Я смотрела на неё и не понимала. В моей голове это никак не укладывалось.

— Ты хочешь сказать… — голос предательски дрогнул, — она сама?

— Конечно, — пожала плечами старушка. — Кто ж за неё выбирать будет?

По спине пробежал холод. Картинка на площади снова встала перед глазами. Одна женщина. Толпа суетливых мужиков. Их движения. Те же руки.

И вдруг у меня в голове как будто кто-то повернул линзу. Она была не жертвой, а выбирающей.

Я сглотнула. Абсурд какой-то.

— Зачем?.. — только и смогла выдавить.

За-Алет усмехнулась.

— Ты всё ещё думаешь, что твой мир — единственный правильный?

Я промолчала.

— На Элтаэ одна женщина на пятерых мужчин, — продолжила она спокойно. — А если учитывать другие расы — ещё меньше.

Она вернулась к травам, будто речь шла о погоде.

— Так что да. У женщин здесь есть выбор.

Выбор.

Я сжала губы.

— И они… вот так?..

— А как им ещё выбирать? — пожала плечами старушка. — По глазам смотреть? Или по тому, как он корову доит?

Я нервно усмехнулась. Смех вышел пустым — скорее нервным.

— Понравился — остаётся с ним, — продолжила она. — Не понравился — идёт дальше. Раз в пять лет можно сменить покровителя.

Пять лет. И так каждые пять лет… Мать моя женщина.

Я медленно провела ладонью по лицу.

— И это… нормально?

— Это — наш мир, — спокойно ответила За-Алет.

Наш. Не мой. Я отвернулась.

В голове всё путалось. Картина на площади уже не казалась такой однозначной. Но легче от этого не становилось. Наоборот. Становилось хуже. Потому что если это не насилие… то что это тогда?

Я вспомнила, как она лежала. Как двигалась. И не сопротивлялась. Молчала. Даже в тот момент, когда к ней подошёл охотник Венс. И не смогла ответить себе на этот вопрос.

— У других рас иначе, — будто между делом добавила За-Алет. — Драконы и змайсы, например, собственники. Их женщины выбирают долго. Очень долго.

Она покосилась на меня.

— Ты бы к ним подошла. С твоим-то характером.

Я не ответила. Слова застряли где-то внутри.

— Ошибёшься — мучиться будешь всю жизнь, — продолжила она. — У них не убежишь. Запрет.

Она вдруг замолчала. И взгляд её на мгновение потускнел.

— Как у моей Ма-Анэт…

На имени дочери старушка тяжело вздохнула. Она искренне была убеждена, что её запер муж — и поэтому та так долго не приезжает. За всё время, что я жила со знахаркой, её дочь ни разу не объявилась. Ни письма. Ничего.

Я даже думала, что никакой дочери нет… пока не нашла аккуратно сложенные письма в шкатулке. За-Алет иногда доставала их из прикроватного сундука и перечитывала.

Я посмотрела на неё. На морщинистое лицо. На руки, которые вдруг замерли. Её дочь, которая не приезжает. Которая, возможно… Я отвела взгляд.

В груди неприятно заныло. Мы сидели молча. Слишком долго. Мысли сами потянулись туда, куда я все эти годы старалась не смотреть.

Дом. Мама. Она ведь тоже ждёт? Пишет? Надеется? Я стиснула зубы. Нет. Хватит. Не буду думать. Я сама сделала выбор — не жить прошлым. Но почему тогда сейчас так… Пусто?

Я опустила взгляд на свои руки. Грязные. Чужие. Не такие, как раньше… ухоженные.

И вдруг очень чётко поняла: Я здесь чужая. Не просто по телу. По всему. По мыслям. По тому, что для меня нормально, а что — нет. По тому, что я не могу принять то, что видела на площади.

И, возможно… не приму никогда.

ГЛАВА 3. ПОМОЧЬ УМИРАЮЩЕЙ — ЗВУЧАЛО КУДА БЕЗОБИДНЕЕ

За-Алет стала сдавать.

Сначала это было почти незаметно. Она всё так же сидела на своём покосившемся крыльце, перебирала травы, ворчала на меня за нерасторопность и время от времени уходила мыслями куда-то далеко.

Но всё чаще именно мне приходилось следить за запасами в кладовой. От этого напрямую зависело наше пропитание.

Силки я так и не освоила. С охотой у меня отношения не сложились — максимум могла не спугнуть зайца раньше времени. Так что травы, коренья и редкие обмены в деревне стали нашей единственной опорой.

