Удар.

Два тела, пронзённые насквозь сверкающим кристаллом. Его. И Виктории — под ним. Два взгляда. Две жизни. Они встретились в этот миг.

Пещерный грот вспыхнул белоснежным сиянием, ослепив всех, кто находился внутри.

Эльф зашёл в грот, когда Даард вытаскивал сталактит из распластанной на земле парочки. Судорожный вдох Виктории — и со спины Сеичи хлещет кровь.

— Ссспассси её… — прошипел советник, подавляя антипатию.

Он не знал, как подступиться. До дрожи в пальцах ему хотелось вырвать её из рук целителя.

Но он понимал: сейчас только этот белый змайс способен её спасти. И никто не заинтересован в этом больше, чем он.

Группа захвата старалась не смотреть на происходящее. Они поспешно уводили задержанных. Ситуация была непонятной. Щуплый змеёныш на руках у целителя…

Их командир утверждал, что этот «студент» — на самом деле женщина. Сэйра советника. В это трудно было поверить. Но если это правда… судя по поведению советника — правда.

Им лучше исчезнуть. И как можно быстрее. А если хватит ума — вместе с семьями покинуть страну. Потому что последствия их промаха будут… катастрофическими.

Стоять рядом с разворачивающейся драмой остаются некогда два друга.

— Сеичи… мне… холодно… — прошептала Виктория.

Кровь стекала с её губ.

— Тшшш… Вика… молчи… слышишь?.. сейчас… сейчас… я тебя исцелю… — шепчет целитель.

Дар откликнулся. Но не так. Вопреки его воле энергия устремилась к нему самому. Рана на спине начала затягиваться.

Он стиснул зубы, пытаясь перехватить потоки. Направить их к ней. Отдать ей всё. Но сила не подчинялась. Снова и снова возвращалась к носителю. К нему.

— Против магических законов не пойдёшь. Прервать исцеление носителя невозможно. Ты лишь теряешь время… Отпусти её.

На эльфе сошлись два взгляда. Ненавидящих. Это был единственный момент, когда белый и чёрный змайсы оказались по одну сторону.

— Ты сссзнал… что так и будет? — разъярённо прошипел советник.

— Она не принадлежит этому миру. Её смерть закономерна. Элтаэ не принимает чужих.

В этот момент взгляд Виктории стекленеет. Слова эльфа становятся приговором.

— Не посссзволю! — сорвался Сеичи, встряхивая безвольное тело.

Крик разорвал пространство. Их обоих накрыло коконом энергии. Свет — ослепляющий. Тьма — позволяющая увидеть.

Увидеть, как исчезают двое. Влюблённые.

Время для оставшихся бывших товарищей застыло. И сталактиты, которые зацепило магическим всплеском, начинают дрожать. Вспышка света сменилась тьмой.

Вне времени. Вне пространства.

— Отдай… Матушка Тьма… — раздался голос целителя.

Его дух сиял белизной, рассеивая мрак бесконечного загробного мира.

— Ты знаешь законы равновесия.

Голос прозвучал отовсюду и ниоткуда одновременно. Перед ним не было никого. Только тьма.

— Знаю. Я готов пойти вместо неё… в твои чертоги.

Он был готов на всё. Лишь бы вырвать Вику из смерти. Невидимый вихрь прошёл сквозь пространство, едва коснувшись его.

— Ты никогда не приходил ко мне. Тебе не интересно, что тебя ждёт?

— Это не имеет значения. Моя жизнь — взамен её.

Он неотрывно смотрел на белоснежную жемчужину, что содержала душу Виктории и висела в воздухе над его головой.

— Уверен?.. — прозрачная рука возникла из тьмы и легко подбросила хрупкую сферу.

Сердце Сеичи замерло. Одно движение — и её не станет.

— Уверен, Матушка Тьма… — он не отвёл взгляда.

Этот обмен был поистине опасным, ведь никому не известно, как с ним могла поступить богиня. Покой которой он посмел нарушить в жизненно важный для него момент.

— Да будет так.

Пауза, заставившая ритм его сердца сбиться, и богиня продолжила:

— Будешь хранить реку забвения три тысячи схождений звёзд Элтаэ.

На такой исход он даже не смел надеяться. Всё же его дар всегда шёл вразрез со стихией богини, и лишь в редких случаях он использовал свой дар для умерщвления.

