Она перевела свой пронизывающий взгляд на Марию, и та, кажется, слегка поёжилась.

— Маша. Что стоишь столбом? Обними уже мать. Мы почти два года не виделись, — совсем другим тоном произнесла графиня.

Истомина выдохнула, рванула вперёд и порывисто заключила графиню в объятия.

— Мама, я скучала, — сказала она.

Графиня деликатно высвободилась из рук дочери, будто невзначай проведя пальцами по коже протеза.

— Настолько скучала, что ни разу не приехала домой ни на праздники, ни на выходные? — графиня насмешливо сморщила нос. Вот откуда у Марии этот жест. — Впрочем, твоему жениху не стоит выслушивать наши перепалки.

Она снова повернулась ко мне.

— Подойдите поближе, молодой человек, не стойте в стороне. Вы уже почти часть семьи Истоминых, не ведите себя как бедный родственник.

Я шагнул вперёд, а её глаза наполнились эфиром. Это было в чистом виде эфирное зрение, без всяких печатей. У меня после инициации открылось такое же. Несколько секунд она молча и довольно бесцеремонно меня разглядывала, после чего обратилась к дочери:

— Что же. Выбор твой одобряю. Хоть и постфактум. На удивление гармонично развитый юноша. Роковой красавчик.

Ну привет, я вообще-то здесь стою и всё слышу! Однако прерывать графиню я не решился. Пусть думает, что я не только гармонически развитый, но ещё и воспитанный. Надо усыпить её бдительность. Графиня, вообще не стесняясь моего присутствия, продолжила:

— Отрекшийся от боярского рода. Но кровь Орловых хороша. Крепкий старинный род. Да и баронский титул для начала тоже не так и плохо.

— Мама! — фыркнула Истомина. — Прекращай обсуждать моего парня в его присутствии. Алексей всё равно от свадьбы не откажется.

— Но у меня есть один вопрос к вам, Алексей Григорьевич, — графиня совершенно проигнорировала дочь. — Что это за история со второй женой? Я не очень понимаю, как Мария с её характером согласилась на подобное. Но что двигало вами? Моя дочь недостаточно хороша для вас? Вам не хватает одной женщины? — Она улыбнулась улыбкой, в которой не было ни капли душевного тепла. Ой-ой.

— Один брак по любви, ваша светлость. Второй — по расчёту, — ответил я спокойно. — Если бы не второй брак, я бы не получил так быстро титул и не смел бы сделать предложение вашей дочери. Но это долгая история. Я удивлён, что Мария не поделилась ею с вами.

— Дождёшься от неё, — графиня зыркнула на дочь, как стилетом ткнула. — Я бы хотела услышать подробности от вас за обедом, если вы не против, Алексей Григорьевич.

«Если вы не против» прозвучало как: «А куда ты денешься». Понятно, кто в этой семье главнокомандующий и настоящий полковник. Я поклонился и, ни капли не кривя душой, произнёс:

— К вашим услугам, ваша светлость. Полностью в вашем распоряжении!

* * *

— Я уж думал, всё, Кабанчику нашему езда пришла-на. Хороший был ликвидатор, а стал говном червя!

Ветер прервался на то, чтобы отхлебнуть из кружки светлого пива.

Мы сидели с командой в очень приличном асадоре (мясной ресторан). Официально праздновали моё выздоровление. Пока я валялся в коме, Ветер не спал. Ребята под его руководством практически дочистили гнездо и сейчас делились охотничьими историями.

— Да жуть-нах просто, а не тварь, — поддержала его Заноза. — Четвёрки-черви — это ад. Глоть — и нет Кабана. Хорошо, что они парами не ходят.

— А ещё хорошо, что с Кабаном внутри он в дрянь нырнуть не смог, — поддержал Красавчик. — Я вообще предлагаю остальных четвёрок, если будут, так и отщёлкать. Закидываем туда Кабана на тросе. Как червь клюнул, можно хреначить!

Все заржали, а Кабан взял со стола стальной нож и согнул его в кольцо, глядя Красавчику в глаза.

— Хотя, я, конечно, не настаиваю! — торопливо, под смех остальных, открестился Красавчик. — Но приматывать к взрывчатке рыболовные крючки и закидывать конструкцию в пасть монстра мы всё равно не будем! Мы так эфириум не достанем, какой смысл, вообще, в охоте тогда?

