Мы все шли и шли по улице казавшейся мне бесконечной. Алена напряженно всматривалась в дома, что мы проходили, пару раз нам пришлось возвращаться назад, один раз завернуть в какой-то закоулок из которого впрочем, мы почти сразу выбрались

— Может быть стоит спросить у кого- ни будь, где проживает эта твоя Любовь Ильинична? Наверняка она здесь человек известный. А то мы так, пожалуй до ночи ходить будем. И еще чего доброго вернемся не солоно хлебавши.

Алена в ответ лишь раздраженно махнула рукой.

Наконец мы вышли к небольшому домику, окруженному небольшим садом и огражденному новым, поставленным видимо совсем недавно забором из штакетника.

— Кажется здесь, -сказала Алена всматриваясь в домик,- да я уверена это здесь. Пошли! И главное забыла тебе сказать. Если Любовь Ильинична захочет нас принять, ты помолчи пожалуйста. Говорить буду я. Понял?

— Да понял, понял, не дурак. Могла бы и не говорить мне этого,- недовольно пробурчал я.

Алена открыла калитку и мы вошли в маленький и какой-то уютный дворик. Сомова поднялась на крыльцо, поискала звонок, и не найдя его занесла было руку для того, чтобы постучать в дверь. Но тут раздался звук открываемой задвижки, дверь распахнулась и в ее проеме я увидел невысокую, полноватую женщину, с приятным лицом, в возрасте где то 50+.

— Входи Аленка, входи, сказала Любовь Ильинична ( я сразу почему то понял, что это именно она),- и ты Виктор заходи. Я же говорила тебе Аленка, тогда, что придешь ко мне еще раз молодой, и с молодым мужем. Да ты видно не услышала. Вот ты и пришла.

Мы прошли через маленькую террасу с низким потолком, Любовь Ильинична, открыла нам обшитую дерматином дверь, и мы оказались в небольшой скромно обставленной горнице. Из обстановки бросалась в глаза голландская печь в углу, круглый стол в окружении нескольких венских стульев, старый сервант и еще стеллаж битком набитый книгами. К своему удивлению я кажется даже заметил комплекты журнала «Наука и жизнь». Слева виднелась приоткрытая в другую комнату дверь.

Любовь Ильинична усадила нас за стол села сама и еще раз оглядев нас сказала:

— Ну здравствуй Аленка! Рада тебя видеть. А муж у тебя ничего. Красивый!

— Виктор, не муж мне…пока- откашлявшись сказала Алена.

— Муж, муж. Не сомневайся. Это раньше у тебя мужей не было. Те с кем ты жила и не мужья тебе вовсе были. А этот муж. Я сразу как увидела, поняла. А то, что в ЗАГС пока не сходили, не велика беда. Сходите еще. Нашла ты значит свою половинку. Поздравляю тебя!

Все это звучало для меня как-то сюрреалистично. Я даже не знал, что сказать и как вообще реагировать на все это. Поэтому предпочел помалкивать (пока во всяком случае) и предпочел молча оглядываться по сторонам и рассматривать комнату в которой мы оказались.

— Ты в прошлый раз, когда была у меня уж больно печально и устало выглядела. Знаю очень большие заботы у тебя были. Ну, что помогли тебе мои советы?- продолжила Любовь Ильинична.

— Да, спасибо вам большое Любовь Ильинична, — каким то сдавленным голосом ответила ей Алена,- все тогда благополучно завершилось. Намного лучше чем я рассчитывала. Я ведь вас толком и не поблагодарила тогда. Уж простите меня.

Любовь Ильинична рассмеялась и замахала руками.

— Да куда уж не поблагодарила! Помню. Продуктов навезла, мне чуть ли не на полгода хватило, да долларов этих сунула. А куда мне старухе доллары эти? Сама подумай! Хорошо племяш мой помог обменять их по выгодному курсу, а то бы так и лежали бы у меня эти самые доллары до второго пришествия.

— Ничего себе старуха,- подумал я,- ее бы приодеть как следует, да макияж наложить получше и она еще ого-го будет! Через двадцать лет такие вот ' старухи' себе молодых любовников заводить будут.

— Ну а с Артуром злыднем этим разобралась ты? Не много он тебе зла причинить успел?

