bear [bFq], aught [Lt], groan [grqun]

"Thou dost not understand, Kinoos," Negore said gently. "But I shall make thee understand. Know that I was away on the hunt of the bear, with Kamo-tah, my mother's son. And Kamo-tah fought with a great bear. We had no meat for three days, and Kamo-tah was not strong of arm nor swift of foot. And the great bear crushed him, so, till his bones cracked like dry sticks. Thus I found him, very sick and groaning upon the ground. And there was no meat, nor could I kill aught that the sick man might eat.

"So I said (и я сказал), 'I will go to Nulato and bring thee food (я пойду в Нулато и принесу тебе пищу; to bring — приносить; приводить), also strong men to carry thee to camp (а также приведу сильных мужчин, чтобы отнести тебя в лагерь). And Kamo-tah said, 'Go thou to Nulato and get food (иди в Нулато и принеси еду), but say no word of what has befallen me (но не говори ни слова о том, что случилось со мной; to befall — приключаться, происходить, случаться). And when I have eaten (а когда я поем), and am grown well and strong (и стану здоровым и сильным), I will kill this bear (я убью этого медведя). Then will I return in honor to Nulato (тогда я с честью вернусь в Нулато), and no man may laugh and say Kamo-tah was undone by a bear (и никто не посмеет смеяться и говорить, что Камо-таха погубил медведь; undone — погубленный; to undo — открывать; уничтожать /сделанное/; портить, разрушать).

food [fHd], befall [bI'fLl], honor ['Onq]

"So I said, 'I will go to Nulato and bring thee food, also strong men to carry thee to camp. And Kamo-tah said, 'Go thou to Nulato and get food, but say no word of what has befallen me. And when I have eaten, and am grown well and strong, I will kill this bear. Then will I return in honor to Nulato, and no man may laugh and say Kamo-tah was undone by a bear.

"So I gave heed to my brother's words (и я учел слова моего брата; to give heed to smth. — обращать внимание на что-либо; heed — внимание, осторожность, осмотрительность); and when I was come to Nulato (и когда я пришел в Нулато), and the Russian, Ivan, laid the lash of his dog-whip upon me (и русский, Иван, сек меня своим хлыстом), I knew I must not fight (я понял, что мне нельзя драться). For no man knew of Kamo-tah (ибо никто не знал о Камо-тахе), sick and groaning and hungry (больном, страдающем и голодном; to groan — стонать; страдать); and did I fight with Ivan, and die (и если бы я схватился с Иваном и умер), then would my brother die, too (мой брат умер бы тоже). So it was, Oona, that thou sawest me beaten like a dog (и вот тогда-то ты, Уна, увидела, как меня били, как собаку; to beat — бить).

brother ['brADq], fight [faIt], beaten [bJtn]

"So I gave heed to my brother's words; and when I was come to Nulato, and the Russian, Ivan, laid the lash of his dog-whip upon me, I knew I must not fight. For no man knew of Kamo-tah, sick and groaning and hungry; and did I fight with Ivan, and die, then would my brother die, too. So it was, Oona, that thou sawest me beaten like a dog.

"Then I heard the talk of the shamans and chiefs (потом я услышал разговор шаманов и вождей) that the Russians had brought strange sicknesses upon the people (что русские навлекли странную болезнь на людей; to bring on — навлекать, вызывать), and killed our men, and stolen our women (и убивали наших мужчин, и уводили наших женщин; to steal — воровать, красть; похищать; отбить, увести), and that the land must be made clean (и что страну нужно очистить). As I say (как я сказал: «как я говорю»), I heard the talk (я услышал разговор), and I knew it for good talk (и я счел его хорошим разговором), and I knew that in the night the Russians were to be killed (и я понял, что ночью русские должны быть убиты). But there was my brother, Kamo-tah (но был мой брат, Камо-тах), sick and groaning and with no meat (больной, страдающий, и без мяса); so I could not stay and fight with the men and the boys not yet hunters (поэтому я не мог остаться и сражаться с мужчинами и мальчиками, еще не охотниками).

chief [CJf], talk [tLk], heard [hWd]

"Then I heard the talk of the shamans and chiefs that the Russians had brought strange sicknesses upon the people, and killed our men, and stolen our women, and that the land must be made clean. As I say, I heard the talk, and I knew it for good talk, and I knew that in the night the Russians were to be killed. But there was my brother, Kamo-tah, sick and groaning and with no meat; so I could not stay and fight with the men and the boys not yet hunters.

"And I took with me meat and fish (и я взял с собой мясо и рыбу), and the lash-marks of Ivan (и отметины от хлыста Ивана), and I found Kamo-tah no longer groaning, but dead (и нашел Камо-таха, который больше не стонал, а был мертв). Then I went back to Nulato (тогда я вернулся в Нулато), and, behold, there was no Nulato (и вот, не было никакого Нулато; behold — вот! смотри!; to behold — узреть; созерцать) — only ashes where the great fort had stood (только зола была там, где /раньше/ стоял большой форт), and the bodies of many men (и /лежали/ тела многих людей). And I saw the Russians come up the Yukon in boats (и я увидел, как вверх по течению Юкона поднимаются в лодках русские), fresh from the sea (только что прибывшие с моря), many Russians (много русских); and I saw Ivan creep forth from where he lay hid and make talk with them (и я увидел, как Иван выполз оттуда, где он лежал, спрятавшись, и заговорил с ними; to creep — ползать; красться; to lie — лежать; to hide — прятать/ся/). And the next day I saw Ivan lead them upon the trail of the tribe (а на следующий день я увидел, как Иван ведет их по следу племени). Even now are they upon the trail (даже сейчас они идут по следу), and I am here, Negore, but no coward (и вот я здесь, Негор, но не трус)."

dead [ded], boat [bqut], forth [fLT]

"And I took with me meat and fish, and the lash-marks of Ivan, and I found Kamo-tah no longer groaning, but dead. Then I went back to Nulato, and, behold, there was no Nulato — only ashes where the great fort had stood, and the bodies of many men. And I saw the Russians come up the Yukon in boats, fresh from the sea, many Russians; and I saw Ivan creep forth from where he lay hid and make talk with them. And the next day I saw Ivan lead them upon the trail of the tribe. Even now are they upon the trail, and I am here, Negore, but no coward."

"This is a tale I hear (вот это историю я слышу)," said Oona, though her voice was gentler than before (хотя ее голос стал мягче, чем прежде). "Kamo-tah is dead and cannot speak for thee (Камо-тах мертв и не может сказать за тебя = в твою пользу), and I know only what I know (а я знаю только то, что знаю), and I must know thee of my own eyes for no coward (и я должна увидеть собственными глазами, что ты не трус)."

Negore made an impatient gesture (Негор сделал нетерпеливый жест).

"There be ways and ways (есть /разные/ пути и средства; way — путь; способ, средство; метод)," she added (добавила она). "Art thou willing to do no less than what Old Kinoos hath done (ты хочешь сделать не меньше, чем сделал Старый Кинус)?"

He nodded his head, and waited (он кивнул головой и ждал).