— А при наличии информации — можно попробовать? — насмешливо переспросил Зетри.

— Лично я собираюсь, — невозмутимо подтвердил Мар, — и рассчитываю на вашу помощь. Кто ещё входит в круг уникумов с таким же даром, как у вас?

— Дар был у Лиеры, я действительно помогал ей взамен на подсказки и помощь в исследовании границ своих возможностей. Правда, Лиера отмечала, что Кэсси гораздо талантливей, её дар сильней и многогранней. Если вы загубите такое чудо…!

— Обойдёмся без угроз. Я ничуть не меньше вашего желаю оградить Кэсси от всех бед и несчастий, — сухо заверил Мар. Ему не понравились ни горячность молодого человека, ни нежный взгляд, брошенный на девушку. Смирение с тем, что стоишь одной ногой в могиле, оказывается, вовсе не означает смирения с наличием у лучшей на свете девушки страстных поклонников, метящих в женихи. Однако необходимость заниматься высокой политикой развила в Маре умение договариваться с людьми, независимо от симпатий к ним и пересечения сфер интересов. — Вернёмся к моему вопросу: кто ещё?

— Никто, — честно ответил помощник целителя. — С чего вы вообще взяли, что есть кто-то ещё? Мне другие неизвестны, и Лиере тоже не были известны: она частенько повторяла, что мы с Кэсси — единственные такие, и хорошо бы нам…

Молодой человек смущённо осёкся, но продолжение фразы было очевидно.

— Нэсса Лиера чересчур увлекалась идеями селекции, — желчно процедил Мар, — и совершенно необоснованно распространяла их с растений на людей.

— Почему необоснованно? Разве маги женятся исключительно на магинях не из желания передать детям ценные способности к магии? — с сарказмом парировал Зетри.

— И снова вернёмся к моему вопросу. — Железная выдержка Мара порой изумляла его самого. — По столице последние лет десять бродит человек с таким же даром управлять растениями, как у вас. Это факт доказанный — он убивает с помощью растений, а кроме того, уже дважды нападал на Кэсси.

Пока Мар кратко рассказывал истории нескольких убийств и покушений, выражение лица молодого человека менялось с недоверчивого на ошеломлённое и испуганное. Он боялся не за себя — он боялся за Кэсси, и постоянно бросал на неё тревожные взгляды.

— Когда я встретил вас с Кэсси на Восточной площади, вам кто-то подсказал в тот вечер усилить напор в ухаживаниях за ней? Мне же не показалось, что вы тогда настойчиво склоняли её выбрать вас? — вкрадчиво спросил Мар.

Зетри вспыхнул, дёрнулся, но взял себя в руки и кивнул:

— Лиера посоветовала перестать играть роль всего лишь друга.

— И вас ничто не насторожило? Как это удобно: не замечать, как уходят на сторону смертельно опасные растения; не удивляться, что девушка вдруг начинает благоволить к вам больше, чем прежде, — язвительно протянул Мар и резко, отрывисто заговорил о другом: — Если других уникумов нет, то вынужден арестовать вас за покушение на убийство эмира и чуть было не удавшееся убийство младшего принца. То, что вы находились достаточно близко, чтобы командовать лесом, — факт. То, что вы действительно влияли на него — тоже факт, Кэсси подтвердит.

— Я влиял, чтобы ей помочь! — вспылил Зетри. — Только думал, что растения взбунтовались под воздействием каких-то зелий, а Кэсси пытается их успокоить.

— Она пыталась выхватить контроль из рук убийцы и вычислить его стратегию. И судя по всему, убийцей были вы!

— Прекрати давить на него, — донёсся тихий шёпот со стороны дивана, и увлёкшиеся противостоянием мужчины вздрогнули и обернулись к бледной девушке. — Я прокрутила в памяти последовательность боя с армией растений: не Зетри зачинщик нападения флоры, он подлетел после начала атаки. Он действительно пытался мне помочь, сейчас я понимаю, что из-за него вдруг схлынул накал сражения и снизилась агрессия зелёных хищников.

— Ты почувствовала эффект от моего вмешательства? — просветлел Зетри, и Кэсси кивнула. — Значит, у меня хоть что-то получилось сделать! Не зря настраивался на миролюбие до полуобморочного состояния. Погоди, деревья и кусты в лесу действительно вела чья-то злая воля?! Воля человека с даром, как у нас?!

