Он чувствовал разломы. Мог убивать одним движением. Слышал чужие души. Мог исцелять то, что местные врачи назвали бы невозможным.

И всё равно… Когда Вика исчезла, он снова не удержал её руку.

Хас.

Внутри поднялась злость, такая холодная и тихая, после такой принимают бесповоротные решения.

Город вокруг был слишком тесным. Люди проходили мимо, не понимая, насколько тонко сейчас держится их привычная реальность. Не понимали — и это было к лучшему.

Он вновь прислушался к эфиру. Разлом открылся на короткое мгновение. Через него протиснулось несколько чужих и рваных душ. И среди них — она. Вика вернулась. Осталось подождать пока она выйдет с ним на связь, она у него очень предприимчивая и сообразительная.

Она снова была так близко, чтобы сорваться и схватить. Он поднял руку и провёл большим пальцем по царапине. Кровь выступила ярче. Мало. Связь телом слишком слаба.

На Элтаэ этого почти хватало. Его тело отзывалось на её тело, предупреждало, тянуло, горело. Почти хватало. Но “почти” однажды уже стоило ей жизни.

Тело можно утащить. Пространство можно разорвать. Печать можно обойти, он ведь жил с ней все это время, пока на ней была чужая брачная вязь.

Но как оказалось, хранитель мог забрать то, что когда-то связал с собой по праву чужого мира. Сеичи остановился. Теперь он не станет ждать, пока очередной закон, очередной бог, очередная воронка или хасов эльф решат за них.

Вика будет злиться, очень, назовёт это предательством. Снова скажет, что он решил за неё. Что спрятал правду. Что не имел права. Возможно, будет права.

Но мёртвая Вика уже не сможет ни злиться, ни кричать, ни бросать в него книги. А живая — сможет. Значит, пусть лучше ненавидит.

Сеичи медленно выдохнул. Он больше не свяжет их только телами, он сделает это глубже. Так, чтобы ни один мир больше не смог забрать её первым. Он повернул голову на восток.

Там был слабый след, тоньше волоса, но он уцепился за него всей своей сутью.

— Потерпи, — беззвучно произнёс он.

И вызвал такси.

ВИКА

Портал выплюнул нас на окраине города, в поле. Просто замечательно.

С одной стороны — не торговый центр и не автобусная остановка, где люди получили бы бесплатное шоу «император-змей с окровавленным эльфом на руках». С другой — поле, ветер, какие-то гаражи вдалеке и я, стоящая посреди всего этого великолепия с видом человека, который очень хочет домой, но домой всё никак не заканчивается.

Император вышел следом, слава всем местным и неместным богам, на ногах.

Выглядел он всё равно так, будто его выпустили из дорогой исторической дорамы, где все слишком красивые, слишком опасные и прямо сейчас собираются завоевать соседнюю провинцию или сёгунат. Выбирайте, что предпочтительнее.

Нет, всё, мозг, ты держись. Потом упадёшь.

Сейчас главное — Сеичи. Я судорожно полезла в карман за телефоном и чуть не расплакалась от счастья, когда пальцы нащупали родной прямоугольник.

Вот она, главная привычка современного человека: хоть в другой мир, хоть в храм, хоть на разрыв брачной вязи — телефон всё равно с собой. На Элтаэ он был бесполезен как кирпич с красивым экраном. Зато здесь…

— Давай, родной, не подведи, — прошептала я, включая экран.

Батарея: двадцать восемь процентов. Я едва не поцеловала телефон.

— Жить будем.

— Что это? — резко спросил Дахор.

— Моя связь с цивилизацией, не отвлекайте.

Я быстро проверила сеть. Не роуминг.

Господи, да я дома. В смысле не совсем дома, но в своём мире, в своём городе, с нормальным оператором, интернетом и шансом не объяснять прохожим, почему мужчина в странной одежде держит на руках истекающего кровью эльфа.

Геолокация открылась не сразу. Несколько секунд телефон думал, видимо тоже переживал духовную травму после путешествия между мирами.

Потом карта прогрузилась.

— Отлично, — выдохнула я. — Мы на окраине. До города минут двадцать, если без пробок. Если с пробками — успеем состариться, умереть и переродиться.

