Она изо всех сил старалась не разрыдаться и выполнить наказ матушки во всех критических ситуациях молчать до тех пор, пока мысли не станут цензурными. А глава службы имперской безопасности не спешил уходить. Он бережно обхватил ладонями её лицо, ласково стёр с щеки одинокую, прорвавшуюся сквозь все преграды слезинку. Склонился, пронзительно заглянул в глаза и крепко поцеловал, ввергая несчастную влюблённую нэссу в омут несбыточного и кратковременного блаженства разделённого чувства. Она же хотела обзавестись воспоминаниями? Обхватив своего зеленоглазого мага за шею, Кэсси отдалась упоению поцелуя. Челночная дипломатия, шпионы, убийцы, короли-провокаторы — все подождут. В конце концов, каждый человек, даже не маг, имеет право на минуту счастья.

— Сложись всё иначе, ты бы согласилась стать моей женой? — обжёг слух горячий шёпот, когда мужские губы оторвались от её губ.

Иначе? Иначе — это как? Родись он человеком или она — магиней? Не умирай он от смертельного проклятья и не скрывайся она от его спецслужб, тая секрет, грозящий казнью? Слишком много всяческих «иначе»…

— Да, — прошептала в ответ Кэсси.

— Если чудом выживу, не позволю тебе забыть про данное согласие, — сурово предупредил брюнет.

— Если чудом выживешь, не позволю тебе забыть про сделанное предложение, — рефреном откликнулась Кэсси. Когда тебе угрожают, невольно отвечаешь тем же.

Вокруг них что-то мерцает и шуршит?

Оторвавшись от надёжного широкого плеча, Кэсси огляделась: из всех укромных уголков выкатились огнецветы и кружились в хороводе, излучая упоение и радость. Все растения-ночники сияли на пределе яркости, лианы оживлённо шелестели и даже кладбищенский страж преисполнился некой мечтательной созерцательности и мерно колыхал длинными шипами, словно в такт лишь ему слышной музыке.

Мар тихонько рассмеялся, догадавшись о причине ликующей взбудораженности растений.

— Твой дар проявляет себя с неожиданной стороны. Спасибо, что появилась в моей судьбе. Не выйди ты за мной в тот дьявольский вечер под проливной дождь, моя жизнь была б куда серей и прозаичней, — произнёс Мар, и прозвучало это как прощание. — Спокойной ночи.

Угу, ночь у неё будет самой спокойной из всех, она ясно предвидит это.

За брюнетом закрылась дверь, и Кэсси машинально щёлкнула замком.

Не раз, смотря на мучения своих студентов, она насмешливо размышляла о том, что учиться и думать — самые трудные дела на свете. Оказалось, иногда гораздо труднее просто продолжать жить.

К оставшемуся стоять на крыльце Мару слетел из поднебесья давно ожидающий его гвардеец.

— Насколько тщательно вы осмотрели дом нэссы? — кивнул головой на дверь позади себя глава службы имперской безопасности. — Верю, что активные опасные амулеты вы бы не проглядели, а методики поиска разряженных артефактов применяли? У неё магоеды во всех углах живут!

— Само собой, глава, магоедов мы учли. В доме нэссы не было никаких амулетов, кроме бытовых подзарядок магических приборов, и никаких артефактов: ни полных, ни пустых, — отчитался гвардеец и рискнул добавить: — Никакая магическая бомба в доме не взорвётся, там всё чисто. Мы, разумеется, не рылись в личных вещах нэссы, поскольку ничего опасного и магического в них явно не имелось, а правилами предписывается…

— Я знаю, что предписывают правила, — оборвал Мар, задумчиво поглаживая подбородок. — Что нашли в указанном мною месте?

— Всё, — исключительно мрачно и ёмко ответил гвардеец. — Целый зоопарк из самой хищной и смертельно опасной флоры! Спасибо вам за предупреждение, глава, если б мы сунулись туда, не представляя, что нас ожидает — каюк бы нам был, полный и окончательный. Человек, способный сотворить такую ловушку и не помереть в процессе её создания, — высококлассный профессионал в деле магической флоры! Прям как нэсса Валенса!

