Я кивнул, и больше ничего не потребовалось.

На пятом этаже я вёл, и никто не спорил, потому что каждый камень и развилку между пещерами я помнил по тем часам, когда выбирался отсюда один, после падения.

Зеленоватое свечение коры ложилось на камни ровным слоем, стволы подземных деревьев тянулись от пола к своду, уходя верхушками в черноту. Маркус осматривал свод, прикидывая высоту, а Стен перехватил меч поудобнее, поглядывая по сторонам. Вальтер уложил болт в желоб арбалета, обводя взглядом масштаб подземного леса, от которого даже видавшие виды авантюристы притихли. Коул вертел головой, пытаясь охватить пространство взглядом, и рот его приоткрылся, потому что ничего похожего парень за свою жизнь не видел. Впрочем, он был молодым авантюристом, и подобное ему было пока что простительно.

— Налево, — я указал на просвет между стволами, где зелёный свет переходил в тёмную полосу. — Там коридор обходит лежбище костяных волков. Правый проход выведет прямо на них.

Маркус глянул в указанном направлении и двинулся, куда я показал, даже не переспросив. Такое доверие было неожиданным даже для меня.

Я шёл первым, и Покров Сумерек размывал контуры тела в подземном полумраке, пока Усиленные Чувства ловили шорохи и вибрацию породы в полусотне метров вокруг. Здесь знакомая геометрия подземелья ломалась: коридоры расплывались, переходя в пространства, больше похожие на лесные чащобы, а светящаяся кора затягивала корни и стены целиком.

Характерное пощёлкивание когтей о камень я уловил далеко влево, за двумя рядами стволов, и поднял руку. Группа встала. Щелчки удалились к югу, и мы пошли дальше.

Маркус шагал вторым, нанося на карту повороты угольным стержнем, который черкал по пергаменту скупыми штрихами. Я слышал, как он бормочет себе под нос цифры, отмеряя шаги.

— Тут развилка, — я остановился у широкой прогалины, где каменный пол расходился в стороны. — Левый рукав ведёт к пещерам с минеральными натёками. Правый — на территорию стаи. Нам налево.

— Откуда знаешь про минералы?

— Лазил по расщелинам, когда искал выход наверх. Вот и пришлось побродить.

Коул промолчал и больше ничего спрашивать не стал, да и трепаться ему было не с кем с тех пор, как Дейла не стало.

Маркус поравнялся со мной и вполголоса спросил, какие твари водятся в левом рукаве, помимо волков. Я перечислил костяных пауков в нишах у потолка, россыпью, ядовитых, и слепых змей в глубоких трещинах, поодиночке, безвредных. Маркус слушал, запоминая, и оглядывался на Стена, который шёл позади и впитывал каждое слово.

Левый рукав сужался постепенно, своды опускались, зелёный свет на стенах тускнел. Мана давила на каналы плотнее с каждым шагом. Коул тряхнул головой, привыкая к давлению — ему приходилось непросто, но сдаваться парень не собирался, а Стен стиснул зубы и просто пёр вперёд.

В первой пещере с куполообразным потолком и сырыми стенами я задержался, пока остальные обшаривали ниши. Лоза выскользнула из ладони, подсвечивая камень, и в её свете проступили знакомые красноватые прожилки, уходящие в породу. Тёмный сердолик вырос из мокрого известняка на уровне плеча, тёплый, размером с фалангу большого пальца. Прожилки на моей ладони вспыхнули ярче, и Система коротко подтвердила то, что я понял к этому моменту и без неё.

Я выковырял камень ножом, обернул мхом и убрал в отдельный карман сумки.

— Что нашёл? — Маркус привалился плечом к стене у входа.

— Камень для алхимии. Мне пригодится.

Он скользнул взглядом по моей котомке, пожал плечом и вернулся к карте. Такая мелочь мужчину не интересовала.

Дальше пещеры шли одна за другой. Стены покрывал минеральный налёт, от которого пальцы делались скользкими, в трещинах поблёскивали мелкие кристаллы, но Система молчала, не опознавая ничего стоящего. Кристаллы маны здесь были крупнее, чем на верхних этажах, и Маркус собирал их деловито, укладывая в кожаный мешочек. Стен набил полный подсумок мелочи и прихватил когти костяного паука, которого прибил на подходе к третьей камере одним ударом двуручника, расколов хитиновый панцирь от головогруди до брюха. Вальтер снял двух слепых змей болтами, выцедил яд в склянку и срезал чешую, которая, по его словам, шла в гильдии по серебряному за горсть.

Дыра, оставленная Дейлом, затянулась перераспределением ролей, негладко, с поправками на ходу, но рабочим образом. Коул встал на фланговую поддержку, я тащил разведку и навигацию, а Маркус координировал остальных.

Дальняя пещера оказалась самой глубокой. Проход сужался до ширины плеч, пришлось снимать поклажу и проталкивать впереди себя. Золотистые натёки на стенах я заметил ещё в прошлый визит, но тогда прошёл мимо, торопясь найти путь наверх. Сейчас остановился, потому что из ниши в дальней стене тянуло мягким ровным теплом, и лоза скользнула туда, заливая стенки серебристым светом.

Крупный непрозрачный корневой янтарь размером с кулак лежал в нише, опутанный сетью тончайших корней, которые вросли и в стену, и в минерал, сращивая их в один организм. Левая ладонь отозвалась жаром, сильнее, чем от сердолика, и Система обновила панель задания. Я работал ножом и лозой, обходя корни, срезая минерал по контуру, и камень отделился с тихим хрустом, неожиданно тяжёлый для своего размера. Обмотал его тряпкой, уложил на дно котомки, затянул горловину.

Две позиции из задания Илаи закрыты, оставался лунный кварц, и я прошёл оставшиеся пещеры, заглядывая в расщелины и ощупывая выступы. Бледно-голубого мерцания, которое описывала Илая, нигде не попадалось. Стены оставались серыми и зеленоватыми, местами с золотистым налётом, но ни в одной нише Система не засекла того, что мне было нужно. Кварц прятался глубже, на этажах, до которых мы не добрались, и я мысленно плюнул и двинулся обратно к группе.

Обратный путь занял столько же, сколько дорога вниз. Мы поднимались по угольным меткам, с этажа на этаж, и подземелье огрызалось мелкими стычками на переходах. Костяной паук выскочил из ниши на третьем ярусе, Стен раздавил его щитом, и тварь хрустнула под окованным железом деревом, не успев плюнуть ядом. На втором попалась пара слепых червей, которых Маркус обошёл, даже не замедлив шага.

На поверхность мы выбрались к закату, и свет ударил по глазам так, что я прищурился, привыкая к просторному небу над головой после суток в подземной темноте.

До деревни группа добрела молча, потому что устали все, а тюки оттягивали плечи и даже Коул, обычно державшийся ровно, заметно сутулился под лямками.

Маркус разложил добычу на столе в арендованном доме, рассортировав кристаллы и когти с чешуёй по разным кучкам. Стен занялся снаряжением, проверяя ремни и застёжки, а Вальтер разобрал арбалет на части и принялся чистить, разложив их на тряпке перед собой.

Коул сел рядом со мной у печи. Рыжеватый огонь плясал за чугунной дверцей, и какое-то время мы оба просто грели ноги, вытянув их к теплу. Говорить было не о чем и не хотелось, а парень за последние недели перестал заполнять паузы словами, то ли научился молчать, то ли нужда в пустом разговоре ушла вместе с напарником.

Когда остальные разошлись по лежанкам, Маркус вышел во двор, где я стоял на крыльце и остужал лицо вечерним воздухом.

— Думаю, мы скоро покинем Предел, — он встал рядом, прислонившись к перилам, и глядел на лес за крайними домами. — Отчёт в Гильдию нужно сдавать лично. Карту и образцы они должны получить из первых рук, иначе половину данных растеряют по дороге. Группа выжала из этого Подземелья всё, что могла в таком составе. Дальше нужны люди с другим снаряжением. Гильдия пришлёт экспедицию, скорее всего, к лету, когда дороги просохнут.

— Коул?

— Идёт с нами. Ему в Гильдии есть что решать, да и одному тут оставаться незачем.

Я кивнул, подождал секунду.

— Приду попрощаться, когда будете уходить.

Маркус кивнул, развернулся и зашёл обратно. Дверь закрылась за ним негромко.