— Останови это. — В голосе Курьера мелькнули нотки легкой паники.

В ярко-синем небе, расчерченном полосами дыма, вспыхнул шар огня. Обломки «крыльев» черными птицами рассекли воздух. Подход Лаони себя оправдал. Михаил приподнял голову над укрытием. Солдаты торопливо одевались…

— Не понял. — Четрн усмехнулся. — Лаони…

Он не договорил. Мистерия сидела, удивленно глядя перед собой. Лицо ее напоминало белесую маску, из уголка губ стекал ручеек крови.

— Лаони… — Отбросив винтовку, Чет беспомощно повел руками. Коснулся женщины… Она медленно повалилась лицом на камни.

Михаил быстро отвернулся: затылок Мистерии превратился в кровавое месиво.

Интерлюдия 5

Над пешеходным транспортером улицы черными всполохами стелился ураганный ветер. Он выл, грохотал и ревел точно огромный яростный зверь. В хаосе огня рухнула фронтальная часть одного из зданий, позволив буре вырвать мебель из офисных блоков… Кувыркался среди поваленных деревьев гравитолет. Время от времени его поднимало над тротуаром, чтобы через десяток метров вновь швырнуть на бетонку. После нескольких скачков машина взорвалась, расплескав по улице фиолет разрядов, — не выдержали энергонакопители двигателей.

Жарким пламенем вспыхнул пластик будок муниципальных коммутаторов. Вихрь хаоса закружил языки огня и медленно — по спирали — втянул в себя. "Красиво" — Эльза медленно отстранилась от окна. Зрение частенько подводило, но истинную красоту от нее не скрыть.

— Мама! — ворвался в полупустую комнату крик. Высокая, растрепанная женщина в комбинезоне техника появилась на пороге. — Я так и знала. Вся семья в убежище!

— Правильно. — Эльза провела рукой по коротко остриженным седым волосам. Поворачиваться к дочери она не спешила. — Беги к отцу.

— Я не оставлю тебя здесь!

— Не волнуйся, мне не дадут умереть.

— Кто?! Кто не даст тебе умереть?! — Дочь вцепилась в дверной косяк, здание ощутимо тряхнуло.

— Он. — Эльза коснулась рукой холодного стекла. Посмотрела на пальцы. Точно во сне исчезли по-старчески выпиравшие вены и жилы, пальцы вновь стали тонкими и изящными… Они с легким трепетом накрыли мужскую ладонь. И не было вокруг умиравшего города, а был полутемный кинозал лайнера и Мик — ее вечный защитник — улыбался ей.

Глава 11

Тишина. Мертвая.

— Почему… — прошептал Михаил. Его черное от грязи и крови лицо исказилось от боли.

— Нет. — Четрн прижал Лаони к груди.

— Выстрел сзади, — сказал Ор.

Слова Защитника медленно доходили до одурманенного разума Михаила. Стреляли в затылок, и явно не из ливирта. Если прикинуть траекторию выстрела… Прорычав что-то невразумительное, Настройщик сорвался в бег.

— Куда? — удивился Ор. Глянув на безучастного ко всему Чета, на яростную орду барготов, он перехватил поудобнее «Малютку Санди» и прицелился. У него своя часть работы — не дать друзьям умереть.

Обогнув остатки центрального купола, Михаил громадным скачком перебросил себя на бывшую ограду форта. Морг-наблюдатель оглянулся на шум и торопливо схватился за снайперскую винтовку. Его догонял демон, полыхавший багрянцем.

Удар пули добавил Михаилу прыти. Одним рывком он преодолел очередной каменный барьер, врезался в противника и прижал к земле.

— Умри, скот! — Кулак димпа превратил голову врага в месиво. Морг отбыл, а ярость осталась — ярость способная подавить здравые и светлые мысли, отринуть великую цель и наплевать на планы Средоточия. Сжаться в ослепительную точку… и вернуться к родне.

— Ты достал их? Достал?! — спросил Четрн.

— Да, — ответил Михаил, падая рядом с Ором.

— Лаони… — Голос у Курьера неуловимо изменился. Женщина медленно исчезала у него на руках: ее тело стало полупрозрачным, нереальным… Короткая вспышка белого света обратила Мистерию в ничто.

— Она вернется, — нарушил тишину Ор.

Михаил подавленно молчал; смерть творения Импульса он видел впервые. По словам Т'хара выходило, что димпы, как правило, возрождались, но… смерть — всегда смерть.

