Катя

- Кстати... - вспомнив, поднимаю вверх указательный палец, - Еще пару месяцев назад мне Таня говорила, что видела, как Авдеенко к Андрею в машину садится. Я не поверила, потому что доверяла ему! А он клялся, что такого не было!. В итоге я поругалась с Таней и чуть не поругалась с Евой, которая сказала, чтобы я не очень-то доверяла Николаеву!

- Думаешь, он уже тогда с ней встречался?..

- В том-то и дело, Паш, что я не знаю, - продолжаю мыслить логически, не давая волю эмоциям, - Возможно, она клеилась к нему, но он первое время сопротивлялся...

- Может быть, - кивает Паша, глядя исключительно на дорогу.

- Ну знаешь... преследовала его. Приставала с переписками... и все такое...

Я трещу как сорока. Озвучиваю все, что приходит в голову, лишь бы не молчать. Кажется, у меня развивается паранойя - каждая секунда тишины вбивает между нами клин. И нет, скорее всего, это не так, а всего лишь мое накрученное до предела воображение, но заставить себя заткнуться я не могу.

- Думаешь, это она виновата?..

- Ага... - хмыкаю, постучав пальцем по своему виску, - Если верить тому, что пишет Андрей...

- Ты с ним переписывалась?

- Я ничего ему не отвечала, но он продолжает посылать мне простыни, - отвечаю быстро, - Так вот... если верить Андрею, то эта сучка ему просто прохода не давала! Вешалась и таскалась за ним повсюду, и даже знаешь, что?..

- Что? - спрашивает, ловко входя в поворот на сложном перекрестке.

- Говорила про меня гадости! Говорила, что я его обманываю и что у меня есть кто-то помимо него...

- Даже так?

Обычно моя болтовня Пашу раздражает, но сегодня он невозмутим как Будда, и это почему-то пугает. Чисто интуитивно я хочу, чтобы он вел себя как прежде.

- Да!.. Представляешь?.. Вот же сука!

- Но ты же понимаешь, что сейчас твой Андрей скажет что угодно, лишь бы ты поверила ему? - бросает на меня косой взгляд.

- Конечно, понимаю! И не собираюсь снимать с него вины!.. Он обманул меня!

- Если простишь на этот раз, то, поверь, будет следующий...

- Я знаю.

- Люди ведут себя с нами ровно так, как мы это позволяем, - проговаривает Паша негромким вкрадчивым голосом.

- Но почему он так поступил со мной? - восклицаю обиженно, - Я же не давала ему повода думать, что потерплю такое!..

- Не знаю, - ведет он плечом, - Решил рискнуть...

- Отпад!.. Решил рискнуть отношениями!

Мне не смешно, и мой хриплый смех скрипит как старое дерево. Я растеряна. Поступок Николаева должен причинять гораздо больше боли, чем я чувствую. Ее вытеснила прохладная сосущая пустота в груди, которая дает о себе знать всякий раз, когда я смотрю на Пашку. Наше поведение похоже на игру плохих актеров, которые вышли на сцену, толком не выучив роли.

- Мне придется встретиться, чтобы поговорить с ним.

- Он попросит шанса.

- Пусть просит, - отмахиваюсь рукой, - Паша, я видела, как он целовался с ней!..

- Если будет надоедать, скажи мне.

- Хорошо, - киваю я, - Но думаю, я разберусь с ним сама.

Когда машина въезжает в наш загородный поселок, я, словно почувствовав скорое избавление, вдруг выдыхаюсь. Падаю на спинку сидения и замолкаю.

Паша подъезжает к дому и, удерживая руль двумя руками, вжимается затылком в подголовник. Повисает самая настоящая неловкая пауза, от которой начинают пылать щеки и кончики моих ушей.

- Зайдешь?

Обычно заходит, чтобы поздороваться с родителями и выпить чаю, передать моей маме привет от тети Саши и обсудить с папой новую прогу. Но сегодня нет, и я к своему стыду этому рада. Наверное нам обоим нужно время, чтобы вытряхнуть из головы тот маленький казус.

- Поеду.

Я втягиваю воздух носом и, понимающе кивнув, улыбаюсь.

- Не бери в голову, Паш...

- И ты.

- С кем не бывает, правда?.. Я однажды в клубе чуть Андрея с его братом Костей не перепутала.

Он усмехается, но не напоминает, что слышал эту байку от меня с десяток раз.

- Звони, - показываю пальцами трубку, - В гости заезжай.