За спиной послышался резкий вдох, я обернулась. Кровавый змайс смотрел не на город, а на свою ношу, лицо его стало каменным. Совсем. Это был плохой знак, очень плохой.

— Что?

— Сссердце сбиваетсссся, — сказал он.

У меня внутри всё ухнуло.

— У кого сердце?

Глупый вопрос. Ну конечно не у меня. Хотя моё тоже уже работало в режиме “последний день распродажи”. Итой дёрнулся в его руках, едва заметно, но кровь снова пошла сильнее.

— Нет-нет-нет, — забормотала я, уже открывая контакты. — Только не вздумайте тут героически умирать. У меня уже нет моральных сил на ещё одну смерть с драматическим подтекстом.

Сеичи ответил почти сразу.

— Вика.

От одного его голоса у меня подкосились колени. Вот серьёзно.

— Я здесь, — выпалила я. — Я вернулась. Меня выкинуло на окраину города. Поле, гаражи, какой-то склад справа, я сейчас скину геолокацию. Со мной ваш элтайский император с телом эльфа в подмышке... Внутри, кажется, Даша. Она умирает. Или тело умирает. Или оба варианта сразу. Я не знаю, Сеичи, просто приезжай!

На той стороне на секунду стало слишком тихо.

— Ты ранена? — как всегда его волновало только это.

— Царапина, — быстро сказала я. — Неважно.

— Вика.

— Не начинай! Правда неважно! Тут эльф с дырой в груди, а у меня царапина. Приоритеты, пожалуйста!

Наг за моей спиной и по змеиному прошипел:

— Быссстрее.

Я зажмурилась.

— Слышал? Даже его императорское страшнейшество просит поспешить. А он, между прочим, не похож на существо который часто просит.

— Скинь точку, — спокойно сказал Сеичи, все ясно, внутри у него уже всё превратилось в лёд и начало точить ножи.

— Скидываю.

Пальцы дрожали так, что я два раза промахнулась по экрану.

— Да чтоб тебя… — прошипела я. — Сейчас. Сейчас.

Геолокация ушла. Я тут же включила громкую связь, потому что держать телефон у уха и одновременно следить, чтобы у нас тут никто не умер, было выше моих возможностей.

— Получил?

— Да.

— Ты далеко? — поспешно спросила, чтобы хоть как-то приглушить тишину и отвлечь его отв кровожадных мыслей.

— Нет.

Конечно. Очень информативно.

— Сеичи, мне нужно чуть больше конкретики, чем “нет”. У нас тут, знаешь ли, не пикник.

— Я еду.

Я оглядела поле.

— Ты как сам, нормально?!

В трубке послышалось короткое шипение, не человеческое.

— Не ссовссем. — благоразумно решила не уточнять.

Вообще никогда больше ничего не уточнять — прекрасная жизненная стратегия. Император опустился на одно колено прямо в траву и осторожно положил тело Итоя на землю. Слишком осторожно для существа, которое могло бы одной рукой снести стену.

— Ему нельзя лежать на холодном! — выпалила я.

Он поднял на меня злой взгляд.

— Тогда предложи лучше.

Я оглянулась. Поле. Трава. Мусорный пакет у куста. Какие-то доски возле старого забора. Прекрасный выбор. Пятизвёздочная реанимация на свежем воздухе.

— Сейчас.

Я сдёрнула с себя куртку и бросила на землю.

— Кладите на это. Хоть что-то.

Император ничего не сказал, просто переложил тело. Кровь тут же начала впитываться в ткань. Куртка была новая. Очень жаль. Хотя, если честно, куртка сейчас занимала где-то восемьсот сорок седьмое место в списке моих проблем.

Через сорок минут, когда прибыл Сеичи на такси, я поняла, что сейчас главное — очень быстро сказать правильные слова.

— Я жива, — выпалила я. — Ругаться потом. Спасать сейчас.

Позади таксист, уж очень настороженно наблюдал за нашей композицией, издалека. Сеичи остановился рядом. Его взгляд скользнул по мне ещё раз, как будто он проверил не только кожу, но и всё, что под ней.

Потом он перевёл взгляд на моих спутников.

— Отойди. — это он уже сказал императору, пиетета за ним не наблюдалось.

Дахор даже не шелохнулся.