— Жаль, не столь же добропорядочный. Впрочем, люди, имеющие возможность тайно наживаться на преступлениях и не нести наказания за это, редко удерживаются от искушения. Ваше звено продолжает скрытое наблюдение, объект время от времени предельно осторожно проверять и глаз с него не спускать! О появлении рядом каких-либо лиц и обо всём необычном рапортовать немедленно — если я ошибаюсь, то ошибка рискует стать фатальной.

Утро пришло вместе с боевым настроем.

Собираясь встречать первых клиентов, Кэсси воинственно думала о том, что если уж уникальные растения неожиданно находятся в запылённом хранилище улик, то отчего бы не отыскаться древнему артефакту, снимающему проклятье магии власти? В природе на каждое действие находится своё противодействие, обожаемая флора давно ей это доказала, да и она сама постоянно втолковывала сию нехитрую истину в головы адептов. Одни растения выпивают магический резерв — другие его восполняют. Одни жаждут съесть вас — других можете съесть вы. Пульсары изрыгают пламя — плакун-трава заливает огонь водой. К каждому яду есть противоядие, некоторые просто не успели отыскать!

Ужасный птицелов явно почувствовал боевитый настрой хозяйки лавки и робко свернулся в кадке, не отваживаясь шебуршать по полу. Лиана трепетной старушки изогнулась и запряталась за штору, горячо надеясь, что на «пустой» горшок с тонким стволом не обратят внимания. Только проживающий на втором этаже цепкий скалолаз излучал спокойное удовлетворение — его не волновали чужие метания, если никто из сородичей не покушался на его территорию.

Когда Кэсси слетела по ступенькам в лавку, от неё шарахнулся даже древесный дикобраз. М-да, способности к эмпатии заметно выросли, как только она начала тренироваться во влиянии на растения. Если она не успокоится, клиенты сбегут из лавки: унесутся прочь от агрессивно растопорщившейся флоры. Желание воевать со всем миром — не то, что стоит транслировать полуразумным агрессивным растениям, если хочешь продать их в добрые руки в качестве милых домашних питомцев.

Первой в лавку пожаловала леди, про которую Кэсси отлично помнила, что её супруг похож на индюка и носит сюртуки на пару размеров меньше, чем следовало бы. Ещё она прекрасно помнила все растения в саду этой дамы, к которой выезжала оказывать скорую магическую помощь, дежуря в Магпотребнадзоре. Имя высокородной дамочки Кэсси забыла напрочь и стократно прокляла свою дырявую память, в которой никак не желали задерживаться громкие титулы и знатные фамилии.

— О, я вас знаю! — обрадовалась леди, и Кэсси изобразила приветливую улыбку. К счастью, дамочка не стала дожидаться, когда ей ответят таким же признанием, и сразу перешла к делу: — Вы толковали, что можно поменять куст розиас экстазус на аналогичный и посадить его там, где хочу я! Вот и поменяйте.

Клиентка выложила на прилавок три золотых, доказав, что у неё-то проблем с памятью не имеется. Кэсси мигом оформила заказ, и дальше утро закрутилось веретеном.

Как только за первой покупательницей закрылась дверь, стошнило кровью когти страсти. Откуда хищный куст напился вдосталь любимого напитка, выяснилось быстро: за ящиком и в ветвях обнаружился ворох мышиных трупиков. С одной стороны — избавление от грызунов не могло не радовать, с другой — оттереть пол стало той ещё работёнкой. Когда в лавку вошёл клиент, желающий приобрести агрессивное растение для охраны склада с зерном и мукой, запыхавшаяся Кэсси сразу указала на когти страсти.

— Он ещё от вредителей избавит, всех мышей и крыс вам изведёт, — похвалила она питомца, показательно вытягивая из нижних веток последнюю хвостатую покойницу.

— Плотоядный куст, значит? Кормить мясом? — довольно уточнил владелец склада с зерном, страдающий от нашествий грызунов. Он порылся в сумке и протянул когтям страсти свеженький беляш.

Предотвратить неразумное действие Кэсси не успела: истекающий маслом жареный пирожок влетел в лицо покупателя! Ещё бы, объевшийся куст, мучимый изжогой и тошнотой одновременно, и свежей кровью бы сейчас побрезговал, не то что выпечкой.