— Принимаю, Матушка. — с учтивостью поклонился целитель.

Взмах призрачной руки — и окровавленный рядом с телами кристалл растворяется в воздухе. Два тела, соединённые смертью, разъединяются и плавно опускаются на землю.

Душа человеческой девушки, завязнувшая в пространстве и готовая отправиться на перерождение в свой мир, возвращается в тело. Тело белого змайса в этот момент в последний раз оплетает хвостом самое дорогое на этой земле.

Сияние в гроте исчезает. Тем, кто успел прийти в себя после слепящего света, открывается картина: лежащая на земле сэйра советника и белоснежный прах, в который превратился из ниоткуда взявшийся целитель.

Сам советник не мог ответить на вопрос, что он при этом почувствовал: сожаление, облегчение? Он просто поспешил оттолкнуть эльфа со своего пути и на ослабшем хвосте пополз к своей хранимой. Дрожащими руками поднял её лёгкое тело, не удержав облегчённого вздоха. Она жива.

О её ранении напоминала только рваная дыра на одежде в районе солнечного сплетения. Он унёс безвольное тело из подземного грота.

— Я ссс тобой посссже расссберусь… — шипит за спину, стремясь поскорее покинуть грот, пока там всё не обвалилось окончательно.

Никто не видит душу Сеичи, с тоской взирающего на эту картину, и тень богини, стоящую рядом.

— У меня такое чувство, что всё специально подстроено, — задумчиво проговорил целитель. Хоть он и был рад, что Виктория выжила, его не покидало странное ощущение: слишком легко прошёл обмен.

— Ты всегда был умным мальчиком, — не стала отпираться богиня.

— Но почему?.. — голос дрогнул. — Я не понимаю…

Осознание рвало изнутри. Ему предстояло уйти. Оставить ту, что пробудила его.

— Твоё появление в этом мире — моя ошибка.

Пауза вывела его из задумчивости и заставила прислушаться.

— Ошибка, которая привела к войне. Последствия пытались исправить через тебя. Через твою душу. Я не раз пыталась забрать тебя с Элтаэ. При рождении. В детстве. Ты каждый раз находил причину вернуться. Тогда я поняла: ты должен захотеть уйти сам. Только так твоя энергия покинет этот мир.

Сеичи медленно выдохнул.

— Значит… любовь.

Заставить меня уйти через неё. Хитро. Когда любишь — отпускаешь.

— Верно.

— Но… зачем я вам? — на этот раз в его голосе не было отчаяния.

Только желание понять.

— Потому что ты мой сын. Ты развил свои способности слишком быстро и продолжал их развивать. Ещё немного — и раскрыл бы их полностью. Чего допустить было никак нельзя, материя, из которой состоит Элтаэ, этого не выдержит…

СЫН РАЗРУШЕНИЯ, родившийся в семье целителей… У Создателя явно отменное чувство юмора.

Богиня тем временем продолжила:

— Твоя оболочка скоро стала бы не способна сдерживать огромное количество первозданной энергии. Так что лучше тебе уйти добровольно сейчас, чтобы сохранить то, что тебе дорого. Иначе весь Элтаэ превратится в пыль, и ты в любом случае её потеряешь.

— Темнейшая…

— Не переживай. Твоя первая любовь будет жить, я за этим прослежу. А сестра возглавит род. Это событие восстановит равновесие и баланс. На Элтаэ вновь наступит гармония. Простись с ней как следует.

Горло душил спазм. Невидимый хвост никак не желал отпускать желанную добычу. Возлюбленную, за которую он даже не успел побороться. И которая через несколько столетий уже не вспомнит о нём.

Но он всё же был благодарен Судьбе за то, что встретил её. И желал лишь одного — чтобы она была счастлива.

— Спасибо… — невидимый поцелуй в чело на секунду очнувшейся девушки и ласковое: — Прощай…

— Идём… — и оба растворяются в воздухе.

Дух Сеичи, успокоенный тем, что Виктория будет жить уходит. И не видит, как растворяется ее тело на руках у советника, стоило тому выйти за территорию лабиринта.

– Итооооой! – запрокинув голову к каменному своду во всю мощь лёгких закричал Даард.

Глава 48. РАЗРУШИТЕЛЬНАЯ

— Зачем так орать? Я позади тебя и отлично всё слышу, — приговорил Итой, выходя из лабиринта и отряхиваясь от пыли.