— Смысл в том, чтобы сделать территорию гнезда полностью безопасной, — вмешался я. — Мне вся эта дрянь нужна для производства! Впрочем, от эфириума четвёрки тоже отказываться не стоит, здесь ты прав. Но, согласно монстр-мануалу Управления, их больше двух в одном гнезде не бывает?

— Обычно одна, — заявил Ветер. — Но то обычно. А могут и три быть, я помню такие случаи. И там точно пятёрка есть, гнездо старое, отожраться тварь должна была. Так что четвёрки мы разберём-на. А вот что из себя папа гнезда представляет и как с ним бороться-на… хрен его знает, боярин. Здесь одной наживкой из Кабана не обойтись.

— Есть вероятность, что вылезет, когда одну из четвёрок будете зачищать? — спросил я. — Может, нанять ещё пару групп? Или дождётесь меха, который собирают из обломков по моему заказу? Насколько я понимаю, пока мы пятёрку не упокоим, мелкие твари продолжат появляться? А мне не нужна смертность среди сборщиков.

— Я ж говорю, хрен знает. По-хорошему бы разведка нужна. Посмотреть на размеры твари. Спровоцировать пару атак имитаторами, поглядеть на способности. Но разведка пятёрок почти всегда гиблое дело, заканчивающееся смертью разведчика и потерей данных. Дронов же там не запустишь. Связи нет, фото не сделаешь…

— Насчёт дрона надо подумать, — заявила вдруг Заноза. — У меня недавно способность скакнула. Ну, типа уровень-хренуровень подняла. И там, короче, я могу защищать канал связи и хреновину на том конце ещё. То есть нормально могу рацию использовать, к примеру, и вторую держать. Ну и дрон ведь того… тоже как рация. Побольше, конечно, потяжелее будет. Но есть, в которых электроники минимум. Или магией защитить дополнительно. Тогда мне тока связь надо будет поддерживать. Надо только внутри гнезда испробовать. Дистанция там, то сё. Короче, вот!

— О, вот это крутая история-на! — заявил Ветер.

Ребята начали обсуждать эксперименты над Занозиной способностью, а я заново осмотрел свою команду эфирным зрением.

За месяц, что я провалялся в отключке, все они сильно подросли как физики и хорошо продвинулись в освоении встроенного эфириума. Несмотря на то, что я их не контролировал, очевидно, никто не филонил. Меня даже некоторая гордость разбирала.

Красавчик открыл воздух, как я и предполагал, и уже освоил выданный преобразователь. Так что красовался самым чистым от дряни гармониумом среди всех. Он, как я понял, обрёл способность испускать разъедающий всё туман, но пока ещё плохо контролировал площадь и направление поражения. Ну и Ветер учил его стандартным техникам воздушника, сколько сам знал.

Кабан виртуозно освоил своё силовое поле. Его даже демон-убийца своим специальным кинжалом не пробил. Собственно, так он и спасся, когда его проглотил червь-четвёрка. Врубил силовое поле и прорезался наружу, пока остальные добивали тварь.

Заноза максимально подошла к черте стихийника. Сразу после того, как вынесем пятёрку, её, Кабана и Свирель нужно отправлять на инициацию. Кабан, скорее всего, откроет землю. Ну и Свирель развита изначально лучше остальных. Её стихия будет, скорее всего, сильно зависеть от наследственности, но я ставлю на лёд. У меня и усилители для ледяного мага лежат нехилые. А с последней четвёрки ребята выбили усилок на землю.

— На пятёрку я с вами вместе пойду, учитывайте огневика в раскладах, — вмешался я в разговор. — И предлагаю прекращать разговор о работе! Мы с вами вроде чтобы отдохнуть здесь собрались. Рабочее совещание по тактике дочистки гнезда потом соберём. Вот нам вторую порцию мяса несут.

— Боярин дело говорит-на! Кто опять про дрянь и гнёзда начнёт канитель, оштрафую на сотку, — поддержал Ветер.

Весь остаток вечера мы болтали о ерунде, ели вкуснейшее мясо и пили пиво. А я почувствовал себя по-настоящему живым. Липкие тенета дурных видений отпустили меня окончательно только сейчас. Конечно, нужно будет проанализировать свои видения и понять, как их использовать. По заводу у Володина узнать что как. Переговорить с Волковым. Великую княгиню расспросить насчёт «меморандума восемнадцать».