— Да, это абсолютно точно. Я иногда улавливаю от растений эмоции, совершенно не свойственные флоре, транслируемые им кем-то другим. Эмоции чисто человеческие. Жгучую ненависть, например. — Кэсси содрогнулась, и Мар вернул её голову на подушку и подтянул повыше одеяло.

— Спи! — скомандовал он и освежил сонное заклинание и звукозаглушающее. Ресницы Кэсси вновь сомкнулись, она задышала тихо и спокойно. — Зетри, в последний раз возвращаюсь к своему вопросу: кто? То, что убийца хорошо знаком с Кэсси и всеми её друзьями, несомненно — слишком близко он к ней подбирается, слишком много о ней знает.

— Мне неизвестен верный ответ на ваш вопрос, — приглушённо ответил помощник целителя. — О любых вариантах страшно даже подумать, если убийца кто-то из них — Кэсси этого не переживёт.

— Она не переживёт, если след от букета и ключа-артефакта, тщательно проложенный убийцей, в итоге доведёт до неё, — мрачно уверил Мар.

— Её же не обвинят в убийствах? Тем более — десятилетней давности! — разозлился Зетри.

— В убийствах — нет, всё намного хуже.

— Хуже?! Вы не шутите? Чёрт, что ей грозит?

— Её казнят.

— И вы не спасёте?!!

— Велика вероятность, что меня признают её сообщником, причём и веское, неопровержимое доказательство отыщут.

Мар еле удержался, чтобы не коснуться клейма на груди, скрытого одеждой. Поразительно ловко их оплели сетями интриг. Вот вам диверсантка, а вот её преданный сторонник, замысливший пойти против короля, оставить трон без прямых наследников и всё специально подстроивший для достижения цели. Очень достоверно, сам бы поверил!

В форточку влетела очередная порция вестников и спланировала на стол. Надпись на одном письме привлекла внимание главы службы имперской безопасности. Он распечатал его, вчитался и помрачнел, как туча. Зетри немного подождал в гробовой тишине, затем кашлянул, напоминая о своём присутствии в кабинете.

— Простите, — вздохнул Мар, складывая послание. — Я велю проводить вас в камеру, посидите у нас пару дней, дознавателям прикажу вас не беспокоить.

— Арестовываете, потому что подозреваете во мне убийцу, — поморщился Зетри.

— Наоборот, как раз потому, что не подозреваю. Вам никогда не приходило в голову, что наилучшее алиби человеку обеспечивает тюремная камера?

Когда помощника целителя увели, Мар склонился над Кэсси, ласково провёл по распущенным шелковистым волосам и с состраданием прошептал:

— Бедная моя девочка, ты ничем не заслужила такой судьбы. Самые большие счета нам выставляют за талант и доброе сердце.

Второй раз в жизни, пробудившись утром и открыв глаза, Кэсси сразу увидела перед собой лицо спящего мужчины.

Стоит отметить, лицо Мара напугало её куда меньше королевского, даже, прямо сказать, не напугало вовсе, а побудило думать, что сон ещё продолжается. Трепетно-сладкий сон, в котором её нежно целовали твёрдые губы, широкие ладони скользили по плечам, а её пальцы зарывались в его растрёпанные чёрные вихры.

Рука Мара лежала на подлокотнике дивана, касаясь её волос, оберегая даже во сне, а сам он неловко скособочился в кресле, слишком маленьком, чтобы в нём мог с удобством спать широкоплечий человек высокого роста. Помнится, кресло стояло за столом? Он сам перетащил его поближе…

Зелёные глаза распахнулись и сонно уставились на неё. Во взгляде промелькнули нежность и ласка, а потом он затуманился грустью и настороженностью, как бывает у людей, когда они хотят сообщить пренеприятное известие.

Хм-мм, король решил, что по причине ужасной невезучести его семейства, ему и сыновьям требуется личный телохранитель, защищающий от хищной флоры? У неё теперь новое место работы — во дворце, а в разделе «расторжение трудового контракта» значится единственный пункт: «через плаху»? Или премия за спасение принца ожидается в разы меньше премии за короля, поскольку постоянным потребителям её услуг положена семейная скидка? Может, её лавку конфисковал Магпотребнадзор в качестве компенсации за грубое нарушение договора на содержание Эспаргус Архаик? Её ничуть не удивит, если размер неустойки сильно превысит размер королевских щедрот!