— Я тут посчитал… — тихий голос Курьера пугал. — Мне лишнего не надо, Мик…

— Не вздумай…

Четрн медленно поднялся на ноги и зафиксировал цели. Разряд опалил ему волосы, но он не заметил этого. Первая самоходка свечой унеслась в небо, за ней последовали аэродеструкторы… Барготы, размытыми от скорости тенями, присоединились к технике. Небо потемнело.

— Сдурел?! — Михаил сшиб друга на камни. Лучи ливиртов сверкнули поверху — точно крупноячеистая сеть на миг укрыла димпов.

— Я не люблю намекать.

Михаил вынужденно согласился с другом. Барготы торопливо отступали, не помышляя о контратаке. Четрн выиграл родственникам немного времени.

— План. — Защитник обессилено прислонился к уцелевшему куску стены.

— Мы останемся здесь, будем ждать, сколько потребуется, — отрезал Чет.

— Спокойнее, братишка, никто не против.

— Нервы. — Курьер глубоко вздохнул. — Кто-нибудь знает сколько длится возрождение? Я как-то не умирал…

— Сутки. — Ор неуловимо сгорбился. — Всегда сутки.

— Сколько ты раз… ну… туда? — Михаил посмотрел вверх.

— Дважды.

— Значит, ты либо старше нас, либо тебе фатально не везет, — прищурился Четрн.

— Старше. Мне 417. Вчера исполнилось.

— Поздравляем, — усмехнулся Михаил. Он внимательно осмотрел далекий барготский лагерь. — Плевое дело, сутки мы протянем… Если к плохим ребятам не подойдет подмога.

— Оптимист… — Четрн совладал с болью, вновь обретя контроль над чувствами. — Как только они бросятся, нам хана. Одними ливиртами не отобьемся… Необходима серьезная огневая мощь, чтобы, прям, пробирала… Самоходки, братцы.

— И что с ними? — Михаил привстал. Подбитые самоходные орудия располагались от форта метрах в ста. Часть из них дымилась грудой металлолома…

— Гляди, у той пушечки башня выглядит на редкость целой, — продолжил Четрн. — Займем ее и вдарим по ублюдкам, по самое не балуйся…

— Кто пойдет? — спросил Михаил. Никто не ответил.

Четрн неловко потупился: он должен остаться, чтобы встретить Лаони и первым обнять ее после воскрешения… Михаил переключил внимание на Ора. У Защитника мотивы проще — ему не нравилось умирать.

— Кинем жребий.

— На чем?

— На банках. Выставим на кромку стены, чью собьют, тому идти.

— Типа банки судьбы? — уточнил Четрн.

— Именно. — Михаил отобрал три консервные упаковки, тщательно пометил их и быстро выставил на самую высокую точку завалов.

Ор, не теряя времени, вознамерился перекусить. От волнения, пусть и тщательно скрываемого, у сына четырех племен всегда разыгрывался аппетит. Он запил порцию мясного желе глотком воды из фляги и тихо сказал:

— Воды мало.

— После Лаони амуниция осталась, — вскинулся Чет. — И фляга… Но она, наверное, захочет пить…

— Потерпим. — Михаил забрал у Ора банку с ложкой. — Моя очередь.

Они сидели, ели и молча сверлили взглядами три жребия на стене. Мир словно вымер.

— Чет, — окликнул Михаил. — Сделай врагам ручкой. Может они пальнут по тебе…

Курьер на секунду задумался, сплюнул и резко распрямился, золотым огнем увенчав развалы крепости.

— Эй, криворукие!

Ударил луч. Рухнув на камни, Четрн тряхнул головой, выплюнул мелкий песок и поинтересовался:

— Кому повезло?

— Мог бы догадаться. — Михаил занялся осмотром винтовки.

— Слушай сюда, — деловито начал объяснять Курьер. — Сейчас они успокоятся, и ты отправишься. В самоходке первым делом проверь сохранность орудия и боеприпасов, но ничего не трогай. На стрельбу у тебя будет минут пятнадцать, так что действуй по возможности быстро. Мы прикроем, но… сам понимаешь.

— Да, папочка, — кивнул Михаил. Всполохи выстрелов с позиций врага участились. — Они психанули, это надолго.

Стрельба прекратилась через час.

— Иди, — подтолкнул родню Ор.

Михаил сполз на плац и устремился к боковой стене. Тишина… С лохматого края воронки посыпалась галька. Настройщик стряхнул песок, наметил следующее укрытие и переметнулся к нему. В бедро неприятно врезался гигантский ролик — остаток гусеничного хода орудия. Неясный гул заставил димпа прижаться к земле. Вокруг лишь намеки на укрытие…