Настойки мы всё ещё делали вместе.

Она перебирала ингредиенты, я варила. Ей оставалось лишь добавить в конце каплю маны. Но даже это давалось ей с трудом. Постоянно стоять над котлом сил не хватало — как она сама сказала в один из редких моментов ясности. Про концентрацию внимания вообще молчу. Я уже знала: магия не терпит небрежности. Её нужно вплетать в процесс, а не бросать сверху, как приправу.

Качество зелий падало. И это пугало больше, чем я готова была признать.

Однажды ночью я проснулась от её стона. Резко. Как от удара.

Села, вгляделась в темноту и увидела, как За-Алет мечется по постели. Дыхание сбивалось, тело выгибалось, пальцы судорожно цеплялись за ткань.

Я подскочила к ней и приложила ладонь ко лбу. Она была горячая. Слишком. У неё был жар. В этот момент я испугалась по-настоящему.

— За-Алет… — голос предательски дрогнул. — Что с тобой?

Она не ответила.

— Подожди… сейчас… сейчас я настойку найду…

Я металась по землянке, на ощупь пытаясь найти огниво. Руки дрожали, мысли путались, дыхание сбивалось.

— Сейчас… сейчас тебе станет легче…

Я запаниковала. Я ведь не маг — все настойки слабые. Как люди вообще выживают в таких условиях? Так сгореть заживо можно. И помощи ждать неоткуда. Какой из меня помощник?

Я как могла отгоняла мысли о её скорой смерти. Бесполезно. Они всё равно лезли в голову. Её рука вдруг легла мне на плечо. Сжала. Крепко. Слишком крепко для умирающей.

Я замерла. Так цепляются не за человека. Так цепляются за последний шанс. В груди что-то оборвалось.

— Не суетись… — прохрипела она.

Лунный свет, пробившийся сквозь крошечное окно, скользнул по её лицу. Под кожей проступали тонкие белёсые нити вен, будто что-то изнутри пыталось прорваться наружу.

— Не поможет.

— Нет… — я замотала головой, всхлипнула. Горло сжало спазмом. — Ты не можешь…

— Оттягивать больше нельзя, — каждое слово давалось ей с усилием. Было видно, как ей больно. Смерть красивой не бывает. Тем более такая. — Мой час пробил.

— За-Алет… — голос сорвался, я ревела, вцепившись в рукав её ночнушки. — Я не могу тебя потерять…

Я держалась за неё, как ребёнок.

— На кого ты меня оставляешь? Я… я не готова…

— Ничего, — в её голосе вдруг снова появилась привычная твёрдость. — Ты умная. Справишься. Опыт приходит со временем.

Я отрицательно качала головой, не слушая. Не принимая.

— Тихо! — резко оборвала она.

И в этот момент я поняла: даже сейчас, на грани, она сильнее меня.

— Слушай внимательно. Мне нужна твоя помощь.

Я судорожно кивнула.

— Да… да, конечно… что нужно?

Я была уверена — сейчас она скажет, как её спасти. Как остановить это.

— Я передам тебе свой дар.

Я ожидала чего угодно. Но не этого.

Слова ударили. Я замерла.

— Иначе… — она тяжело вдохнула, — моя искра сгорит. И перерождения мне не видать.

Я моргнула.

Где-то на краю сознания всплыли старые сказки. Ведьмы, передающие силу перед смертью. Проклятия. Наследие.

И вдруг стало не до сказок.

— Ты поможешь? — спросила она.

Я сглотнула.

— Разве… так можно?

Перспектива обзавестись магией могла затуманить разум. К страху остаться одной добавилась совесть. Она скручивала изнутри моё мелкое сердце в узел.

— Нет, дурёха, — слабо усмехнулась она. — Ты не моя кровь.

И странно… облегчение пришло быстрее, чем стыд.

— Есть обходной путь. Ты станешь носителем. До тех пор, пока не найдётся наследник крови.

Я нахмурилась.

— И… что для этого нужно?

— Твоё согласие.

Я не колебалась.

— Да.

Слишком быстро. Слишком легко. Но тогда я думала не о последствиях.

Я думала о ней.

— Возьми меня за руку, — прошептала За-Алет. — И задержи дыхание.

Она раскрыла ладонь.

Я вложила свою. Сделала глубокий вдох. Задержала дыхание.