- Заеду, - обещает он, а я понимаю, что нескоро.

Неловко клюнув его в щеку, я выхожу из машины и, набрав комбинацию цифр на кодовом замке, открываю тяжелую металлическую калитку. Визг шин позади меня оставляет облако пыли.

Блин...

Я готова потерять хоть пять Андреев и всех моих подруг, только не дружбу с Пашкой. Я буду биться за нее до последнего.

- Я дома!.. - кричу с порога, копируя голос, каким я всегда это делаю.

Смотрю в зеркало и пробую улыбку, которую буду демонстрировать родным. Все в порядке.

- Привет, - говорит мама, выглянув из гостиной.

На ней просторный домашний брючный костюм и удерживающая волосы на макушке ярко-розовая резинка. Прилипнув внимательным взглядом к моему лицу, она приближается.

- Ты на такси?

Соврать?.. Нет, не стоит. Встроенный в маму детектор лжи еще ни разу не дал осечки.

- Почему на такси?.. - задираю брови, - Паша привез.

- И где он?, - склоняет голову с улыбкой, - Почему не зашел?

- Мам? - восклицаю со смехом, делано надув губы, - Ты мне не веришь что ли?.. Ну посмотри по камерам или позвони ему!

- Обычно заходит.

- Торопился куда-то, - дергаю плечом, проплывая мимо нее на кухню, - Сказал, в следующий раз зайдет. Привет тебе передавал.

- Обедать будешь?

- Буду, - соглашаюсь сразу, надеясь избавиться от необходимости все время что-то объяснять.

В итоге, поедая жаркое и закусывая его маминым рыбным пирогом, я не могу остановить льющийся из меня словесный поток. С набитым ртом рассказываю маме обо всем подряд, кроме того, что по-настоящему гложет меня.

Запал иссякает, когда я едва не поперхиваюсь чаем.

- Что случилось, Кать? - спрашивает мама, постучав меня по спине между лопатками.

Ну, нет... Я лучше умру, чем расскажу ей такое.

- Вы с Паше й поругались?

- Нет! - выпаливаю сразу, - С чего ты взяла?!

- Он тебя обидел?.. Или ты его?

- Мама! Да, не поссорились мы! Я... я с Андреем рассталась!

Если мама и испытывает потрясение, то умело его скрывает. Глубоко вздохнув, она усаживается на стул напротив меня и берет с тарелки кусочек пирога.

- Рассказывай.

И я, чувствуя колоссальное облегчение, вываливаю на нее все, что случилось вчера в загородном доме Авдеенко.

- Не хочешь выслушать его? - спрашивает она, когда я замолкаю.

- Мам, он уже сказал все, что хотел...

- Не веришь?

- Не верю. Уж слишком много ликования было вчера в глазах Есении.

Глава 7

Катя

- Ты заходишь к нему? - спрашивает Таня, забирая с подноса официнта наши коктейли.

- Не-а.

Вру, конечно. Во мне нет той силы духа, о которой красиво рассказывают блогеры. Закрой для себя дверь, отправь бывшего за горизонт своей жизни, вычеркни из памяти. Это в теории только все прекрасно, а на деле попробуй унять зуд любопытства и удержи себя от того, чтобы убедиться, что он сдыхает без тебя.

- А я заглядываю периодически, - играет Таня бровями, видимо в ожидании всплеска моего интереса.

Но так и не дождавшись, берет в руку запотевший бокал и наклоняется к столу.

- Он вместо аватарки черный квадрат поставил и статус «No comment» написал.

- Придурок! - фыркает Ева со смехом, - Еще бы траурную ленту на фотку приклеил и подписал «Вечная память».

Таня, обычно сдержаннее Евы в проявлении эмоций, негромко продолжает:

- Ни одного рилса... ни одной новой фотки... Даже на днюхе у Галичева его не было.

- Какая трагедия!.. - шепчу с придыханием, прижав ладонь к груди, - Сука Лебедева разбила мальчику сердце!..

- А Авдеенко была, - договаривает Таня.

Ева продолжает смеяться, а я морщусь как от лимона. Эта Авдеенко как кость в горле. Они с Андреем учились в параллельном со мной классе, а потом мы вместе поступили в один вуз на архитектурный факультет. И самое удивительное, что Николаев ее заинтересовал только после того, как стал встречаться со мной. А до этого одиннадцать лет учебы в школе и потом три - в университете она не обращала на него ни малейшего внимания.