким самолетом Макуотта, который, виражируя, медленно кружил и кружил, набирая высоту.
'Who is it?'
- Кто это? - тревожно закричал Йоссариан. Задыхаясь и прихрамывая, он подбежал к доктору Дейнике.
Yossarian shouted anxiously at Doc Daneeka as he ran up, breathless and limp, his somber eyes burning with a misty, hectic anguish.
- Кто в машине?
'Who's in the plane?' 'McWatt,' said Sergeant Knight.
- Макуотт, - ответил сержант Найт.
'He's got the two new pilots with him on a training flight.
- И с ним два новых пилота, которых он взял в учебный полет.
Doc Daneeka's up there, too.'
И доктор Дейника тоже там.
'I'm right here,' contended Doc Daneeka, in a strange and troubled voice, darting an anxious look at Sergeant Knight.
- Да здесь я, - возразил доктор Дейника странным, встревоженным голосом и метнул острый взгляд в сторону сержанта Найта.
'Why doesn't he come down?' Yossarian exclaimed in despair.
- Почему он не идет на посадку? - в отчаянии воскликнул Йоссариан.
'Why does he keep going up?'
- Зачем он набирает высоту?
'He's probably afraid to come down,' Sergeant Knight answered, without moving his solemn gaze from McWatt's solitary climbing airplane.
- Наверное, боится идти на посадку, - ответил сержант Найт, не отрывая взгляда от одинокой машины Макуотта, карабкавшейся все выше и выше.
'He knows what kind of trouble he's in.'
- Он ведь понимает, в какую влип беду.
And McWatt kept climbing higher and higher, nosing his droning airplane upward evenly in a slow, oval spiral that carried him far out over the water as he headed south and far in over the russet foothills when he had circled the landing field again and was flying north.
Не меняя угла подъема, Макуотт все продолжал набирать высоту и вел гудящий самолет по правильно очерченной овальной спирали. Все дальше удаляясь от моря и держа курс на юг, он развернулся над отрогами бурых гор, сделал еще один круг над аэродромом и полетел на север.
He was soon up over five thousand feet.
Скоро он был на высоте более пяти тысяч футов.
His engines were soft as whispers.
Звук моторов стал едва слышен.
A white parachute popped open suddenly in a surprising puff.
Внезапно в воздухе со странным хлопком раскрылся белый парашют.
A second parachute popped open a few minutes later and coasted down, like the first, directly in toward the clearing of the landing strip.
Через несколько мгновений раскрылся второй парашют и, подобно первому, поплыл вниз, точно в направлении посадочной полосы.
There was no motion on the ground.
На земле никто не шелохнулся.
The plane continued south for thirty seconds more, following the same pattern, familiar and predictable now, and McWatt lifted a wing and banked gracefully around into his turn.
Еще полминуты самолет продолжал лететь на юг, по тому же самому, уже изведанному маршруту, а затем Макуотт начал разворот.
'Two more to go,' said Sergeant Knight. 'McWatt and Doc Daneeka.'
- Еще двое должны прыгнуть, - сказал сержант Найт, - Макуотт и доктор Дейника.
'I'm right here, Sergeant Knight,' Doc Daneeka told him plaintively.
- Да я же здесь, сержант Найт, - жалобно проговорил доктор Дейника.
' I'm not in the plane.'
- Меня нет в самолете.
'Why don't they jump?' Sergeant Knight asked, pleading aloud to himself.