— С Артуром? А разве…- вид у Сомовой стал таким, как будто она только, что подавилась рыбьей костью,-да нет! Я когда к вам приходила еще никакого Артура в помине не знала. О нем и разговора то никакого не было! И с чего это он злыдень? По моему очень приличный мужчина. Вот только не вышло у нас с ним ничего. Дети помешали. Я потом долго об этом жалела.

— Не помешали они тебе, а спасли. А злыдень он самый настоящий. Он с любовницей своей хотел бизнес у тебя отобрать, а тебя либо убить, либо в психушку сплавить. Так, что спасли тебя твои дети. Разглядели в нем злодея.

— С любовницей?- глаза у Алены стали буквально размером с чайное блюдце,- с какой любовницей? Вы, что то путаете. Артур очень порядочный мужчина. Не было у него никакой любовницы!

— Была. И много лет. В фирме твоей работала. Екатериной Глинской ее звали. Помнишь такую?

— Катя⁈- глаза Алены кажется еще увеличились в размерах, хотя я даже не предполагал, что такое вообще возможно,-нет Любовь Ильинична, вы, что то путаете. Катя несколько лет была моей правой рукой. Я ей всецело доверяла. Да какая же она любовница, когда именно она меня с Артуром то и познакомила!

— Вот для этого она тебя с ним и познакомила. Чтобы обворовать, а потом убить. Исчезла бы ты Аленка и никто бы тебя никогда не нашел. А на всякий случай у них еще врач-психиатр имелся на примете, дядя этой Глинской. Если не убили бы они тебя, так в психушку бы отправили. У них уже все подготовлено было. Вышла бы ты из психушки, а у тебя ни кола, ни двора. Все бы этим мерзавцам бы досталось. Дети тебя от этого и уберегли. Не поверили они Артуру этому.

— Да. Действительно они, очень негативно реагировали на него,- задумчиво сказала Алена,- особенно Сонечка. Ей в присутствии Артура просто напросто плохо становилось. Как он ни бился, как ни старался подружиться с ними, все напрасно было. Я грешным делом думала, что они просто ревнуют меня к Артуру. И Катя вскоре после того, как у нас с Артуром отношения закончились, как-то внезапно уволилась из моей фирмы. Я тогда еще этому очень удивилась. Долго уговаривала ее остаться, обещала оклад повысить, но все было напрасно.

— А Бог с ним с этим Артуром,- махнула рукой Любовь Ильинична,- плохой он был человек, скверный. И жизнь свою погано закончил. Убили его. За долги убили. Он бандитам много задолжал, а отдавать не захотел. Ну его и убили. Вывезли за город и забили бейсбольными битами. А Катьку любовницу его на круг пустили. И квартиру у нее отобрали и все деньги. Безо всего она осталась. Вот почему и говорят не рой другому яму.

— Какой ужас!- еле слышно прошептала Алена, — а я все думала, куда же он исчез. Посчитала, что уехал в другой город. И Катя тоже исчезла. В ее квартире другие люди поселились. А оно вон как все обернулось. Все таки я не могу поверить в это. Ладно Артур! Но Катя! Я же ее своей подругой считала! Зачем ей было нужно все это? Она же не бедствовала.

— Эх, Аленка, добрая твоя душа! Пригрела из за доброты своей змею на свое груди! Но ничего не убивайся ты так. Все прошло уже. И Артур этот с Катей твоей получили по заслугам своим.

— Любовь Ильинична, а почему вы мне сказали все это, тогда, когда я приходила к вам в первый раз?- спросила Алена.

— А ты бы поверила мне? Я тебе сказала, что ты ко мне еще раз придешь, со своим молодым мужем. А ты, что? Посмеялась только. Да и думать об этом забыла. А пришла все равно. И сама молодая и муж твой не старый. Да потом у тебя тогда другие заботы были, куда серьезней. А с этими ты и без моей помощи справилась.

Честно говоря слушая весь этот разговор я не знал, что и думать. Конечно, события произошедшие со мной за последние несколько месяцев, заставляли признать, что в нашей жизни все- таки находится место чудесному. Но то, что слышал сейчас было слишком даже для меня нынешнего. Порой мне начинало казаться, что я становлюсь жертвой какой-то изощренной мистификации, устроенной кем-то с неизвестной мне целью.

— А ты, что скучаешь Виктор?- обратилась ко мне Любовь Ильинична, — думаешь наверное, что жена твоя, да бабка эта разыгрывают тебя? Договорились заранее и разыгрывают. Только не можешь сообразить, зачем им это понадобилось.