Полковник Кэткарт принадлежал к тому типу людей, которые никогда не загорают: они всячески избегают солнца, чтобы, чего доброго, не обжечь кожу.
The colonel was more than a head taller than the chaplain and over twice as broad, and his swollen, overbearing authority made the chaplain feel frail and sickly by contrast.
Полковник был более чем на голову выше капеллана и почти вдвое шире его в плечах. От всей его фигуры исходила гнетущая властность. Рядом с ним капеллан чувствовал себя слабым и щуплым.
'Take a look, Chaplain,' Colonel Cathcart directed, screwing a cigarette into his holder and seating himself affluently in the swivel chair behind his desk.
- Взгляните-ка, капеллан, - приказал полковник Кэткарт, вставляя сигарету в свой мундштук. Он небрежно развалился во вращающемся кресле за столом, выпятив свою отвислую, пористую нижнюю губу.
' Let me know what you think.'
- Хотел бы знать ваше мнение.
The chaplain looked down at the open magazine compliantly and saw an editorial spread dealing with an American bomber group in England whose chaplain said prayers in the briefing room before each mission.
Капеллан испуганно взглянул в раскрытый журнал и увидел редакционный разворот, посвященный американскомубомбардировочному полку в Англии, капеллан которого в инструкторской читал молитвы перед каждым вылетом.
The chaplain almost wept with happiness when he realized the colonel was not going to holler at him.
Поняв, что полковник вызвал его не для очередной головомойки, капеллан чуть не пустил слезу от счастья.
The two had hardly spoken since the tumultuous evening Colonel Cathcart had thrown him out of the officers' club at General Dreedle's bidding after Chief White Halfoat had punched Colonel Moodus in the nose.
После бурного вечера, когда по приказу генерала Дридла полковник Кэткарт вышвырнул капеллана из офицерского клуба, а Вождь Белый Овес двинул по носу полковника Модэса, полковник Кэткарт и капеллан почти не разговаривали друг с другом.
The chaplain's initial fear had been that the colonel intended reprimanding him for having gone back into the officers' club without permission the evening before.
На сей раз капеллан боялся, что полковник отчитает его за то, что накануне вечером он побывал без разрешения в офицерском клубе.
He had gone there with Yossarian and Dunbar after the two had come unexpectedly to his tent in the clearing in the woods to ask him to join them.
Он пришел в клуб с Йоссарианом и Данбэром: они вдруг пожаловали в его палатку на лесной поляне и пригласили пойти с ними.
Intimidated as he was by Colonel Cathcart, he nevertheless found it easier to brave his displeasure than to decline the thoughtful invitation of his two new friends, whom he had met on one of his hospital visits just a few weeks before and who had worked so effectively to insulate him against the myriad social vicissitudes involved in his official duty to live on closest terms of familiarity with more than nine hundred unfamiliar officers and enlisted men who thought him an odd duck.
Хотя капеллан панически боялся Кэткарта и понимал, что рискует навлечь на себя неудовольствие полковника, он тем не менее решил принять любезное приглашение своих новых друзей. Он познакомился с ними несколько недель назад, во время одного из визитов в госпиталь, и с тех пор они довольно успешно ограждали его от бесчисленных превратностей судьбы, с которыми сталкивался капеллан при исполнении своих служебных обязанностей: ведь ему приходилось быть накоротке более чем с девятьюстами совершенно незнакомыми ему офицерами и рядовыми, считавшими его белой вороной.
The chaplain glued his eyes to the pages of the magazine.
Капеллан не отрывал взгляда от журнала.
He studied each photograph twice and read the captions intently as he organized his response to the colonel's question into a grammatically complete sentence that he rehearsed and reorganized in his mind a considerable number of times before he was able finally to muster the courage to reply.
Он дважды просмотрел все фотографии и внимательно прочитал заголовки, подготавливая в уме ответ: он несколько раз мысленно произнес его, потом перестроил всю фразу, грамматически отшлифовал ее и наконец, набравшись духу, произнес вслух.
'I think that saying prayers before each mission is a very moral and highly laudatory procedure, sir,' he offered timidly, and waited.
- По-моему, молитва перед вылетом - это высоконравственное и весьма похвальное деяние, сэр, - высказался он застенчиво и застыл в ожидании.
' Yeah,' said the colonel.
- Угу, - сказал полковник.
'But I want to know if you think they'll work here.'
- Но мне хотелось бы знать, как по-вашему, подойдет это нам?
'Yes, sir,' answered the chaplain after a few moments.
- Так точно, сэр, - помедлив несколько секунд, ответил капеллан.
' I should think they would.'
- По-моему, подойдет.
'Then I'd like to give it a try.'
- В таком случае я за то, чтобы попробовать.
The colonel's ponderous, farinaceous cheeks were tinted suddenly with glowing patches of enthusiasm.
- Толстые, мучнисто-белые щеки полковника покрылись пятнами от внезапного прилива энтузиазма.
He rose to his feet and began walking around excitedly.
Он встал и возбужденно заходил по кабинету.
'Look how much good they've done for these people in England.
- Журнал здорово помог этим ребятам в Англии.
Here's a picture of a colonel in The Saturday Evening Post whose chaplain conducts prayers before each mission.
Видите, фото командира полка тоже попало в "Сатердэй ивнинг пост", а все потому, что его капеллан проводит богослужение перед каждым вылетом.
If the prayers work for him, they should work for us.
Если богослужения помогли им, то почему они не помогут нам?
Maybe if we say prayers, they'll put my picture in The Saturday Evening Post.'
Кто знает, если мы будем молиться, возможно, "Сатердэй ивнинг пост" поместит и мою фотографию?
The colonel sat down again and smiled distantly in lavish contemplation.
Улыбаясь своим мыслям, полковник уселся в кресло: он уже предвкушал, какие обильные плоды принесет его затея.
The chaplain had no hint of what he was expected to say next. With a pensive expression on his oblong, rather pale face, he allowed his gaze to settle on several of the high bushels filled with red plum tomatoes that stood in rows against each of the walls.
Капеллан понятия не имел, что бы еще сказать полковнику, и осмелился задержать свой задумчивый взгляд на кулях с помидорами, которые рядком стояли вдоль стен кабинета.
He pretended to concentrate on a reply. After a while he realized that he was staring at rows and rows of bushels of red plum tomatoes and grew so intrigued by the question of what bushels brimming with red plum tomatoes were doing in a group commander's office that he forgot completely about the discussion of prayer meetings until Colonel Cathcart, in a genial digression, inquired:
