Офицер кивком дал коллеге знак опустить оружие. Белый Дьявол, сидящий за столиком в углу, тихо посмеивался.

[Точно! Он же смотрел на входную дверь и видел, как в кафе заходят копы. Ещё и официантка на меня странно поглядывала.]

Первый коп направил меня к двери и по пути произнёс:

— Знаю, мистер Гринч… Вы невиновны в смерти Гробовски. Я ведь сам выезжал на тот вызов и всё помню. В тот момент вы находились в Лоубридже, в пятнадцати минутах езды от места преступления. Когда доберёмся до участка, я напишу об этом в рапорте.

Мы вышли на улицу, и копы повели меня к машине.

— Бред какой-то! — я тряхнул головой. — Если вы знаете, что я невиновен, зачем наставили на меня оружие?

— Десять дней назад вас объявили в розыск, мистер Гринч, — офицер усадил меня на заднее сиденье своей машины. — Об этом знает весь Нью-Йорк. Вашу фотографию всю последнюю неделю крутят в новостях.

— Но меня не было в городе!

— Мы знаем, мистер, — коп кивнул, при этом кисло улыбаясь. — До вас не могли дозвониться. Затем окружной судья выписал ордер на ваш арест из-за серии нападений в районе Лоубридж. Вас разыскивают как ключевого свидетеля по делу о Гробовски.

— Что? — до меня стал медленно доходить смысл услышанного. — Какая ещё серия нападений? Что значит «ключевой свидетель»?

Догадка молнией пронеслась сквозь весь ворох мыслей. Пазл сложился.

[С-суповой набор! Чёртов хозяин теневых тварей!]

Из всех, с кем я пересекался в Нью-Йорке, только ему выгодно сделать так, чтобы меня искали копы. По двум засадам на руинах особняка я понял, что он НЕ из тех, кто идёт по следу… Не-е-ет! Он расставляет капканы. Причём в этот раз ему хватило ума использовать копов в своих целях.

Офицер хотел закрыть дверь, но я придержал её ногой.

— Сэр! — смотрю патрульному в глаза. — Последняя просьба. Не докладывайте по рации в участок о моём задержании. Лучше позвонить на мобильный детективу Декстеру Краучу. Я могу продиктовать вам его номер.

Есть немалый шанс того, что хозяин теневых тварей слушает волну полицейской радиостанции. Тогда он в два счёта узнает о моём задержании.

[Если станет жарко, сбегу, используя Импульсную Походку. Наручники открываются Телекинезом в два счёта.]

…

28 мая, Нью-Йорк

Лоубридж, 207-й полицейский участок

Капитан Лоуренс Тадлер заперся в одной из переговорных комнат детективного отдела. Около его собственного кабинета постоянно дежурил шпик от АНБ.

На столе перед Лоуренсом стоял давно остывший кофе. Рядом лежали личный пистолет и жетон офицера полиции. Капитан чувствовал себя паршиво. За последние две недели тёмный цвет полностью исчез из его волос. Поседели даже брови.

Всё началось с таинственного появления Вивиан Тадлер и Сары Чой в холле полицейского участка. Тогда АНБ перехватило дело двух корейских наёмников. Грязного копа Вито Сопрено с кузеном суд приговорил к электрическому стулу. Казнь назначена на следующий понедельник.

Другое дело — Вивиан, единственная дочь Лоуренса. За последние две недели капитан успел десять раз пожалеть о том, что мёртвой хваткой вцепился в дело «подземелья Твикиса». Как отец, он искренне желал смерти всем подельникам маньяка.

Тадлер хотел показать народу, что «закон неотвратим» и все виновные понесут заслуженное наказание. Однако названный Твикисом список имён затронул ТАКИХ людей, что дело стало глохнуть на каждом шаге.

На капитана Тадлера давило начальство, требуя немедленно передать дело ФБР. Федералы собирались спрятать всё под ковёр, сделав так, что «улики потерялись» и расследование закончилось ничем.

Лоуренс метил на перевод в главный Департамент Полиции Нью-Йорка. То есть на повышение до чуть ли не главного копа штата. Потому Тадлер стал упираться, пытаясь выжать из дела Твикиса хоть какой-то результат. Тут-то и начались НАСТОЯЩИЕ проблемы.

Не считая Вивиан, из «подземелья Твикиса» спасены ещё семь девушек.

[Трое из них СНОВА пропали без вести.]

Четвёртая девица сбежала в Мексику и возвращаться не собирается. Одну из жертв родня увезла в Канаду. Двух оставшихся девушек «доброжелатели» поместили в психиатрическую больницу. Теперь их показания не могут учитываться следствием.

[Влиятельные дружки Твикиса начали подчищать следы.]

Возникли и другие сложности. Вивиан тоже свидетель и к тому же дочь капитана полиции. Какими бы отбитыми на всю голову ни были нью-йоркские толстосумы, Вивиан они тронуть не посмеют. Беда в другом.

[Вивиан перестала откликаться на своё имя. Теперь она зовёт себя Номер Семь и никак иначе.]

На десятый день после «предсмертного заявления» Твикиса капитану стало понятно, что делу не дадут ход.

[В Департаменте Полиции мне тоже не светит место.]

Несмотря на огромную шумиху в прессе, предсмертные заявления и показания жертв, расследование застопорилось. Со стороны реальных правящих кругов Нью-Йорка против Тадлера шла мощнейшая волна сопротивления.

Но…

Подельники Твикиса вдруг стали один за другим давать показания. В основном «предсмертные заявления»… Когда копы приезжали на вызов, состояние этих бедолаг мало чем отличалось от Твикиса.

[Непонятно, как сообщники вообще умудрялись прожить до приезда медиков.]

Каждый божий день один человек из списка Твикиса погибал.

Второй день…

Третий день…

И вот правящие круги Нью-Йорка прорвало. Понимая, что Белый Дьявол придёт за ними, они начали давить на Лоуренса… Требуя найти того, кто охотится на сообщников маньяка. И да, при этом не давать ходу делу о «подземелье Твикиса». Сложилась абсурдная ситуация.

[Преступники, чья вина доказана и неоспорима, хотели остаться на свободе. И в то же время искали защиты у полиции.]

Вчера к Тадлеру домой пришёл человек с пистолетом, твердя, что ему уже нечего терять. Либо его посадят в тюрьму, и там… из-за связи с Твикисом… заключённые сами его убьют. Или он останется на свободе, и Белый Дьявол доберётся до него первым.

Лоуренсу пришлось применить силу, чтобы выхватить оружие из рук незваного гостя. Затем вызвать патрульную машину и отправить нарушителя в участок.

Само собой, позже явился адвокат и вытащил клиента под залог… И через восемь часов ЭТОТ ЖЕ юрист звонил Лоуренсу и умолял приехать поскорее. Его подопечный хочет сделать… «предсмертное заявление».

Это был четвёртый такой случай за неделю. Все подозреваемые по делу Твикиса понимали: завтра случится пятый. Белый Дьявол никого из них не пощадит.

…

Сейчас Лоуренс сидел и не знал, что делать. С одной стороны, уцелевшие преступники пытаются его задавить своей властью. С другой — страх за дочь и жену никуда не делся. Благо супруга согласилась поехать на Гавайи и оставаться там, пока всё не закончится. А вот Вивиан на всё плевать. Дочь перестала посещать психолога, утверждая, что с ней всё в порядке. И уезжать из Нью-Йорка она не собирается.

На фоне всего этого Тадлеру прилетало и с другой стороны. Все в участке понимали, что на Маркуса Гринча ведётся какая-то охота. Сначала нападение на адвокатов Гробовски, затем их убийство. Вслед за ними под удар попали соседи и случайные прохожие.

За последние четырнадцать дней в Лоубридже убиты двадцать гражданских лиц и ещё столько же получили ранения.

Дошло до того, что мэр Нью-Йорка объявил в районе Лоубридж «комендантский час» и «чрезвычайное положение». Людей просят не выходить на улицу в период с десяти часов вечера до шести утра. Местные жители организовали «народный патруль»… И его участники сами стали удобной целью для атак неизвестного убийцы.

Около 207-го полицейского участка теперь дежурят два отряда Национальной гвардии. Припёрлись агенты АНБ и ФБР. Из-за давления со стороны Министерства юстиции копы трясутся над каждым протоколом о задержании. Всю их документацию просматривают под лупой.

Перед полицейским участком теперь каждый день стоит толпа в две сотни демонстрантов. Жители Лоубриджа требуют от копов найти убийцу… А тому хоть бы хны! Он продолжает каждую ночь кого-то убивать.