Yossarian flipped his eyes open in alarm and saw the totally unexpected bulging black puffs of flak crashing down in toward them from high up and Aarfy's complacent melon-round tiny-eyed face gazing out at the approaching cannon bursts with affable bemusement.
Йоссариан тревожно захлопал глазами и нежданно-негаданно увидел вспухающие черные клубочки зенитных разрывов, которые рушились на них сверху, и благодушное, дынеобразное лицо Аарфи. Тот с приятным изумлением таращил свои крохотные глазки на подбиравшиеся к ним взрывы.
Yossarian was flabbergasted.
Йоссариан остолбенел и потерял дар речи.
His leg went abruptly to sleep. McWatt had started to climb and was yelping over the intercom for instructions.
Ноги у него внезапно стали как ватные. Набирая высоту, Макуотт затявкал в переговорное устройство - он требовал указаний.
Yossarian sprang forward to see where they were and remained in the same place. He was unable to move.
Йоссариан вскочил было, чтобы посмотреть, где они находятся, но не смог не только сдвинуться с месте, но даже шевельнуть пальцем.
Then he realized he was sopping wet.
Он весь взмок.
He looked down at his crotch with a sinking, sick sensation.
Замирая от ужасного предчувствия, он взглянул на свой пах.
A wild crimson blot was crawling upward rapidly along his shirt front like an enormous sea monster rising to devour him.
Страшное бурое пятно быстро ползло вверх по рубашке, точно некое морское чудовище намеревалось сожрать его.
He was hit!
В него попали!
Separate trickles of blood spilled to a puddle on the floor through one saturated trouser leg like countless unstoppable swarms of wriggling red worms.
Сквозь набухшую штанину на пол стекали струйки крови.
His heart stopped.
У Йоссариана остановилось сердце.
A second solid jolt struck the plane.
Еще один мощный удар потряс самолет.
Yossarian shuddered with revulsion at the queer sight of his wound and screamed at Aarfy for help.
Йоссариана передернуло от отвращения, и он завопил, призывая Аарфи на помощь.
' I lost my balls!
- Мне оторвало мошонку!
Aarfy, I lost my balls!'
Аарфи, мне оторвало мошонку!
Aarfy didn't hear, and Yossarian bent forward and tugged at his arm. 'Aarfy, help me,' he pleaded, almost weeping,
- Но Аарфи не слышал, и Йоссариан, наклонившись, потянул его за руку: - Аарфи, помоги мне! - взмолился он чуть не плача.
' I'm hit!
В меня попали!
I'm hit!'
В меня попали!
Aarfy turned slowly with a bland, quizzical grin.
Аарфи медленно обернулся, неизвестно чему ухмыляясь.
'What?'
- Что?
' I'm hit, Aarfy!
- Я ранен, Аарфи!
Help me!'
Помоги мне!
Aarfy grinned again and shrugged amiably.
Аарфи дружески улыбнулся и пожал плечами.
' I can't hear you,' he said.
- Я тебя не слышу, - ответил он.
'Can't you see me?' Yossarian cried incredulously, and he pointed to the deepening pool of blood he felt splashing down all around him and spreading out underneath.
- Но ты хоть видишь меня? - недоверчиво вскричал Йоссариан и указал на лужу крови.
' I'm wounded!
- Я ранен!
Help me, for God's sake!
Помоги мне, ради бога!
Aarfy, help me!'
Аарфи, помоги мне!
'I still can't hear you,' Aarfy complained tolerantly, cupping his podgy hand behind the blanched corolla of his ear.
- Я по-прежнему тебя не слышу, - невозмутимо пожаловался Аарфи, приставив пухлую ладонь рупором к побелевшей ушной раковине.
'What did you say?' Yossarian answered in a collapsing voice, weary suddenly of shouting so much, of the whole frustrating, exasperating, ridiculous situation.
- Что ты говоришь?
He was dying, and no one took notice. 'Never mind.'
- Так... пустяки, - ответил Йоссариан упавшим голосом. Внезапно он устал от собственного крика, от всей этой безнадежной, выматывающей нервы, нелепой ситуации. Он умирал, и никто этого даже не замечал.
' What?' Aarfy shouted.
- Что? - заорал Аарфи.
' I said I lost my balls!
- Я говорю: мне оторвало мошонку!
Can't you hear me?
Ты что, не слышишь меня?
I'm wounded in the groin!'
Меня ранило в пах!
' I still can't hear you,' Aaxfy chided.
- Я опять тебя не слышу, - гаркнул Аарфи.
'I said never mind!' Yossarian screamed with a trapped feeling of terror and began to shiver, feeling very cold suddenly and very weak.
- Я говорю: пустяки! - завопил Йоссариан, чувствуя безысходный ужас.
Aarfy shook his head regretfully again and lowered his obscene, lactescent ear almost directly into Yossarian's face.
Аарфи снова с сожалением покачал головой и приблизил вплотную к лицу Йоссариана свое непристойное, молочно-белое ухо.
' You'll just have to speak up, my friend.
- Друг мой, говори, пожалуйста, громче.
You'll just have to speak up.'
Говори громче!
' Leave me alone, you bastard!
- Оставь меня в покое, мерзавец!
You dumb, insensitive bastard, leave me alone!'
Ты, тупой, бесчувственный гад, оставь меня в покое!
Yossarian sobbed.
- Йоссариан зарыдал.
He wanted to pummel Aarfy, but lacked the strength to lift his arms.
Ему хотелось молотить Аарфи кулаками, но у него не было сил даже приподнять руку.
He decided to sleep instead and keeled over sideways into a dead faint.
Он свалился в глубоком обмороке.
He was wounded in the thigh, and when he recovered consciousness he found McWatt on both knees taking care of him. He was relieved, even though he still saw Aarfy's bloated cherub's face hanging down over McWatt's shoulder with placid interest.
Его ранило в бедро, и, когда, придя в себя, он увидел, что над ним на коленях хлопочет Макуотт, он испытал облегчение, несмотря на то, что румяная, одутловатая морда Аарфи с безмятежным любопытством выглядывала из-за плеча Макуотта.
Yossarian smiled feebly at McWatt, feeling ill, and asked, 'Who's minding the store?' McWatt gave no sign that he heard.
Йоссариан чувствовал себя скверно. Он слабо улыбнулся Макуотту и спросил: - А кто остался за штурвалом?
With growing horror, Yossarian gathered in breath and repeated the words as loudly as he could. McWatt looked up.
Макуотт никак не отреагировал. С возрастающим ужасом Йоссариан набрал воздуху в легкие и что было сил громко повторил свой вопрос. Макуотт поднял глаза.
